Читать онлайн «Том 4. Уральские рассказы». Страница 149

Впервые напечатан в журнале «Вестник Европы», 1883, № 4, с подзаголовком «Рассказ из жизни на Урале». При подготовке рассказа к перепечатке в четвертом томе «Уральских рассказов» (М., 1902) Мамин-Сибиряк переработал произведение, сократил некоторые сцены и эпизоды, произвел стилистическую правку, изменил его подзаголовок. В письме Д. П. Ефимову от 25 апреля 1901 года он предлагал изменить название произведения: «…рассказы „Fussilago farfara“ нужно назвать просто „Мать-мачеха“, а рассказ „Переводчица на приисках“ просто „На прииске“». (Письмо не опубликовано. Хранится в Рукописном отделе Государственной библиотеки СССР имени В. И. Ленина.)

В сборнике «Повести» (М., 1902) «Fussilago farfara» напечатана под названием «Мать-мачеха», (но рассказ «Переводчица на приисках» появился в четвертом томе «Уральских рассказов» под старым наименованием. Остается неизвестным, отменил ли сам Мамин-Сибиряк свое предложение или недостаточно внимательный издатель не учел это предложение автора. Мамин-Сибиряк неоднократно жаловался на невнимательное отношение издателя к четвертому тому «Уральских рассказов». Получив первую корректуру, он писал Д. П. Ефимову: «Вы не можете себе представить, как Вы меня огорчили первой же корректурой 4-го тома „Уральских рассказов“. Я ее сегодня посылаю Вам посылкой нечитанную, потому что ни печать, ни верстка, ни формат не подходят к формату, печати и шрифту первых трех томов „Уральских рассказов“… Согласитесь, что невозможно издавать разномастные книги под одним заголовком». (Письмо Д. П. Ефимову, 30 июня 1901 года. Не опубликовано. Хранится в Рукописном отделе Государственной библиотеки СССР имени В. И. Ленина.) По выходе тома автор еще раз высказал свое недовольство внешним видом издания. «Вы даже не сохранили обложку первых трех томов», — писал он Ефимову 9 февраля 1902 года.

Печатается по тексту: Д. Н. Мамин-Сибиряк «Уральские рассказы», т. IV, М., издание Д. П. Ефимова (1902).

…все перенес, как праведный Иов — По библейскому сказанию, Иов был счастливым человеком: он был богат, почитаем, имел семь сыновей и трех дочерей, составлявших счастливое семейство. Иов вел жизнь праведника. Этому счастью позавидовал сатана и стал говорить богу, что Иов праведен только благодаря своему земному счастью, с потерей которого он потеряет свое добронравие и превратится в богохульника. Чтобы изобличить эту ложь, бог позволил сатане лишить невинного Иова всех благ: он обеднел, потерял детей и заболел проказой, но Иов все претерпел, не жаловался и не роптал. За это бог исцелил его и обогатил, у него снова родилось семь сыновей и три дочери, и он счастливо прожил до глубокой старости.

Доброе старое время*

Впервые напечатана в журнале «Русская мысль», 1889, № 2. Написана осенью 1888 года На первом листе рукописи (Свердловский областной архив) надпись-автограф: «1888 г., октябрь, Ектрбрг». При жизни писателя перепечатывалась в IV томе «Уральских рассказов», М., 1902.

Печатается по тексту: Д. Н. Мамин-Сибиряк «Уральские рассказы», т. IV, М., издание Д. П. Ефимова (1902).

В основу повести «Доброе старое время» лег очерк Мамина-Сибиряка «Город Екатеринбург», в котором автор рассказал историю возникновения екатеринбургского театра. Театр в Екатеринбурге был построен на средства золотопромышленников Рязановых по инициативе главного горного начальника генерала В. А. Глинки (см. о нем в примечаниях к повести «Верный раб»): «генерал пожелал, и театр был выстроен… Первым антрепренером, — пишет Мамин-Сибиряк, — был Соколов, который привез в Екатеринбург оригинально составленную труппу — лучшие силы были крепостные… Соколов, кочевавший по средней России, ухитрился на каких-то особых условиях законтрактовать в имении Тургеневых (Спасское-Лутовиново) человек пять девочек-подростков, обученных в домашней театральной школе… С актрисами-девочками была отправлена особая нянька, которая тоже входила в состав труппы. Приобретение Соколова оказалось вообще очень удачным, и ученицы крепостной театральной школы оказались прекрасными актрисами… Сейчас еще жива первая примадонна этой первой труппы — А. И. Иванова, от которой мы и получили эти сведения» (Д. Н. Мамин-Сибиряк. Собрание сочинений. Свердловск, 1951, т. 12, стр. 273).

