Читать онлайн «Темницы, Огонь и Мечи. Рыцари Храма в крестовых походах.». Страница 112

Дознаватели уже поведали Папе, что посулами вечного блаженства более не побудить людей принять обет крестоносца, но Папе Григорию не оставалось ничего другого, как попытаться, ибо без людей не будет и крестового похода. «Посему, с верою во Всемогущего и силу благословенных апостолов Петра и Павла, ручаемся властью, вверенной нам Господом, всем таковым, возложившим на себя сей труд отправиться за море, дабы помочь Святой Земле, собственною персоною и за собственный счет, даровать полное отпущение грехов, в каковых означенные искренне раскаиваются и сознаются на исповеди, иже обещаем оным залог жизни вечной…» Тот же путь к спасению сулили и тем, кто не может отправиться лично, но пошлет «…достойных людей за собственный счет».

Исходя из предложения императора Михаила подчинить греко-православную церковь власти Рима, с энтузиазмом одобрили слияние церквей, взявшись за тщательную подготовку предстоящего объединения. Депутации послов ильхана Персии дали возможность изложить прошение о военном союзе между монголами и участниками грядущего крестового похода, с обещанием передачи Святой Земли под полный контроль христиан. А Мария Антиохийская предъявила свои права на иерусалимский престол.

Последним же пунктом повестки дня стал важнейший вопрос избрания Папы. Никогда более нельзя допускать столь продолжительной смуты междуцарствия на Престоле Святого Петра. Отныне у коллегии кардиналов, проводящих выборы, будут причины поторопиться с решением. Кардиналам дается десять дней с момента смерти Папы, дабы собраться на конклав – в одной комнате без перегородок и занавесов. Комнату надлежит запереть, оставив лишь окно – достаточно просторное, чтобы передать в него пищу, но не настолько, чтобы человек мог проникнуть туда или оттуда. При сем нельзя ни отправлять, ни получать никаких посланий. Если по истечении трех дней они не сойдутся на одной кандидатуре, количество трапез сократят до двух в день, причем состоящих только из одного блюда. Буде еще через пять дней они по-прежнему будут мешкать с избранием преемника, то начнут поститься, обходясь хлебом и водою вплоть до избрания Папы. Во время выборов кардиналам воспрещается получать от церкви доходы любого рода. Григорий X твердо решил добиться, чтобы никогда больше выборы Папы не затягивались на многие годы.

Не меньшим новшеством оказался и способ усовестить- кардиналов, чтобы те прекратили торговать своими голосами или использовать их для заключения побочных сделок ради пополнения собственной казны или обогащения своих близких. Им же вменялось руководствоваться только благом церкви. «…Заклинаем кардиналов… дабы они расценивали свои деяния с сугубым тщанием. Ибо избирают наместника Иисуса Христа, преемника Петрова, владыку вселенской церкви, пастыря стад Господних. Означенным надлежит… не вступать ни в какие сделки или уговоры и не брать на себя никаких обязательств; оным не следует брать во внимание никаких обещаний или соглашений, пренебрегать взаимными преимуществами будь то своими или таковыми своих друзей. Оным не следует печься о собственных интересах либо собственных выгодах… Единственная цель упомянутых – без промедления обеспечить служением своим то, что полезно и потребно всему миру и отвечает чаяниям церкви. Таковые же, кто действует вопреки сказанному, подлежат духовному воздаянию, проступки же оных не подлежат прощению без суровой епитимьи. Мы объявляем недействительными все сделки, уговоры, ручательства, обещания и соглашения, будь то скрепленные присягою равно и какими другими узами; мы отменяем все сказанные и провозглашаем, что таковые не имеют никакой законной силы». (Не пренебреги князья церкви сим благородным постановлением, а исполни его, орден рыцарей-тамплиеров мог бы официально существовать и по сей день, но этому не суждено было исполниться.)

Рассмотрев же прошение Марии Антиохийской, Папа Григорий увещевал ее уступить свои права на иерусалимский престол Карлу дАнжу за денежное вознаграждение размером в десять тысяч фунтов золотом, с последующими пожизненными выплатами по четыре тысячи фунтов в год. Соглашение заключили с полнейшего одобрения Великого Магистра де Боже, двоюродного брата Карла. Тамплиеры уже присягнули на верность Марии, а теперь с радостью перешли в стан приспешников Карла дАнжу, дабы он мог присоединить к коронам Сицилии и Неаполя и венец государя Иерусалимского.

