Читать онлайн «Митридат». Страница 82

– Чего же хочет Гай Марий?- спросил Митридат.

– Он хочет встретиться с тобой, царь,- ответил Стефан.

– Условия, на которых настаивает Рим, нам известны,- вставил Критобул.- Понтийские гарнизоны должны покинуть Галатию, Пафлагонию и Каппадокию. Но у Мария к тебе, царь, есть какой-то особый разговор. Полагаю, лучше тебе встретиться с ним и узнать, чего он хочет.

– Да,- согласился с секретарем Изабат,- по крайней мере мы будем знать, к чему нам готовиться: к войне или миру.

– Мне кажется, Марий хочет просто унизить меня,- запальчиво воскликнул Митридат.- Мне известно, как пресмыкаются перед ним царь Никомед и его брат. Марий ждет того же и от меня – не дождется! Я- царь, и все мои предки были царями, а мне смеет приказывать какой-то безродный римлянин! Я слышал, отец Мария был простым деревенским плотником. Если я по требованию сына плотника оставлю Каппадокию, Пафлагонию и Галатию, меня поднимут на смех мои же подданные. Тем более, если я примчусь к нему на поклон по первому его зову!

– Твои слова справедливы, повелитель,- мягко произнес Критобул, – но суть заключается в том, что твой отказ выполнить условия Рима грозит Понту нелегкой войной.

– Лучше война, чем терпеть наглость римлян!- сердито бросил Митридат.

– Но, царь…- начал было Стефан.

– И довольно об этом!- оборвал его Митридат.- Я выбираю войну!

Оставив своих советников в замешательстве, Митридат отправился на поиски Архелая.

Он нашел его во внутреннем дворе, примыкающем к казармам царских телохранителей.

Архелай упражнялся в метании дротиков. В этом ему помогали несколько молодых воинов. Они подносили Архелаю дротики, которые он бросал в деревянный щит с намалеванным на нем красным кругом. Расстояние до щита было больше ста шагов.

Митридат появился за спиной Архелая, когда тот заносил руку с копьем для очередного броска.

– Ноги шире,- тоном знатока произнес Митридат,- изогни корпус. И никогда не целься долго.

Архелай обернулся, опустив копье. Он выглядел смущенным.

– Дай-ка.- Митридат небрежно отнял дротик у Архелая. Приняв нужную стойку, он подбросил дротик как пушинку, удобнее устраивая его в ладони. Затем, почти не целясь, всадил короткое копье точно в центр красного круга.

Архелай не смог удержаться от восхищенного возгласа.

– Что, друг мой, Гай Марий и на тебя произвел впечатление?- обратился к Архелаю Митридат.

– Мне стыдно, что у меня дрогнула рука тогда,- мрачно промолвил Архелай, видя, что Митридату известно об его состязании с Марием.

– Важно, чтобы у тебя не дрогнуло сердце при виде римских легионов,- сказал Митридат, глядя Архелаю в глаза.

Уловив решительность в голосе Митридата, Архелай спросил:

– Царь, ты решил все-таки не уступать Риму?

– Я вот думаю, Архелай, кто из моих полководцев сможет добросить до Капитолия понтийское копье?- с загадочным видом проговорил Митридат и поманил к себе одного из своих телохранителей.

Взяв из его рук дротик, выдернутый из мишени, Митридат с разворота вновь послал его точно в цель.

– Царь, если ты доверишь войско мне, я заставлю римлян признать твое могущество,- пылко произнес Архелай, прижав руку к груди.

– Верю, Архелай, ты не уступишь в ратном деле твоему отцу,- сказал Митридат, похлопав военачальника по плечу.

«Он честолюбив, это хорошо!- рассуждал Митридат уже наедине с самим собой.- Гай Марий унизил его и теперь Архелай горит жаждой мести. В нем нет страха перед Римом. И значит, на любого римского полководца Архелай будет смотреть, как на равного себе».

Приняв решение ответить отказом римским послам на их требования и, если придется, воевать с Римом, Митридат успокоился. Ему казалось, что теперь наступает та самая пора в его жизни, к которой он всегда так стремился, что грядут славные деяния, ради которых он был рожден. Не зря же Зевс-Громовержец зажег ударом молнии пеленки в его колыбели, а в небе над Синопой появилась хвостатая звезда, когда он родился. Все свершенное Митридатом до сего дня казалось ему чем-то незначительным, словно он, подобно Гераклу, все это время тратил на борьбу с карликами-керкопами. И только бросив вызов великому Риму, Митридат сможет действительно прославиться на все времена.

«Я прославлюсь, как никто до меня, если смогу изгнать римлян из Азии,- тешил себя мечтами Митридат.- И уж тем более вознесусь, если сокрушу Рим!»

