Читать онлайн «Обоснование и защита марксизма .Часть первая». Страница 71

22

Гримм, "Correspondance littéraire" за август 1774 г. Ставя этот вопрос, Гримм только повторяет мысль аббата Арно, которую этот последний развил в речи, произнесенной им во французской академии.

Suard, loc. cit., p. 38.

У Гельвеция, в его книге "De l'Homme", есть подробный проект такого "совершенного законодатель-ства". Было бы в высшей степени интересно и поучительно сравнить эту утопию с утопиями первой полови-ны XIX века. Но, к сожалению, и историки социализма, и историки философии до сих пор были чужды всякой мысли о подобном сопоставлении. Что касается специально историков философии, то они, к слову сказать, третируют Гельвеция самым непозволительным образом. Даже спокойный и умеренный Ланге не находит для него другой характеристики, кроме "поверхностный Гельвеций". Абсолютный идеалист Гегель отнесся справедливее всех к абсолютному материалисту Гельвецию.

"Да, человек есть то, что делает из него всемогущее общество или всемогущее воспитание, принимая это слово в самом широком его смысле, т. е. понимая под ним не только школьное или книжное воспитание, но воспитание, даваемое нам людьми и вещами, событиями и обстоятельствами, — воспитание, влияние которого на нас начинается с колыбели и не прекращается ни на минуту". Кабе, "Voyage en Icarie", издание 1848 г., стр. 402.

См. "Le Producteur", t. I, Paris 1825, Introduction.

Mon but est de donner une ExpositionElémentaire, claire et facilement intelligible, de l'organisation sociale, déduite par Fourier des lois de la nature "humaine". V. Considérant, "Destinée Sociale", t. I, 3-me édition, Déclaration. — "Il serait temps enfin de s'accorder sur ce point: est-il à propos, avant de faire des lois, de s'enquérir de la véritable nature de l'homme, afin d'harmoniser la loi, qui est par elle-mкme modifiable avec la nature, qui est immuable et souveraine?" Notions élémentaires de la science sociale de Fourier, par l'auteur de la Défense du Fouriérisme (Henri Grosse, Paris 1644, p. 35).

"Producteur", t. I, p. 139.

Мы уже показали это по отношению к историкам времен реставрации. Очень легко было бы показать это и по отношению к экономистам. Защищая буржуазный общественный порядок против реакционеров и социалистов, экономисты защищали его именно как порядок, наиболее соответствующий человеческой природе. Усилия найти отвлеченный "закон народонаселения", — выходили ли они из социалистического или буржуазного лагеря, — тесно связаны были со взглядом на свой особый закон, народонаселения. Но об этом ниже.

В этом отношении чрезвычайно характерен упрек, который Гельвеций делает Монтескье: "В своей книге о причинах величия и падения Рима Монтескье недостаточно оценил значение счастливых случайностей в истории этого государства. Он впал в ошибку слишком свойственную мыслителям, которые хотят объяснить все, и в ошибку кабинетных ученых, которые, забывая природу людей, приписывают народным представителям неизменные политические виды и единообразные принципы. А между тем, часто один человек руководит по своему усмотрению этими важными собраниями, которые называются сенатами. "Pensées et réflexions" CXL, в III томе "Oeuvres complиtes de Helvétius", Paris MDCCCXVIII. Не напоминает ли это вам, читатель, модной теперь в России теории "героев и толпы"? Подождите, дальнейшее изложение не раз еще покажет, как мало оригинального в российской "социологии".

"Opinions littéraires, philosophiques et industrielles", Paris 1825, p.p. 144, 145 сравни также "Catéchisme politique des industrielles".

Сен-Симон доводит идеалистический взгляд на историю до последней крайности. У него не только идеи ("принципы") являются последней основой общественных отношений, но между идеями главная роль отводится "научным идеям", — "научной системе мира", — из которых вытекают религиозные идеи, в свою очередь, обусловливающие собою нравственные понятия людей. Это — интеллектуализм, господ-ствующий в то же самое время и в среде немецких философов, но принимающий у них совсем другой вид.

Литтре сильно восставал против Гюббара, когда тот указал на это… заимствование. Он приписывал Сен-Симону лишь "закон двух фазисов": теологического и научного. Флинт, приведя это мнение Литтре, замечает: "Он прав, говоря, что закон трех фазисов не упоминается ни в одном из сочинений Сен-Симона" ("Philosophy of History in France and Germany", Edinburgh and London MDCCCLXXIV, p. 158). Мы противопоставим этому замечанию следующую выписку из Сен-Симона: "Какой астроном, физик, химик или физиолог не знает, что в каждой отрасли науки человеческий ум, прежде чем перейти от чисто теологических идей к позитивным, долго держится метафизики? Не создается ли у каждого, кто занимался историей наук, твердого убеждения в том, что это промежуточное состояние полезно и безусловно неизбежно для перехода?" ("Du systиme industriel", Paris MDCCCXXI, préface, p.p. VI–VII). Закон трех фазисов имел такую важность в глазах Сен-Симона" что он готов был объяснять им чисто политические явления, например, господство "легистов и метафизиков" во время французской революции. Флинту было бы нетрудно "открыть" это, прочитавши внимательно сочинения Сен-Симона. Но, к сожалению, гораздо легче написать ученую историю человеческой мысли, чем изучить действительный ход ее развития.

