Читать онлайн «Жизнь венецианского карлика». Страница 84

Я нарочно роняю одну из булочек, и она падает прямо к ногам девчушки. Я ловлю остальные, а затем важно протягиваю ей одну. Малышка берет ее. Вначале кажется, что булочка так и останется у нее в руках, но малышка вдруг, одним движением засовывает ее в рот — всю целиком.

— Гляди-ка, — говорю я, пока она жует. — У меня есть еще кое-что. — Я тянусь к кубку и забираю его из рук госпожи. — Видишь? Вот здесь, сбоку, надпись? Правда, красиво? А твой дедушка умеет такие делать?

Она едва заметно кивает.

— Это — тебе. Это он нам оставил кубок. Видишь? Погляди. Погляди на буквы. Здесь нанесено твое имя — Фьямметта.

Я слышу, как у меня за спиной порывисто вздыхает моя госпожа.

Девочка с любопытством глядит туда, куда указывает мой палец. Она слишком мала и вряд ли умеет различать буквы, но свое имя она знает хорошо.

— Это тебе. Будешь пить из него, пока живешь у нас. Возьми в руки, если хочешь. Только будь осторожна — он может разбиться. Но ты, наверное, и сама все знаешь про стекло.

Она кивает и протягивает руки, бережно сжимает кубок ладонями, словно держит живое существо, и глядит на выгравированные буквы. И по искорке в ее глазах я понимаю, что уже очень скоро она выучится разбирать их. Она долго, долго разглядывает бокал, а потом молча возвращает мне.

— Ну, что — пойдем в дом?

Я подхватываю ее мешочек, и она идет следом за мной в дом.

Образ Венеции, созданный в этой книге, во многом основывается на документальных исторических свидетельствах. Главные герои — Фьямметта Бьянкини и Бучино Теодольди — порождены моей фантазией, но хорошо известно, что Венеция, как и Рим до разграбления 1527 года, славилась своими куртизанками. Также доподлинно известно, что некоторые из этих женщин, наряду с попугайчиками, собачками и прочими «диковинками», держали у себя карликов.

Некоторые из персонажей этой книги являются реальными историческими лицами. В описываемую пору в Венеции жили и художник Тициан Вечеллио, больше известный просто как Тициан, и писатель Пьетро Аретино. Жил здесь также и архитектор Якопо Сансовино, построивший в этом городе множество прекрасных зданий в стиле Высокого Возрождения, правда, заказы на проекты, сделавшие его знаменитым, только начали поступать в годы, когда разворачивается действие книги.

На протяжении своего долгого и блистательного творческого пути Тициан создал несколько портретов обнаженных женщин, среди которых особенно выделяется изображение женщины, лежащей на кровати. В ногах у нее спящяя собачка, а на заднем плане две служанками. Фоном для портрета послужил интерьер дома самого живописца. Это полотно находилось в его мастерской, по-видимому, в 1530-е годы. В 1538 году картина оказалась в Урбино, где ее приобрел тогдашний престолонаследник. Отсюда ее нынешнее название — «Венера Урбинская». Искусствоведы расходятся во мнениях относительно смысла этой картины, однако более чем вероятно, что позировала Тициану венецианская куртизанка.

Пьетро Аретино меньше известен за пределами своей родины. Он носил прозвище «Бич государей», а его письма, сатиры на церковь и на светских властителей завоевали ему равное количество врагов и друзей. Хорошо известно, что он водил дружбу с куртизанками. Примечательно, что его перу принадлежат как религиозные, так и порнографические сочинения, в частности — «Развратные сонеты», написанные им в поддержку своих друзей Джулио Романо и Маркантонио Раймонди и в качестве дополнения к их серии из шестнадцати рисунков, по которым впоследствии были выполнены гравюры, известных под названием «I Posti» («Позы» или «Позиции») и вызвавших грандиозный скандал в римском обществе в середине двадцатых годов XVI века. Оригинальные гравюры не дошли до нашего времени, лишь несколько уцелевших фрагментов хранятся в Британском музее. Позже стихи Аретино перепечатывались уже вместе с более грубыми ксилографиями, копировавшими подлинные гравюры, и начиная с середины XVI века (и вплоть до наших дней) пользовались большим спросом у коллекционеров эротических раритетов. Однако два из шестнадцати рисунков и два сопровождающих их сонета бесследно исчезли. Позже Аретино написал «Рассуждения» («I Ragionamenti») — очередной трактат порнографического характера, содержащий раздел, посвященный воспитанию куртизанки, который был опубликован в тридцатых годах XVI столетия. Спустя несколько лет после его смерти, последовавшей в 1554 году, деятели Контрреформации выпустили список запрещенных книг, в котором сочинения Аретино занимали одно из первых мест.

