Читать онлайн «Смутная пора». Страница 47

24

Скрыня – сундук.

О жене Мазепы известно только, что она приходилась родственницей прилуцкому полковнику Горленко. Сначала она была замужем за неким богатым паном Фридрикевичем и, овдовев, жила в Корсуне. Мазепа познакомился с ней и женился еще в бытность свою у гетмана Дорошенко. Никакого участия в делах гетмана она не принимала. Умерла в 1702 году, за два года до начала романа Мазепы с Мотрей.

Письма Мазепы к Мотре Кочубей я использовал в хронике только частично и в несколько исправленном виде. Считаю не безынтересным познакомить читателей с подлинником одного из писем, относящихся к описываемому времени.

«Моя сердечне коханая, наимилейшая, найлюбезнейшая Мотроненько. Вперед смерти на себе сподевався, неж такой в сердцу вашем отдмени. Спомне тильки на свои слова, спомне на свою присягу, спомне на свои рученки, которие мене не поединократ давала: же мене хочь будешь за мною, хочь не будешь, до смерти любити обецала. Спомне на остаток любезную нашу беседу, коли есь бувала у мене на покою: нехай бог неправдивого карает, а я хочь любишь, хочь не любишь мене, до смерти тебе подлуг слова своего любити и сердечне кохати не перестану на злость моим ворогам. Прошу и велце, мое серденко, яким колвек способом обачься за мною: що с В. М. далее чинити; боюж больше не буду ворогам своим терпети, конечне одомщению учиню, а якое сама обачишь. Шасливши мои письма, що в рученках твоих бувают, нежли мои бедние очи, то тебе не оглядают».

Русские войска, численно пополняясь и перевооружаясь, в то же самое время продолжали успешно действовать против шведов в Прибалтике. Уже в 1701 году близ Эрестфера были разбиты войска генерала Шлиппенбаха. В следующем году потерпели поражение шведские флотилии на Ладожском и Чудском озерах, взята шведская крепость Нотебург (Орешек), а весной 1703 года – крепость Ниеншэнц.

В 1704 году русские войска штурмом взяли Нарву и Дерпт, а шведы оттеснены к побережью в районе Рига – Ревель.

В 1705—1706 годах русские войска с успехом сражались со шведами в Польше, где осенью 1706 года при Калите была одержана победа над крупной группировкой шведских войск.

Подозрения на Адама Сенявского набрасывались Мазепой и другими лицами враждебного России лагеря с очевидной целью поколебать доверие Петра к своему верному союзнику. Собранные Сенявским польские войска продолжали действовать против шведов. В конце 1708 года Петр выразил благодарность Сенявскому «за успешные действия против общих неприятелей» и послал в помощь ему семь драгунских полков. В начале 1709 года дополнительно посланы тринадцать пехотных полков. В июне из лагеря под Полтавой Петр высказал Сенявскому горячую признательность за сохранение союза.

О Кондрате Булавине и булавинском восстании подробно см. мою книгу «Кондрат Булавин» (изд. Воронежского книгоиздательства, 1938; изд. Ростовского книгоиздательства, 1939; изд. «Искусство», Москва, 1939).

Донос Кочубея и Искры, как видно из материалов следствия, не имел того значения, которое впоследствии было ему приписано.

Несомненно, что Искра принял участие в доносе из самых чистых, патриотических побуждений. Он никогда не принадлежал к числу «давних приятелей и единомышленников» гетмана, каким был прежде Кочубей, вместе с Мазепой участвовавший в расправе над Самойловичем. Искра, как и весь украинский народ, был убежден, что шляхтич Мазепа ненадежный человек, и, узнав о подозрениях свояка, решил довести об этом до сведения царя. Кочубей же, как свидетельствуют о том собственные его показания, учинил донос по «личной злобе к гетману».

Головкина следует винить не за то, что он не поверил Кочубею, а за то, что не обратил внимания на честные и бескорыстные донесения, поступавшие отовсюду. Разве нельзя было, например, тщательно проверить показания солдата Мирона или отнестись с большим доверием к Адаму Сенявскому, обличавшему гетмана в измене?

Украинский народ, свято храня нерушимую дружбу к русскому народу, задолго до Кочубея разоблачил Мазепу как изменника.

Мы показываем Кочубея в свете исторических документов, а не позднейших домыслов о нем.

