Читать онлайн «Джебе – лучший полководец в армии Чигизхана». Страница 91

– Хватит одного. Я получаю жалование в городской управе.

– Возьми, – стал настаивать Субудей.

Кидань помедлил и взял второй мешочек:

– Хорошо. Я это спрячу, – и грустно усмехнувшись, добавил: – Я служу Его Высочеству, хотя того уже нет на этом свете… Но не за деньги…

Чиркудай с Субудеем понимающе покивали головами.

– Пошли? – резко спросил кидань и посмотрел на Чиркудая, который уже собрался.

Опередив Субудея, поднявшегося с кряхтеньем, они вышли в темень. Звезды уже развернулись вокруг осевой звезды на освещенном полной луной небе. Близилось утро.

Кидань подвел Чиркудая, с двумя выбранными туменным сотниками, к окраине лагеря и крикнул по-птичьи. В темноте что-то зашуршало. От кустов отделились три тени. Чиркудай сразу увидел их в свете луны. К ним приблизились самые обычные крестьяне, с шестами в руках. Такие китайцы сновали по дорогам каждый день.

Кидань что-то сказал по-китайски. Разбойники, судя по тону, возразили. Разведчик стал настаивать. Между ними завязался непродолжительный спор.

– Что они хотят? – спросил Чиркудай.

– По два слитка серебра на каждого, – сообщил кидань.

– Они получат их, если успеют нас довести, – заверил Чиркудай.

Кидань перевел его слова разбойникам и осуждающе бросил Чиркудаю:

– По два слитка слишком много.

– Их работа того стоит, – уверено сказал Чиркудай, принимая узду своего коня от сотника.

– Это большие деньги, – неприязненно заметил кидань. – Я хорошо знаю их нрав, чем больше им даешь, тем больше они хотят. Жадные.

Чиркудай уселся в седло и молча махнул рукой разбойникам, чтобы они показывали дорогу. Трое китайцев развернулись и довольно быстро побежали в темноту трусцой. Чиркудай с сотниками поехал за ними рысью. А кидань немного задержался, к нему подошел Субудей.

Горы были недалеко, это Чиркудай заметил еще засветло. Днем они с Субудеем решили встать с караваном между заросшими лесом скалами и Чифыном.

Минут через двадцать начался подъем, но не крутой. Чиркудай видел в лунном свете качающуюся спину последнего разбойника и островерхую соломенную шляпу. Даже в гору разбойники почти бежали. Чиркудай отметил необыкновенную выносливость проводников.

Монгольские кони быстрым шагом семенили следом. Эти животные могли многое, даже карабкаться по скалам, как дикие козы.

Когда луна переползла небесный зенит, а на востоке воздух стал серым, разбойники выбежали на небольшую площадку на вершине хребта. Они остановились и, лопоча непонятные слова, стали дружно показывать вниз, где сквозь редкие деревья, за густым кустарником, Чиркудай разглядел светлую ленту дороги. Он согласно покивал головой и сказал своим сотникам:

– Если они нас не обманули, то мы на месте. До дороги триста шагов, – соскочив с коня, Чиркудай вытащил из хурджуна мешочек с серебром и протянул разбойникам по два слитка.

Когда все линь гуй приняли оплату, один из них неожиданно взвизгнул, как бойцы кунг-фу во время атаки, и набросился на Чиркудая, размахивая шестом. Двое других напали на сотников. Чиркудай отреагировал на удар и успел поставить блок рукой. Шест больно хрустнул по предплечью.

Присев, он упал на бок и катнулся на спине под своим конем, от чего оказался вне досягаемости нападавшего. Краем глаза заметил, что первого сотника ссадил с коня один из разбойников и, с придыханием, молотил его по голове своей бамбуковой палкой. Сотник уже не пытался увернуться от ударов.

Второй сотник успел выхватить клинок и рассёк плечо противника, который дико взвыл и побежал в темноту. Но сотник сделал бросок на коне и рубанул по его шее.

В этот момент из-за коня выскочил китаец, который напал на Чиркудая, и попытался снова ударить его шестом. Но Чиркудай уже пришел в себя. Совершив обманное движение, будто уклоняясь влево, Чиркудай переместил центр тяжести вправо и, с разворотом, прямым, ломающим ударом, врезал разбойнику ногой по голове. Под стопой Чиркудая хрустнула кость. Китайца отбросило назад. Упав в тень, на чёрную, не освещенную луной землю, он захрипел.

Чиркудай сразу понял, что с ним покончено. Оглянувшись, увидел третьего противника. Тот остался один, но не думал убегать. Он догнал и ссадил второго сотника на землю и, с хеканьем, бил его палкой.

Чиркудай рванулся к нему, и получил мощный тычок в бок. Он сразу понял: перед ним хороший боец, умеющий владеть своим оружием. Оба его сотника лежали под лунным светом на земле без признаков жизни.

