Читать онлайн «Исповедь королевы». Страница 53

Слезы застилали мне глаза, и я больше не могла писать, но позже я возьму ручку и закончу.

Время меня подстегивает.

Скоро за мной приедет телега. Мне отрежут волосы, свяжут руки за спиной и повезут меня по улицам хорошо знакомым маршрутом, которым ездили мои друзья в былые дни… А Людовик ехал передо мной по тем самым улицам, где когда-то я проезжала в карете, в которую были впряжены белые лошади, где господин де Бриссак говорил мне, что в меня влюблены двести тысяч французов… по улице Сан-Оноре, где меня может увидеть мадам Бертен, к площади Революции и затем — на чудовищную гильотину.

Толпы будут громко выкрикивать оскорбления в мой адрес, как делали много раз прежде, а пока меня везут, я буду думать о своей жизни. Я не замечу улиц с кричащими, жестикулирующими толпами, жаждущими моей крови. Я буду думать о Людовике, ушедшем передо мной, об Акселе, сожалея иногда… О, но не нужно печалиться слишком горько, моя любовь, для меня кончатся все беды. Я буду думать о своем мальчике и молиться, чтобы его не слишком долго мучили угрызения совести. Мой дорогой, все это пустяки. Я прощаю тебя… ты не знал, что говоришь.

Итак, я сейчас вся в ожидании и молюсь, чтобы во время этой последней поездки я оказалась подлинной дочерью своей матери. Я встречу смерть с храбростью, которую она мне пожелала бы.

Нет больше времени писать. Они идут.

На меня снизошло полное спокойствие. Лишь в одном теперь я была уверена — самое худшее позади, я все это выстрадала. Остается только последний удар, который приведет к избавлению.

Я готова. И я не боюсь. Ведь это жизнь требует храбрости, а не смерть.

Так иногда близкие называли Марию Антуанетту.

Королевский приказ об аресте без указания имени заключенного. — прим. 2-го верстальщика.

Игра слов, дословно «неспособные».

«Пойдет», «наладится».

«Вперед, сыны отчизны»— первые слова «Марсельезы».

Распутная женщина (библ.).