Читать онлайн «Пепел на ветру». Страница 130

Элайна застыла, от потрясения она лишилась сил, ее мысли путались. Чем садовник заслужил такую страшную участь? Кто зарыл его в саду? И что известно Минди о гибели дяди?

— Его убили, — коротко заявил Коул, когда вернулся, — размозжили череп, ударив сзади чем-то тяжелым. Похоже, после этого он свалился прямо в яму.

— Так ты думаешь, что он вырыл ее сам?

— Вполне возможно. Но зачем? Для посадки розовых кустов не нужны такие глубокие ямы. Неужели он знал, что роет себе могилу?

— А может, он собирался похоронить кого-то другого? Коул пожал плечами:

— Если Минди ничего не расскажет, нам останется лишь гадать, что произошло. В могиле больше нет ничего, никаких ценностей.

Ценностей? Это слово заставило Элайну вздрогнуть. Кажется, в дневнике Роберта упоминала что-то о сокровищах и о том, что покинет дом Латимеров богатой. Но где теперь этот дневник? Выходит, тогда он исчез не случайно — кто-то украл его. Но кто? Убийца садовника? Элайна задумчиво прикусила губу. Можно ли доверять записям кузины? Что, если все ее откровения порождены фантазией — тогда просто нелепо воспринимать их всерьез!

Вскоре в доме появился шериф Мартин Холваг, давний знакомый супругов Латимер. Его подчиненные с трудом достали труп из узкой могилы и переложили его на кусок парусины. Стоя рядом с Коулом на веранде, Мартин внимательно слушал рассказ доктора о страшной находке. Все произошло случайно: Элайна, решив привести в порядок розарий, поручила Питеру перекопать землю и смешать ее с навозом. Принявшись за дело, юноша сначала нашел шляпу садовника, а потом, вырыв яму поглубже, обнаружил и труп.

Когда труп обыскали, в его карманах нашли пачку табака, нож, несколько монет, а в бумажнике — три хрустящие десятидолларовые купюры. Деньги Мартин передал Коулу для Минди, единственной родственницы погибшего.

— Поскольку он приходился девочке дядей и служил у меня, — заявил Коул, — я считаю своим долгом похоронить его как подобает.

Однако на вопросы Холвага относительно самого преступления хозяин дома ничего определенного ответить не смог.

— К сожалению, тут мне просто нечего сказать. Садовник исчез за несколько недель до смерти Роберты, и все мы думали, что он сбежал, бросив племянницу, которая могла стать ему обузой.

— А остальные ваши слуги? Вы хорошо знаете их?

— Миссис Гарт и двух горничных взял на работу по моей просьбе мистер Джеймс незадолго до того, как я вернулся домой вместе с Робертой. За исключением садовника, которого я лично взял на работу, когда прежний погиб на войне, остальные слуги живут в доме много лет. Их нанял еще мой отец.

— Ваша вторая жена появилась в доме уже после смерти садовника. А как насчет первой? Возможно, она что-нибудь знала об этом убийстве?

— Роберта терпеть не могла этого человека, считала его ничтожеством. Впрочем, так она относилась ко всей прислуге.

— Вы позволите мне поговорить с девочкой — вдруг она сможет что-нибудь рассказать?

Коул кивнул в сторону двери:

— Девочка в гостиной вместе с Элайной, но, с тех пор как я увидел ее впервые, она не произнесла ни слова и поэтому вряд ли сумеет нам чем-нибудь помочь.

— Вы хотите сказать, что она немая?

— Не думаю. Просто она не хочет говорить.

Тщательно вытерев ноги, Холваг вошел в дом и, неловко сняв шляпу, поприветствовал Элайну и сидевшую на кушетке рядом с ней Минди. Заметив незнакомца, малышка вжалась в спинку кушетки. Мартин присел на корточки и попытался заглянуть девочке в глаза, но она тут же отвернулась.

— Доктор Латимер сказал мне, что ты знала, где похоронен твой дядя. Тебе известно, кто зарыл его там?

Минди побледнела, ее губы задергались, но из них так и не вырвалось ни звука.

Элайна умоляюще взглянула на Коула и, прижав девочку к себе, погладила ее по голове.

— Пожалуйста… Нельзя ли отложить расспросы — вы же видите, ребенок до смерти перепуган. Если вы не против, я уведу ее наверх. — Когда шериф кивнул, она быстро поднялась и взяла Минди за руку.

Уже покидая гостиную, Элайна услышала вопрос Холвага, обращенный к ее мужу:

— Вы не заметили небольшой колесный пароход под названием «Тэтчер», проходивший по реке, — белый с красной полоской?

Коул протянул Мартину стакан, наполненный бренди, и покачал головой.

— Кажется, да, но с тех пор прошло уже недели две. Шериф нахмурился:

— Он должен был пройти обратно три дня назад. Пассажиров на борту не было — только сельскохозяйственный инвентарь, проволока и веревки. Единственным ценным грузом можно считать несколько ящиков ружей. Пароход отплыл в прошлый четверг, его видели на реке в десяти милях к югу отсюда, а затем он словно растаял в воздухе.

Коул отпил бренди и в раздумье покачал головой:

— Судно могло получить пробоину и, возможно, теперь покоится где-нибудь на дне.

— Возможно. — Холваг опорожнил стакан одним глотком и посмотрел в окно. — Что ж, труп уже в повозке — пожалуй, пора отвезти его к гробовщику…

Подойдя с гостем к двери, Коул сказал вместо прощания:

— Кажется, этот человек когда-то снимал угол в городе у какой-то старухи — туда он уезжал время от времени вместе с ребенком. Если узнаете еще что-нибудь — сообщите мне.

Проводив взглядом удаляющуюся повозку, он рассеянно потер между пальцами купюры, прежде принадлежавшие садовнику, — они были скользкими и гладкими: судя по дате, их выпустили в 1863 году. Похоже, к садовнику они попали прямиком из банка. Присмотревшись, Коул обнаружил, что номера всех трех купюр идут подряд друг за другом, с разницей в последней цифре. Откуда могло взяться столько денег у человека, который получал за работу всего шесть долларов в неделю?

Без сомнения, здесь что-то было не так, но что именно — Коул никак не мог понять. Вздохнув, он сложил купюры, тщательно завернул их и спрятал в ящик стола.

Вскоре слухи о страшной находке в саду Латимеров разнеслись по всему городу. Некоторые утверждали, что доктор убил садовника в припадке ревности, однако никто не мог точно указать, была ли причиной ссоры первая жена Коула или вторая. Никто также не принимал во внимание то, что пожилой, неряшливый и непривлекательный садовник никак не мог стать соперником красавца врача. Одна из жительниц — пухлая матрона с хорошо подвешенным языком — уверяла, что видела, как вторая миссис Латимер бродила по саду в обществе садовника вскоре после прибытия, — об этом она сообщила Ксантии Морган, примеряя шляпки. Хотя Ксантия не питала особой любви к Элайне, она поспешила заверить клиентку, что доктор Латимер даже из ревности не способен убить человека. Кроме того, добавила Ксантия, ей доподлинно известно, что брак Латимеров — всего-навсего сделка: сердобольный врач взял в свой дом эту молодую женщину из чувства сострадания, приютил ее, как и малышку Минди.