Чиркудай отступил от вращающегося шеста, который с шипением рассекал воздух. У него не было времени подскочить к своему коню и вытащить из хурджуна клинок, поэтому пришлось рвать халат на груди, отрывая деревянные завертки, срывать пояс, который был на самом деле гибким копьем.

Крутанув со свистом, металлическим наконечником, над головой, он попытался захлестнуть шест и вырвать его из рук противника, чем остановил бандита. Тот стал осторожным, плавно переместился боковым ходом на пол шага влево, затем вправо, с недоумением рассматривая в сером утреннем свете странного монгола. Как догадался Чиркудай, линь гуй немного растерялся, не ожидая от дикого варвара умения владеть чисто китайским оружием.

Они осторожно двигались по кругу, выбирая удобный момент для атаки. Китаец сделал несколько обманных движений, пытаясь вывести Чиркудая из равновесия. Но ему это не удалось.

Чиркудай был знаком с подобными приемами, поэтому сразу заметил, что разбойник испугался еще больше, обнаружив его умение. Но оставлять бандита в живых уже было нельзя. Чиркудай сделал сильный бросок металлическим наконечником влево, вправо от врага, всё ускоряя и ускоряя движения. Это нервировало противника. Неожиданно для разбойника, Чиркудай кувыркнулся через голову вперед и оказался в трех шагах от опешившего китайца.

Тонко свистнув, металлическое острие впилось разбойнику в шею. Быстро выдернув наконечник, Чиркудай снова метнул его, вложив всю силу в бросок и вонзил пику в горло негодяя. Ноги у китайца подкосились, и он упал, выронив шест. Чиркудай тут же подскочил к поверженному, выхватил свой кривой нож, и вонзил бандиту в сердце. Несколько раз дернувшись, тот затих. Чиркудай быстро обежал двух разбойников, лежащих на земле, и ударил каждого ножом в сердце.

Покончив с ними, он бросился к своим сотникам. Второй постанывал, лежа под искривленным стволом какого-то дерева, а первый уже не дышал. Чиркудай помог встать живому и тихо спросил:

– Двигаться сможешь?

– Все болит, – пожаловался нукер. – Но я выдержу… – он помедлил и с трудом спросил: – Где Оджил?

– Погиб. Как воин, – зло бросил Чиркудай, ещё не остыв от боя, и стал ощупывать ноги и руки сотника. Тот лишь постанывал, но когда Чиркудай дотронулся до его бока, вскрикнул.

– Ничего, – заметил Чиркудай: – Руки и ноги целы. Только ребра сломаны. Значит, на коне сидеть сможешь… – и помог подняться своему нукеру на ноги.

Небо на востоке порозовело. Чиркудай с тревогой посматривал на дорогу и прислушивался – не скачет ли кто. Но пока было тихо.

– Ты побудь здесь, подержи коней. А я пойду встречу чжурчженя, – сказал он нукеру и, увидев его кивок, вытащил свой клееный лук и лакированные стрелы из хурджуна. Посмотрев на, с трудом поднявшегося на ноги сотника, и увидев, что тот поймал коня за узду, Чиркудай побежал вниз, к дороге.

Пока выбирался на мысочек, заросший бамбуком и плотным высоким кустарником, рассвело. Место для засады показалось ему удобным.

Слева, на две сажени ниже, серела узкая дорога. Она опоясывала пологий склон горы, который обрывался вниз, в лесистую, ещё спящую в темноте, долину. В ста шагах дорога заворачивала направо, за другой мысок.

Так что, если он успеет подстрелить троих на этом отрезке в сто шагов, и не даст им уйти, то всё должно окончится хорошо. Но с тем условием, что ему никто не помешает.

Чиркудай до звона в ушах прислушивался и разделял звуки, отсеивая утренний, птичий гомон, шелест листьев и, внезапные порывы, ветерка в кустах. Других звуков не было. Никто никуда не спешил.

Из-за хребта выползло белое солнце. В том месте, где находился Чиркудай, ещё была тень, и ему стало холодно, после горячей и скоротечной схватки. Он стал осторожно приседать, шевелить плечами и кистями рук, боясь, что во время стрельбы может промазать из-за задубевших мышц.

Пока он грелся, внизу послышался топот ног. Притаившись, Чиркудай дождался, когда люди приблизятся, и высунул голову, чуть-чуть выше кустов. Из-за мысочка, трусцой выбежали пять пар китайцев. Они несли на прогибающихся шестах тяжёлые узлы. Проводив их взглядом до поворота, Чиркудай напряг слух. Он ждал появления чжурчженя как раз оттуда, куда убежали носильщики.

Снова донеслись какие-то звуки за мыском. Чиркудай недовольно плюнул, но для себя решил, что при любой помехе, будет стрелять. Чжурчженя упускать было нельзя.