Краген — большой меховой воротник, который можно накинуть на голову.

Курпей — здесь — кисть на шапке.

Выжлятник — охотник, наблюдающий за гончими (от выжлец — кобель гончей породы).

Доезжачий — старший псарь, занимающийся обучением борзых собак и распоряжающийся ими на охоте.

…опасаясь… исправленных попов с Иргиза… — На реке Большой Иргиз (приток Волги) был расположен один из центров старообрядчества; здесь беглые попы отказывались от господствующей церкви, т. е. «получали исправу».

Аматер (фр. amateur) — любитель.

Верный раб*

Впервые повесть «Верный раб» была опубликована в журнале «Северный вестник», 1891, №№ 7 и 8 (июль-август), за подписью: «Д. Мамин-Сибиряк». Рядом с подписью имеется дата: «1891 г., 9 мая, Петербург».

О сотрудничестве Мамина-Сибиряка в либерально-народническом журнале «Северный вестник» Б. Б. Глинский, один из его редакторов-издателей, писал: «Желание Мамина принять участие в органе, мною руководимом, доставило мне немалую радость, и между мною и этим тогда уже известным писателем скоро завязались дружеские отношения» (Б. Б. Глинский, Среди литераторов и ученых, СПб. 1914). Первоначально Мамин-Сибиряк намеревался постоянно сотрудничать в «Северном вестнике» и принял предложение редакции журнала ежемесячно помещать статьи в отделе новостей и открытий и внутреннего обозрения, но вскоре отказался от этой работы. «…буду вытягивать свою линию беллетристическую», — писал он матери 17 ноября 1891 года (Всесоюзная библиотека им. В. И. Ленина).

Главные действующие лица, сюжетная канва повести «Верный раб» очень близки к тому, что рассказывал известный уральский историк-краевед Н. К. Чупин о назначенном в 1837 году главном начальнике горных заводов на Урале В. А. Глинке, который, несомненно, явился прообразом генерала Голубко.

«Мне было девять-десять лет, я уже учился в уездном училище, — рассказывал Н. К. Чупин, — как приехал к нам в город генерал Глинка, который царствовал на Урале почти двадцать лет… Говорили, что в молодости он был адъютантом самого Аракчеева и служил в военных поселениях… Глинка был облечен неограниченными полномочиями… Урал в то время представлял область на военном положении, а главный горный начальник, как генерал-губернатор, в своем лице сосредоточивал всю власть как административную, так и судебную…

Генерал, вышедший из мордобойной школы Аракчеева, непоколебимо верил, что управлять людьми можно только плетью, кнутом и розгами… С этой целью Глинка обычно ездил по городу и заводам не иначе, как окруженный сотней вооруженных казаков, и где бы он ни показывался, там неизменно свистели плети и нагайки. Не удивительно, что на Урале все перед ним трепетали, и окружающие его чиновники, также и люди, имевшие к нему дело, не знали, как к нему подойти и как подступиться» («Воспоминания о Д. Н. Мамине-Сибиряке», сост. З. А. Ерошкина, 1936).

Рассказ Н. К. Чупина о влиянии на генерала его верного раба Мишки также соответствует сюжету повести.

В опубликованном в 1889 году очерке «Город Екатеринбург» Мамин-Сибиряк писал о В. А. Глинке: «Благодаря Глинке быстро сформировался, вырос и окреп замкнутый горный кружок с преобладающей чиновно-семейной организацией. Горные инженеры соперничали в мотовстве и роскоши с миллионерами, шампанское лилось рекой, крепостная военная музыка играла мотивы из „Белой дамы“ и „Le diable amoureux“ („Влюбленный бес“).»

В настоящем собрании сочинений текст повести печатается по изданию: «Д. Н. Мамин-Сибиряк. Уральские рассказы», т. 4, 1902 (в предыдущие издания «Уральских рассказов» повесть не включалась), с исправлением опечаток по журнальной публикации.

Шары — глаза. (Прим. Д. Н. Мамина-Сибиряка.)

Кислы — проквашенная мелкая капуста. (Прим. Д. Н. Мамина-Сибиряка.)

Лопотина — верхняя одежда, вообще платье. (прим. автора)

Обуй — обувь. (прим. автора)

Настоящий очерк относится ко времени, предшествовавшему открытию Уральской горнозаводской железной дороги. — Автор.

Черепом называется тонкий слой льда, который весной остается на дороге; днем он тает, а ночью замерзает в тонкую ледяную корку, которая хрустит и ломается под ногами. (прим. автора)