Случай с крестьянином, обманувшим генерала Лангеркрона и приведшим шведов в другую сторону от Стародуба, мною не вымышлен. О нем сообщает в своих записках шведский историк Нордберг.

Ссылаясь на болезнь, гетман одновременно выставлял и другую причину невозможности выехать на соединение к царскому войску. Этой причиной была продолжавшаяся на Украине народная смута, которой Мазепа не раз пугал царя. «Если прибуду к Стародубу, – сообщал гетман Меншикову, – то разве пойду в самый город в осаду, а тут в Украине внутренний огонь бунтовничий от гультяев, пьяниц и мужиков во всех полках начал разгораться, которые, услыша о вступлении в Малороссийский край неприятельском и моем к Стародубу малолюдном отдалении, всюду в городах великими купами с киями и с ружьем ходят, арендаторов бьют до смерти, вино насильно забирают и выпивают, в Лубенском полку арендаря и ктитора убили до смерти, в Мглине сотника тамошнего изрубили и спицами покололи, в Гадяче на замок тамошний наступали, хотят добро мое там разграбить и господаря убить. Рассуди, ваша княжая светлость, своим высоким благоразумием, какая в том польза будет интересам монаршим, если я пойду в Стародубовщину, а тут всю Украину в таких трудностях, опасностях и в начинающемся бунтовничьем пожаре на крайнее разорение оставлю».

Меншиков переслал это письмо Петру и от себя сообщил: «Мне кажется, до Стародуба его ради тех противностей заволакивать не для чего, что отдаю в ваше высокоздравное рассуждение». Петр с мнением князя согласился и ответил, что гетмана можно не «отволакивать, понеже большая польза его в удержании своих, нежели в войне».

Зрадник – изменник.

Свидание царя с Мазепой в Острогожске состоялось в августе 1696 года, после взятия Азова. Гетман подарил царю богатую турецкую саблю, оправленную золотом и драгоценными камнями, а также щит на золотой цепи, украшенной алмазами, яхонтами и рубинами. Петр благосклонно принял подарок Мазепы и в свою очередь одарил гетмана, который получил 12 кусков бархата и соболий мех.

О гибели отряда генерала Лимрота сообщает шведский историк Адлерфельд.

Письмо Головкина приводится в несколько сокращенном виде. Оно написано 22 декабря 1708 года.

Дефензия – (здесь) хорошо организованная оборона.

Сцены с королем не вымышлены мною, их согласно подтверждают все шведские историки. Нет сомнения, что Карл был способным и храбрым военачальником, но я не видел никаких исторических документов, которые подтвердили бы мнение, будто Карл принадлежал к разряду особо выдающихся, талантливых полководцев чуть ли не мирового масштаба. Победа шведов над русскими под Нарвой объясняется прежде всего не личными качествами Карла, а лучшей организованностью и вооружением шведских войск. С тех пор как Петр добился перевооружения армии и ввел строгую дисциплину, шведы начали терпеть поражения.

Победу Карла над разрозненными и плохо дисциплинированными польскими войсками Августа тоже нельзя объяснить особым воинским искусством шведского полководца. А с лучшими европейскими войсками и полководцами того времени Карл не сталкивался. Слова, английского герцога Мальборо о «государе, удивившем всю Европу», и ряд подобных льстивых фраз, очевидно, имели целью подстрекать честолюбивого короля на дальнейшую борьбу с быстро укреплявшимся Русским государством.

Кат – палач.

Помимо пушек и знамен под Полтавой и Переволочной русские захватили у шведов 5400 кавалерийских и артиллерийских лошадей, 21630 ружей и карабинов, 220 пудов пороха, 32 840 шпаг и палашей, большое количество всякой воинской амуниции.

Был захвачен почти весь шведский обоз. Попала в руки русских и часть имущества Мазепы, стоимостью в 300 тысяч рублей.

Войнаровский после смерти Мазепы, получив часть богатого наследства, уехал из Турции, жил в Вене, Бреславле, Гамбурге. В руки царя он добровольно отдался в 1716 году.

Для обрисовки Войнаровского мною использованы следственные материалы и очень скудные исторические документы, позволяющие судить о нем, как о малодушном человеке, запутавшемся в мазепинских тенетах и косвенно повинном в измене. Но возможно, что степень его виновности была более значительна, поэтому на полную историчность мой Войнаровский не претендует.