Читать онлайн «Сборник исторических миниатюр». Страница 30

Но тот еще колебался. Чтобы рассеять сомнения Савинкова, 21 мая 1924 года ОГПУ устроило еще один спектакль. На заседании правления ЛД (состоявшего из чекистов) была организована встреча Павловского с прибывшим из Варшавы Фомичевым. Павловский вел себя на встрече безукоризненно и озвучил «просьбу»: он хотел остаться для работы в России. 31 мая на «квартире Павловского» произошла новая встреча с Фомичевым, на которой присутствовал и Федоров. Павловский и тут оказался на высоте.

Но…Савинков повторил, что приедет в Россию только в сопровождении Павловского.

В жизни всегда есть место ошибкам

Стараясь «разрулить» ситуацию, чекисты сообщили Савинкову, что Павловский во время попытки экспроприации поезда тяжело ранен и скрывается в Москве на квартире надежного человека, хирурга. В своих письмах Павловский подтверждал эту информацию и звал Савинкова в Россию, выражая надежду на скорое выздоровление.

Фомичеву организовали встречу с «раненым» Павловским. Убедившись в невозможности выезда последнего за границу, тот возвратился в Париж. Вместе с ним отправился и Федоров. После очередной порции призывов, увещеваний, долгих разговоров и размышлений Савинков, наконец, сдался и принял решение ехать в Россию.

12 августа 1924 года он прибыл в Варшаву, где с помощью грима несколько изменил свою внешность. 15 августа вместе с Фомичевым он перешел польско–советскую границу. Пообщался с Федоровым, сотрудников разведки Пиляром, изображавшим командира пограничной заставы, «сочувствующего» ЛД, а также «членами московской организации» — чекистами Пузицким и Крикманом.

16 августа Савинков и сообщники его сопровождающие были арестованы.

Возможны варианты

По официальной версии арест вызвал надлом и внутреннюю капитуляцию знаменитого террориста. Странная версия. Савинков не боялся смерти и по собственному заявлению ехал в Россию, что умереть, став примером для других.

25–29 августа 1924 года в Москве состоялся судебный процесс, где Савинков сделал заявление: «Я, безусловно, признаю Советскую власть и никакую другую. Каждому русскому, кто любит свою страну, я, который прошел весь путь этой кровавой тяжелой борьбы против вас, я, кто доказывал вашу несостоятельность, как никто другой, я говорю ему — если ты русский, если ты любишь свой народ, ты низко поклонишься рабоче–крестьянской власти и признаешь ее безоговорочно».

Естественно, что подобные показания вызвали замешательство в среде белой эмиграции.

29 августа 1924 года Военная коллегия Верховного суда СССР вынесла Савинкову смертный приговор. Но, принимая во внимание признание своей вины и «полное отречение от целей и методов контрреволюционного и антисоветского движения», суд постановил ходатайствовать перед Президиумом ЦИК СССР о смягчении приговора. В тот же день смертная казнь была заменена лишением свободы на 10 лет.

Возможно в благодарность за это, а может, следуя душевному порыву и новым политическим взглядам, Савинков из тюрьмы направил своим единомышленникам за рубежом несколько писем с призывом прекратить борьбу против собственного народа, последовать его примеру и вернуться в Россию.

Содержался бывший террорист во внутренней тюрьме на Лубянке. В его распоряжение была библиотека; он совершал прогулки в Сокольники и даже бывал в ресторанах. Более того, к нему на интимные свидания допускали его возлюбленную, мадам Деренталь. Но тюрьма, есть тюрьма. Тяжелые ли условия заключения или что иное, привели Савинкова в угнетенное состояние духа и заставили ходатайствовать о полном помиловании. Когда же просьба была отклонена, Савинков выбросился из окна пятого этажа и разбился насмерть.

ЧК не спит

ОГПУ достигло своей цели. С политической арены ушел человек, который одним своим существованием мешал советской власти. Причем ушел дискредитированный в глазах своих соратников.

Пошел на спад и антисоветский террор. После операции «Трест» — «кальки», как теперь говорят, с «Синдиката‑2», массовый не контролируемый террор со стороны оппозиции был фактически прекращен. С подачи чекистов руководство многочисленных легендированных организаций буквально забросало зарубежный Центр сообщениями о том, что террор не оправдывает себя, а проведение боевых акций позволяет ОГПУ разоблачить руководство антисоветского сопротивления и разгромить его структуры. Особо подчеркивалось, что приказ перейти в подполье означает практически полное прекращение антисоветской деятельности этих организаций на территории РСФСР.

