Читать онлайн «Помни войну». Страница 42

— Может повторить то достижение еще раз. Когда будет нужно для России...

Макаров стал великим русским флотоводцем благодаря действительно титаническому труду. Он не мог в тех условиях рассчитывать на первотолчок и поддержку при продвижении по служебной лестнице, которые многим другим его сослуживцам давала родословная. Макаровские «Рассуждения по вопросам морской тактики» стали результатом многих лет упорнейшего труда «всезнайки», которому в жизни приходилось рассчитывать только на самого себя.

Именно происхождение из флотских низов во многом предопределило его познания в области воинского духа: так тогда называли моральный фактор в войне. Степан Осипович следовал лучшей традиции отечественной военной школы — суворовской традиции.

Макаровские «Рассуждения» по духу, самой сути сродни суворовской «Науке побеждать». Чего стоит, например, только одна такая выдержка:

«Дело духовной жизни корабля есть дело самой первостепенной важности, и каждый из служащих, начиная от адмирала и кончая матросом, имеет в нем долю участия».

Для Макарова характерна любовь к матросу. Он никогда не считал себя «барином». Сам сын некогда рядового матроса, свою любовь к нижним чинам флотоводец проявлял через требовательность и продуманную систему обучения. Тем самым он добивался, чтобы как можно меньше подчиненных встретили смерть в грядущей войне. Степан Осипович приучал людей к мысли, что если они не сумеют спасти свой родной дом — корабль, то и им не будет спасения в битве на море, в походе, во время шторма.

Будучи командиром кораблей, а затем занимая различные адмиральские должности, Макаров видел свой начальственный долг в неустанной заботе о нижних чинах. Вся его служба в ранге флотского командира пронизана постоянной и искренней заботой об условиях жизни и быта матросов. И прежде всего судовых экипажей, мир повседневного обитания которых заключался в четырех стальных «стенах».

Макаров относился к числу людей бескорыстных, ибо ратное служение Отечеству считал святостью. Здесь его можно считать продолжателем дела великих флотоводцев России — Ф. Ф. Ушакова и П. А. Нахимова. Те, в свою очередь, брали жизненный пример с творца побед в Хиосском и Чесменском морских сражениях адмирала Григория Андреевича Спиридова...

После годичного отсутствия на Балтике Макарова возвращают назад. В Адмиралтействе не без оснований сочли, что боевая учеба на Тихоокеанской эскадре налажена должным образом. В январе 1896 года следует назначение исполняющим делами старшего флагмана первой флотской дивизии Балтийского моря. А с мая по сентябрь того же года Степан Осипович командует Практической эскадрой, держа свой флаг на эскадренном броненосце «Петр Великий».

Учебное плавание кораблей Практической эскадры того года запомнилось морякам-балтийцам своей насыщенностью. Время первым флагманом зря в море не терялось. Артиллерийские стрельбы сменялись минными атаками, постановкой заграждения, испытаниями различных способов связи, отработкой взаимодействия кораблей. Контр-адмирал Макаров требовал от командиров:

— В море надо людей и себя учить одному: тому, что потребует реальная война.

При этом Степан Осипович, собирая офицеров в кают-компании флагманского броненосца «Петр Великий», не забывал напоминать:

— Военный флот строится государством не для парадов, а для войны. Всегда помните о ней.

— Каждый корабль Практической эскадры есть боевая единица флота. Боевая единица морской силы государства.

— Помня об этом, помните о войне...

Учения чередовались с коротким отдыхом. Устраивались шлюпочные состязания на призы. Степан Осипович, сам хороший гребец, часто становился главным арбитром гонок шлюпок. Такой водный праздник становился каждый раз большим событием в жизни Практической эскадры. На броненосных кораблях к призовым гонкам относились серьезным образом, отбирая в команды самых сильных и выносливых для гребли моряков.

После шлюпочных гонок по макаровскому нововведению следовал час испытания всевозможных рационализаторских, технических предложений судовых изобретателей из числа офицеров и нижних чинов. Многие из них трудились по персональным заданиям самого адмирала. Тот имел прекрасную черту характера начальствующего человека: всегда отмечать и хвалить профессиональную сметку моряков:

— Без смекалки моряку быть никак нельзя. Матрос должен быть ушлый, всегда готовый на бой и в поход.