Эту мысль заимствовал у него впоследствии и исказил Прудон, построивший на ней свою теорию анархии.

"L'organisateur", стр. 119, IV т. соч. Сен-Симона, составляющего XX т. полн. собр. соч. Сен-Симона и Анфантена.

В статье "Considérations sur la baisse progressive du loyer des objets mobiliers et immobiliers", "Produc-teur", t. I, p. 564.

См. в особенности статью "Considérations sur les progrиs et l'économie politique", "Producteur", t. IV.

Сочинения Н. К. Михайловского, том II, изд. 2. С.-Петербург 1888 г., стр. 239–240.

"Наши направления", С.-Петербург 1893 г., стр. 138.

L. cit., стр. 9, 13, 140 и многие другие.

Там же, стр. 143 и след.

Просветители XVIII века совершенно так же противоречили себе, хотя их противоречие обнаруживалось с другой стороны. Они стояли за невмешательство государства и, тем не менее, временами требовали от законодателя мелочной регламентации. Просветителям тоже была неясна связь "политики" (у них считавшейся причиной) с хозяйством (считавшимся у них следствием).

"Dans un temps plus ou moins long il faut disent les sages, que toutes les possibilités se réalisent: pourquoi désespérer du bonheur futur de l'humanité"? и т. д.

Сочинения Н. Михайловского, т. II, изд. 2-е, стр. 102–103.

Николай — он, "Очерки нашего пореформенного общественного хозяйства", С-Петербург, 1893 г., стр. 322–323.

Там же, стр. 343.

Сообразно с этим, и практические планы г. Н.-она представляют собою почти буквальное повторе-ние тех "требований", которые давно уже и, разумеется, совершенно бесплодно предъявляли наши утописты-народники, например, в лице г. Пругавина. "Конечными же целями и задачами общественно-государственной деятельности (как видите, тут не забыто ни общество, ни государство) в области фабричного хозяйства должны служить: с одной стороны, выкуп в пользу государства всех орудий труда и предоставление последних народу во временное" арендное пользование; с другой — установление такой организации усло-вий производства (г. Пругавин хочет сказать просто: производства, но, по обычаю всех русских писателей, с г. Михайловским во главе, он употребляет выражение — "условия производства", не понимая, что оно значит), в основании которой лежали бы потребности народа и государства, а не интересы рынка, сбыта и конкуренции, что имеет место при товарно-капиталистической организации экономических сил страны" (В. С. Пругавин, "Кустарь на выставке" Москва 1882, стр. 15). Пусть читатель сравнит это место со сделанной выше выпиской из книги г. Н.-она.

Т. I, р. 140.

Об этой организации смотри в "Globe" 1831–1832 гг., где она подробно изложена даже с подготовительными, переходными реформами.

"Unsere National-Oekonomen streben mit allen Kräften Deutschland auf die Stufe der Industrie zu heben, von welcher herab England jetzt die andern Länder noch beherrscht. England ist ihr Ideal. Gewiss: England sieht sich gern schön an; England hat seine Besitzungen in allen Weltteilen, es weiβ seinen Einfluß aller Orten geltend zu machen, es hat die reichste Handels— und Kriegsflotte, es weiss bei allen Handelstraktaten die Gegenkontrahenten immer hinters Licht zu führen, es hat die spekulativsten Kaufleute, die bedeutendsten Kapitalisten, die erfindungsreichsten Köpfe, die prächtigsten Eisenbahnen, die grossartigsten Maschinenanlagen; gewiss, England ist, von dieser Seite betrachtet, ein glückliches Land, aber — es läβt sich auch ein an derer Gesichtspunkt bei der Schätzung Englands gewinnen und unter diesem möchte doch wohl das Glück desselben von seinem Unglück bedeutend überwogen werden. England ist auch das Land, in welchem das Elend auf höchste Spitze getrieben ist, in welchem jährlich Hunderte notorisch Hungers sterben, in welchem die Arbeiter zu fünfzigtausenden zu arbeiten verweigern, da sie trotz all ihrer Mühe und Leiden nicht so viel verdienen, daβ sie notdürftig leben können. England ist das Land, in welchem die Wohltätigkeit durch die Armensteuer zum äuβerlichen Gesetz gemacht werden mußte. Seht doch ihr, Nationalökonomen, in den Fabriken die wankenden, gebückten und verwachsenen Gestalten, seht die bleichen, abgehärmten schwindsüchtigen Gesichter, seht all' das geistige und das leibliche Elend, und ihr wollt Deutschland noch zu einen zweiten England machen? England konnte nur durch Unglück und Jammer zu dem Höhenpunkt der Industrie gelangen, auf dem es jetzt steht, und Deutschland könnte nur durch dieselben Opfer ähnliche Resultate erreichen, d. h. erreichen, daβ die Reichen noch reicher und die Armen noch ärmer werden". "Triersche Zeitung", 4 Mai 1846, перепечатано в первом томе обозрения, выходившего под редакцией М. Гесса, под названием: "Der Gesell-schaftsspiegel. Die gesellschaftlichen Zustände der zivilisierten Welt", I. Band, Iserlohn und Elberfeld 1846.