Слияние же греческой и римской церквей так и не состоялось, поскольку императору Михаилу пришлось пойти на попятную, когда известие о предполагаемом союзе вызвало такой гнев его греческих подданных, что едва не привело к мятежу. Римская церковь даже не пыталась оградить Византию от угрозы нашествия Карла дАнжу. По возвращении в Святую Землю Великий Магистр де Боже смог доложить храмовникам только о своем крепком союзе с Карлом, как о единственной ощутимой выгоде для ордена, поскольку ко времени его отбытия из Европы папский призыв к новому крестовому походу оставался без ответа.

Несмотря на склонность к неоправданному оптимизму, человеком Папа Григорий X был добрым и искренним, отчаянно жаждавшим свершить то, что считал благом для христианства: он добивался нового крестового похода во спасение Святой Земли; требовал положить конец растратам средств, предназначенных для крестоносцев; повелел покончить с превращением папских выборов в торжище; он искал военных союзов между монголами и христианами, чтобы дать отпор мусульманам; он устроил так, чтобы иерусалимский престол отошел к союзнику церкви Карлу д'Анжу; он поощрял подчинение греческой церкви Риму. Ни одной из этих целей ни он, ни церковь не добились. Быть может, посмертные восторги церкви перед его свершениями были призваны упокоить его душу на небесах, хоть как-то смягчив вереницу досадных неудач, испытанных при жизни.

Не сумев добиться желаемого на Соборе, монгольские эмиссары задержались в Европе, чтобы посетить кое-кого из мирских владык в намерении напрямую заключить союзы против мусульман, но в конце концов вернулись к ильхану с докладом, что на альянс с христианским крестовым походом рассчитывать не приходится, ибо никакого крестового похода не будет. Стремление умереть за Святую Землю почило в бозе. Несмотря на свое могущество, Папа уже не мог побудить добрых христиан покинуть родину, хозяйство и семьи, рискуя распроститься с жизнью или получить увечье на заморских полях сражений в обмен на отпущение грехов или даже обещание «вечного блаженства». Монголам оставалось рассчитывать только на себя.

Да и христианам Иерусалимского королевства тоже.

ернувшись домой с безрезультатного Лионского Собора, епископ Триполийский полагал, что принес дурные вести, но вдруг обнаружил, что многие местные бароны встретили их с радостью. Средоточием их жизни стали гроссбухи, а не Библия. Мало-помалу они привыкли к шикарной жизни на манер восточных магнатов; в Европе же о подобном не могло быть и речи. Источником их неизменных доходов была торговля с мусульманами, и они вовсе не желали, чтобы заезжая свора религиозных фанатиков поставила их жизнь с ног на голову, а после вернулась по домам. Они предпочитали рискнуть, пустив в ход свое умение договариваться с мусульманами – по их мнению, отнюдь не желавшими погибели торговых центров, коими стали христианские порты Святой Земли. Они сражались друг с другом, как почти всякий наделенный властью – или рвущийся к ней – лгали, плутовали и даже убивали, чтобы отхватить себе более жирный кусок все убывающей христианской территории.

Тамплиеры тоже получали свою толику от торговли с мусульманами, но не от товаров, а от капитала, распространив свою банковскую деятельность на Каир, Александрию, Дамаск и прочие мусульманские торговые центры. Деятельность эта требовала и наличия тайной шпионской сети, без которой, в общем-то, не обходится никакая международная банковская деятельность, и большого аналитического центра. Система предусматривала наличие высокопоставленных и высокооплачиваемых осведомителей при дворах разнообразнейших мусульманских владык. Собранные сведения отсеивали и оценивали в ставке храмовников в Акре, чтобы впоследствии применить к наилучшей выгоде ордена.

Прибыв в Храм Акры, Вильям де Боже явился в Святую Землю впервые со времени избрания Великим Магистром за два года до того. На Великом Соборе де Боже описал собственные успехи на ниве дипломатии в пользу ордена, основанные в первую очередь на его личных отношениях с двоюродным братом Карлом д'Анжу. Изложил он и условия соглашения, по которому Карл перекупил у Марии Антиохийской права на иерусалимский трон с полного благословения Папы Григория X. Из сказанного вытекало, что Карл вскоре будет помазан на иерусалимский престол, причем тамплиеры будут у него в фаворе. Поведал им Магистр и о том, что Карл поддерживает постоянную связь с султаном Бейбарсом Египетским, преклоняющимся перед завоеванием оным Сицилии и Неаполя. Бейбарс обещал полную поддержку планам Карла отбить Константинополь, так что успех им был почти гарантирован. Благодаря твердой поддержке Карла тамплиеры рассчитывали пожать богатый урожай земель и бенефиций. Командиры же тамплиеров в свою очередь посвятили Великого Магистра в суть перемен, произошедших в Святой Земле за время его отсутствия, а в частности, в недавние события, разыгравшиеся благодаря решимости короля Гуго Кипрского провозгласить себя королем Иерусалима.