Часто первым флагманом Практической эскадры проводились инспекторские смотры кораблей. В ходе их команды экзаменовались на профессиональную зрелость. Макаров никогда не делал громких разгонов, уважительно относясь к личностям подчиненных. Сам оставаясь всегда спокойным, никого не торопил и не нервировал. Может быть, именно поэтому его моряки трудились без принуждения, охотно и много, с удовольствием.

Макаров, заботясь о становлении молодых офицеров и начинающих командиров кораблей, часто говорил им в наставление старшего жизненным, флотским опытом человека:

— В плавании не следует пропускать ни одного случая попрактиковаться в упражнениях, полезных в боевом отношении.

— То, что офицер будет требовать от своих подчиненных, он обязан безукоризненно выполнять сам; учась сам, он должен учить и воспитывать других.

— Нет общих мерок для всех и каждого; прежде всего необходимо изучить способности и индивидуальность своего подчиненного, а уже после этого вести работу с ним.

— Командир должен быть примером поведения и исполнения служебных обязанностей для подчиненных; во флотской жизни иначе нельзя...

В своих наставлениях Макаров порой иронизировал над флотской жизнью, говоря:

— Если смотры и парады не обходятся без репетиций, то как же можно допустить, что в таких сложных условиях, как исправление повреждений, полученных в бою, можно обойтись без предварительной тренировки.

О периоде командования Макаровым Практической эскадрой флота Балтийского моря (ее обычно называли Балтийской эскадрой) сохранилось несколько интересных мемуарных заметок.

В воспоминаниях флотского офицера Н. Орлова, участника Русско-японской войны, рассказывалось об отношении Степана Осиповича к целесообразному использованию служебного и личного времени. Адмирал говорил подчиненным:

Всякий человек должен уметь поесть и поспать. Какой мне толк, что иной от усердия три ночи не спит? Ну, он тогда никуда и не годится!

— Тот хорош, кто при самой большой спешке умеет выспаться...

Воспоминания писались людьми, которые наблюдали личность флотоводца какое-то время. О бытности его во главе Балтийской эскадры флаг-офицер Зилоти рассказывал:

«В кампанию 1896 года, командуя Практической эскадрой, адмирал Макаров на флагманском корабле «Петр Великий» сам вел эскадру, маневрируя на Трансзундском рейде, огибая вехи в обычном расстоянии, и вдруг... «Петр

Великий» напоролся на камни! И с поврежденной деревянной обшивкой проскочил дальше (стальной корпус корабля был обшит деревом с целью предохранения подводного борта от повреждения камнями. — А. Ш.).

— Определяйте расстояние и направление на вехи! — тотчас скомандовал находившимся на капитанском мостике людям адмирал.

И командир, и штурманские офицеры оценили расстояние — кто в 25, кто в 30 саженей. Вывод напрашивался сам собой: значит, курс корабля был взят слишком близко от мели.

— Не менее 75 саженей! — с уверенностью сказал Макаров и велел разыскать подводный камень.

Два дня поисков не привели ни к какому результату. Большинство офицеров было убеждено, что наткнулись не на отдельно стоявшую скалу, а' на отрог огражденной вехой банки. Только один адмирал оставался при своем убеждении:

— Если мы прошли ближе 75 саженей от вехи, то у меня нет морского глаза и я весь век удачно плавал не благодаря искусству управляться, а благодаря лишь глупому счастью! — воскликнул Макаров.

Через два дня водолазу удалось отыскать в расстоянии 80 саженей от вехи остроконечную скалу, на вершине которой сохранились обломки деревянной обшивки корабля, — вещественное доказательство, что корабль наткнулся именно на этот камень и что морской глаз Макарова не обманул его и на этот раз».

...В августе 1896 года в биографии Степана Осиповича Макарова происходит значительное событие: следует производство в вице-адмиралы — последний чин флотоводца. Чин полного адмирала ему помешала получить, вне всякого в том сомнения, гибель эскадренного броненосца «Петропавловск» как результат умело поставленной на его пути японцами минной банки.

Присвоение нового звания совпало с утверждением его в должности старшего флагмана на 1-й флотской дивизии морских сил России на Балтике. Новое назначение Макарова в глазах его сослуживцев стало прежде всего высоким доверием способностям новоиспеченного вице-адмирала.