Царь закрылся в библиотеке, читая и перечитывая книги греческих авторов о царях и полководцах, некогда воевавших с римлянами. Таких было немало за прошедшие столетия. Многие из них проявили доблесть, сражаясь с Римом, некоторые своими победами навсегда оставили по себе память у потомков, такие как карфагенский полководец Ганнибал и эпирский царь Пирр. Но ни один из них в конечном итоге не победил Рим. Даже находясь в самом отчаянном положении, римляне одолевали врага, проявляя невиданное упорство и мужество.

«Римляне- враг жестокий и опасный,- подолгу размышлял Митридат после прочитанного,- этот враг одинаково опасен и на суше, и на море. Рим сокрушил непобедимую до того македонскую фалангу в битве при Киноскефалах и разбил сильнейший флот карфагенян у Эгатских островов. Римляне довели до совершенства осадную технику, ими был взят самый укрепленный город в Греции- Коринф, разрушен неприступный Карфаген».

И Митридат принялся за подготовку войска. Он лично осматривал оружие воинов, оценивал, как они владеют им. Конница его порадовала, неплохо смотрелись лучники и дротометатели, но в тяжелой пехоте отменной выучкой отличались лишь «бессмертные» и греческие гоплиты.

Митридат собрал на совет своих военачальников.

Царь долго говорил о том, что нужно перевооружить войско на греческий лад, уделить особое внимание осадной технике, заняться строительством пятипалубных кораблей, нанимать наемников в странах, где некогда проходили войны с Римом, засылать лазутчиков в азиатские владения римлян…

Тирибаз позволил себе задать вопрос Митридату:

– Царь, все эти намерения связаны с твоим желанием воевать с Римом?

– Да, Тирибаз.

– Понт будет защищаться или нападать?

– Как получится, поскольку…

– Поскольку к нападению мы пока не готовы, то скорее всего нам придется защищаться. Так?

– Если мы построим сильный флот, перевооружим войско и соберем наемников…

– Царь, на это потребуется немало времени, а ответ Риму нужно дать немедленно,- перебил Тирибаз.- Если вместо внятного ответа мы начнем усиленно готовиться к войне в Риме это поймут однозначно. К тому же Гай Марий сумеет выставить тебя в римском сенате непримиримым врагом римского народа.

– Я не понимаю, Тирибаз, куда ты клонишь?- рассердился Митридат.

– А мне непонятно, чего добиваешься своими действиями ты, повелитель,- ответил Тирибаз, хмуря брови.- Если ты задался целью проиграть войну Риму, тогда мне все понятно. Но мне сдается, что ты этого не хочешь.

– Конечно, не хочу,- сказал Митридат.

– Чтобы победить Рим, нужно нападать, а не защищаться,- промолвил Тирибаз.- Причем нападать на суше и на море. Одолеть Рим можно, лишь подняв на него народы, поставив римлян перед необходимостью воевать против всех.

– Против всех?- переспросил Митридат.- На кого, по-твоему, я могу опереться в войне против Рима?

– На всех угнетенных и порабощенных Римом,- молвил Тирибаз.- На греков, македонцев, молоссов, иллирийцев, галатов, фракийцев, фригийцев, карийцев, киликийцев…

– Но, Тирибаз, возможно ли поднять против Рима столько племен, разбросанных на огромной территории и в большинстве своем находящихся в составе Римского государства?- изумленно и растерянно проговорил Митридат.- Как ты себе это представляешь?

– Начинать надо с малого, царь,- сказал Тирибаз.- Достаточно победить римлян в одном месте, чтобы искры неповиновения Риму затлели в другом. Скажем, воюя с римлянами в Азии, нужно одновременно готовить восстания против Рима где-нибудь в Македонии или Греции, послать боевые корабли в Эгейское море против римского флота. Нужно втягивать в эту войну на нашей стороне сильнейшие державы: Египет, Парфию, царство Селевкидов… Нужно охватить владения Рима со всех сторон, постепенно сжимая кольцо вокруг Италии.

Теперь уже заговорили все военачальники разом, пораженные размахом стратегического замысла Тирибаза:

– Только на подготовку к этому уйдет уйма времени, Тирибаз!

– Египтяне и сирийцы, может, и вступят в войну с Римом, но на каких условиях? И не пересекутся ли их интересы в Эгеиде с нашими?

– Подобных войн с таким размахом никто никогда не вел. Да это и неосуществимо!

– Бессмысленно тягаться с Римом на море! Хвала богам, если мы одолеем римлян на суше.

– Парфяне дальше Азии не пойдут. Они, в отличие от египтян и сирийцев, боятся моря.

Тирибаз смело ответил на возражения военачальников: