Читать онлайн «Солнечный огонь». Страница 91

Но в составе делегации был один старый, закаленный партиец, знакомый еще с родоначальниками Дашнакцутюна. И вот как он себя повел - на реплику Оганесяна, участника этой встречи, лорду Аткинсону, что у армян территориальных требований к Турции нет (они ведь между собой так договорились!), взял и брякнул вслух по-английски буквально следующее: "Подожди, сынок, это мы сейчас пришли говорить на тему геноцида, но территориальные-то требования к Турции были и останутся до тех пор, пока не осуществится мечта армян: создание Единой и Независимой Армении". А затем шепнул Оганесяну по-армянски: "Не можем же мы нарушать партийную линию..."

После этого, пишет автор, переговоры были скомканы, а через два месяца на конгресс по армянскому вопросу в Мюнхен Аткинсон послал своего секретаря, что означало: он более не хочет иметь с армянами дела.

Самое интересное, как именно трактует Оганесян данный эпизод, а пишет он следующее: "Этот случай показывает, как трудно было партии, воспитанной на моральных ценностях открытой свободы и независимости духа, начинать действовать на политической сцене, где эти ценности были пустым звуком". Он называет это - противоречием между "идеалом и политикой".

Что же наглядно демонстрирует подобная трактовка в реальности, а не в категориях мифологии дашнакской секты? Что за сто лет дашнаки ничуть не изменились ("партийная линия"), не извлекли никаких уроков из собственной истории и в любой момент готовы дать импульс к возбуждению очередной кровавой распри (они и доказали это в недавних событиях в Сумгаите, Баку, Карабахе и т.д.). Что миф о "Единой и Независимой Армении" по-прежнему жизнеспособен, а "моральные ценности открытой свободы и независимости духа" прилагаются дашнаками только к армянам. Что политику они понимают, как отношения лицемерно угодливого, льстивого клиента и патрона-покровителя, которого можно с легкостью сменить на другого, в зависимости от ситуации, лишь бы шел на поводу у армянской клиентеллы. Бывший дашнак Л.Чормисян в изданной в Бейруте в 1965 году книге подтверждает этот вывод: "Мечта об автономной Армении должна была осуществиться с помощью европейских королей, генералов, министров и журналистов".

Все-таки не совсем точно я формулировал ранее: дашнаки никого не предавали, потому что никому и ничему никогда не были преданы. Их отношения с Россией, в частности, яркий тому пример. Послушаем, например, известного дашнака Р.Дарбиняна, писавшего в 1920 году: "В течение последних двух десятков лет главной причиной всех наших политических ошибок, ляпсусов и разочарований было наше ярое национальное русофильство и русская ориентация, которая нанесла нам большой вред".

Здесь, раз затронута тема верности и предательства, считаю очень важным сделать небольшое историческое отступление.

В знаменитом, великолепно-торжественном Георгиевском зале Московского Кремля, где увековечены имена кавалеров Ордена Святого Георгия, самой почетной награды Российской Империи, есть два имени - Гусейн хан Нахичеванский и Исмаил хан Нахичеванский. Кто же они, эти два доблестных воина, удостоенных такой высокой чести?

По отцовской линии они происходят из древнего рода ханов Нахичеванских, а по материнской - из южно-азербайджанской ханской династии Макинских. Род Нахичеванских-Макинских дал Азербайджану множество выдающихся представителей интеллигенции и государственных деятелей. Ханы Макинские исконно проживали в Иреване (именно так назывался до завоевания Россией и массового заселения армянами Эривань-Ереван), откуда были окончательно изгнаны армянами в 1918 году.

Дед Гусейн хана и Исмаил хана - Эхсан хан перешел на сторону России во время русско-персидской войны 1826-1828 годов, вступив в переговоры с генералом Паскевичем, и сумел дипломатическими методами сохранить автономный статус Нахчиванского ханства вплоть до 1840 года. По свидетельству русского ученого-востоковеда К.Смирнова, с потерей автономии многие жители ханства, не пожелав жить под властью русского царя, бежали в Персию. И эти земли тут же начали усиленно заселяться армянами, что еще раз доказывает беспочвенность их притязаний на нахчиванский край. К слову, труды Смирнова по истории и этнографии Нахчивана, изданные частью в Тифлисе в 1934 году, были, по понятным причинам, закрыты для общественности.

Но вернемся к нашим героям... Эхсан хан, став последним правителем Нахчиванского ханства, имел звание генерал-майора российской армии, а Николай I пожаловал ему звание походного атамана войска Кенгерли. Сын его, Калбали хан, также был генерал-майором. Брат Калбали хана - Исмаил хан, генерал-лейтенант русской армии, герой обороны крепости Баязит во время русско-турецкой войны 1877-1878 годов и прославлен в числе других Георгиевских кавалеров в Кремле. Однако сейчас я поведу речь о его племяннике...

28 июля 1863 года в семье Калбали хана и Зары ханым Макинской родился Гусейн хан Нахичеванский, человек, под чьим началом в дальнейшем служили будущий президент Финляндии Маннергейм и польский генерал Андерс, командующий польской армией на Западном фронте во время второй мировой войны.

Гусейн хан участвовал в русско-японской войне, где отличился также другой азербайджанец Алиага Шихлинский, генерал-лейтенант, знаменитый теоретик и практик артиллерийского дела, по чьим учебникам учились в военных академиях русские офицеры еще во время Великой Отечественной...

Гусейн хан командовал на Дальнем Востоке 2-м Дагестанским кавалерийским полком, совершавшим рейды, подобно современному спецназу, по японским тылам, был ранен, а затем награжден Орденом Св. Георгия 4-й степени. В первую мировую Гусейн хан уже командует гвардейским кавалерийским корпусом, принимая участие в знаменитом Брусиловском прорыве. Он становится генерал-адъютантом Николая II и в 1916 году получает звание генерала от кавалерии, что соответствует званию маршала. В эти годы его награждают Георгием 3-й степени, орденами Св. Станислава 1-й, 2-й и 3-й степеней, Св.Владимира 3-й и 4-й степени, Св.Анны 1-й степени, а также за свои боевые заслуги он получает награды Румынии, Болгарии, Пруссии, Австро-Венгрии...

Теперь мы подходим к самому драматическому и достойному шекспировской трагедии моменту в жизни Гусейн хана Нахичеванского.

Февральская революция. Единственные из всех русских генералов, кто выступили против отречения царя от престола, были граф Келлер и Гусейн хан Нахичеванский, а поддержали отречение даже дядя Николая II Великий князь Николай Николаевич, командующий Кавказским фронтом, и двоюродный брат царя Кирилл Владимирович - командир Гвардейского экипажа.

Получив известие об отречении, Гусейн хан направляет в Ставку телеграмму начальнику штаба генералу Алексееву для передачи Государю. Текст ее таков: "Прошу Вас не отказать повергнуть к стопам Его Величества безграничную преданность гвардейской кавалерии и готовность умереть за своего обожаемого монарха. Генерал-адъютант хан Нахичеванский".

Алексеев не передал телеграмму царю... Кто знает, как бы могли повернуться события, согласись царь принять помощь гвардейцев-кавалеристов...

Изменить присяге Гусейн хана не заставил даже расстрел царской семьи. А когда была убита Великая княгиня Елизавета Феодоровна, сестра царицы, основавшая монастырь после убийства в 1905 году членом боевой организации эсеров Каляевым своего мужа Великого князя Сергея Александровича, постригшаяся в монахини и ставшая там настоятельницей, тело ее удалось сложными путями переправить для захоронения в Иерусалим. Деньги в то время ничего не стоили, и золото в слитках на всю эту многотрудную и опасную эпопею с захоронением Великой княгини пожертвовал Гусейн хан Нахичеванский... После канонизации Елизаветы Феодоровны этот факт поминается в проповедях в Иерусалимском православном храме.

Самого же Гусейн хана расстреляли в Петрограде во время "красного террора" в конце 1919 года.

Наводит на печальные размышления тот факт, что в нынешней России, где появилось так много рьяных патриотов-монархистов, судьба Гусейн хана, его личность, его благородное мужественное поведение в тот момент, когда высшее русское офицерство, присягавшее на верность Короне Российской, пошло в услужение совсем иным силам, практически забыты...

Но и об интересах собственного народа пеклись Гусейн хан и его братья. Будучи крупнейшими землевладельцами в Нахчиванской и Иреванской губерниях (Гусейн хан, по сведениям Нахчиванского архива, имел 30 тысяч десятин земли), они скупали все новые и новые земли в Иреванской губернии, стремясь не допустить расселения там очередных переселенцев-армян из Ирана и Османской Империи. Они предвидели, что принесут эти пришлые люди азербайджанцам.

Возникает естественный вопрос, неужели никто в российских верхах не понимал армянской националистической опасности? Понимали. В период правления Петра Столыпина (1907-1911 г.г.) была сделана попытка по заслугам воздать дашнакам за их террористическую деятельность в Закавказье. По следам тамошних событий 1905-1906 г.г. был собран огромный обвинительный материал, произведены массовые аресты дашнаков. Следователи выбирались не из Закавказья, чтобы исключить любую возможность подкупа или шантажа. Предстоящий процесс должен был стать грозным предупреждением разжигателям межнациональной розни и целостности страны.