Эти аргументы сделали свое дело. Руководство белой эмиграции дало распоряжение о прекращении террористических актов в России во имя сохранения существующих там подпольных антисоветских организаций.

Многие из которых были, как и ЛД, лишь мифами.

По материалам Hystory.ru, «100 великих операций спецслужб» (www.operaciy-specslujb.greatest100.ru),

«Служба внешней разведки Российской Федерации» (www. svr.gov.ru), «Федеральная служба безопасности Российской Федерации» (www.fsb.ru) для газеты «Я»

31 января 1879 г. родился Борис Савенков — человек, жизнь которого была посвящена террору, борьбе с царизмом и Советской властью. А смерть и сопутствующие ей обстоятельства — принесли славу ОГПУ

Тонкости насущного момента

К концу 1920 года большевики победили в гражданской войне. Однако армии генералов Деникина и Врангеля (150 тысяч штыков), сумели эвакуироваться в Турцию, а затем достаточно организованно рассредоточиться в основном на Балканах. Сохранив, таким образом, боеспособность и ратный дух.

Не в пример, армии эмигрантский политикум раздирали противоречия. Левые либерально–демократические круги считали военный путь исчерпавшим себя и делали ставку на антибольшевистские силы внутри России. Правые, особенно промонархические блоки, по–прежнему настаивали на необходимости вооруженного свержения Советской власти извне, с помощью иностранных держав.

В такой обстановке самой большой опасностью для советской власти была консолидация белого движения, насчитывающего от полутора до двух миллионов человек. А самой первоочередной задачей — работа против различных зарубежных антисоветских центров и их филиалов в России.

Одним из таких центров был «Народный союз защиты родины и свободы» (НСЗРиС), который возглавлял Борис Савинков. Эсер, заместитель руководителя Боевой организации социал–революционной партии, после разоблачения Азефа — руководитель БО, организатор убийства министра внутренних дел В. К Плеве, московского генерал–губернатора великого князя Сергея Александровича, покушения на министра внутренних дел Дурново и московского генерал–губернатора Дубасова, инициатор убийства священника Георгия Гапона, заподозренного в сотрудничестве с Департаментом полиции,

террорист № 1 Российской империи, приговоренный к смертной казни царским судом; министр Временного правительства; организатор антисоветских мятежей в Ярославле, Рыбинске и Муроме; участник Первой мировой войны в рядах французской армии и Гражданской войны в России на стороне белых; создатель Русской народной армии, подчиненной польскому правителю Пилсудского; лютый враг советской власти; незаурядный писатель, Савинков был серьезным и сильным оппонентом для ОГПУ.

И вечный бой

И очень ценным «помощником» для зарубежных разведок.

Имея агентуру в России, Савинков снабжал шпионской информацией генеральные штабы Польши, Англии и Франции, за что получал немалые деньги. Есть данные об финансовых «инъекциях» из французской миссии в Варшаве — около 1,5 миллиона польских марок, от польского генштаба — 500–600 тысяч, от МИДа Польши — 15 миллионов ежемесячно. Спонсировали известного террориста Форд, Муссолини, бельгийские капиталисты, заинтересованные в получении будущих концессий в России и российские экс — капиталисты, сумевшие уберечь капиталы.

Само собой контора Савинкова имела «широкий профиль» и занимались всем, за что платили: шпионажем, диверсиями, террором, созданием многочисленных ячеек и резидентур на советской территории и даже подготовкой к открытому вооруженному выступлению.

Провокация, всегда в моде

Пресечь подрывную деятельность великого террориста удалось лишь с помощью операции «Синдикат‑2», реализованной органами ОГПУ при содействии генерала–лейтенанта Владимира Джунковского, бывшего шефа Отдельного корпуса жандармов. Привлеченный председателем ВЧК Ф. Э. Дзержинским в качестве консультанта, Джунковский выработал для чекистов стратегию борьбы с контрреволюцией. Он пояснил: не стоит тратить силы на одиночек и мелкие группки террористов. Надо ловить «крупную рыбу», То есть создавать легендированные организации, членами которых якобы являются лица, хорошо известные белой эмиграции.