Что же касается еврейского гетто в Венеции, то известно, что некий Ашер Мешуллам, сын главы тамошней еврейской общины, в середине тридцатых годов XVI века обратился в христианство. Поскольку мне не удалось найти почти никаких сведений о нем, я решила дать моему персонажу другое имя и наделила его, без сомнения, иным жизненным опытом.

Что касается Коряги… По-итальянски ее называли Ла Драга [17]. Женщина по имени Елена Крузики, больше известная как Ла Драга, действительно упомянута в судебных документах той эпохи. Она славилась как целительница, имела какое-то телесное увечье и плохо видела. Меня околдовали как ее отчасти документированая история, так и ее имя. Однако я позволила себе достаточно вольно обойтись с ее биографией, изменив и ее характер, и судьбу. Настоящая Елена Крузики дожила до старости, невзирая на столкновения с властями. В действительности Венеция выказывала куда больше мягкости, чем многие другие государства, когда речь шла о таких преступлениях, как колдовство, и до наших дней письменные источники, если таковые вообще имелись, свидетельствующие о публичных сожжениях, не дошли. Тем не менее известно другое: преступников, которые каким-либо образом оскорбили государство, казнили без лишней шумихи — их просто топили ночью в канале Орфано.

Также хочу откровенно признаться, что, хотя «Реестр куртизанок» (брошюра несколько сатирического характера, с описанием достоинств и особых черт этих женщин) на самом деле существовал в Венеции, появился он на несколько лет позже, чем указано мною.

Таковы намеренные вольности, допущенные мною в отношении исторических фактов. Прочие ошибки, за которые я заранее прошу извинения у читателей, объясняются тем, что даже кропотливые изыскания и глубокое увлечение эпохой не в силах превратить романиста в историка.

Господь с вами (лат.).

«Знатные дома… богатые. Остановимся здесь» (исп.).

Пасквино — народное название одной из двух статуй, составлявших единую скульптурную композицию (предположительно Аякс с телом погибшего Ахилла). «Пасквинадами», по имени этой статуи, стали называть вывешивавшиеся на ее пьедестале ядовитые стихотворения; отсюда произошло слово «пасквиль». (Здесь и далее прим. пер.).

Непорочная девица (лат.)

Речь идет о скульптуре Верроккьо, в которой увековечен Бартоломео Коллеони (1400–1476).

Дорогая (ит.).

Дражайшая (ит.).

Игра слов: фамилия Бьянкини одного корня с bianco — «белый», а имя Фьямметта с fiamma — «огонь, пламя».

Перевод А. Пурина (цитируется по изданию: «Любовные позиции эпохи Возрождения». СПб., 2002).

Бельэтаж (ит.).

Небольшая площадь между площадью (Пьяцца) Сан-Марко и каналом. На Пьяццетте приводились в исполнение смертные приговоры. Под Столпами правосудия автор имеет в виду две колонны из красного мрамора, установленные на Пьяццетте, — колонну святого Теодора с его статуей на вершине и колонну, увенчанную бронзовым крылатым львом — символом святого Марка.

Не тронь (фр.).

Истина в вине (лат.).

На венецианском диалекте «Вознесение» — sensa (сенса), этим же названием обозначается и венецианский праздник «обручения с морем».

Имеется в виду собор Святого Марка.

Крытый переход.

Драга, землечерпалка, волочильная сеть.