Читать онлайн «История Рима». Страница 67

Внешние отношения кельтского племени определялись их соседством с римлянами и германцами. Римляне распространили среди кельтов свою торговлю, главными предметами которой были вино, страстно любимое кельтами, и предметы роскоши, тоже оказывавшие на них притягательное влияние. Некоторые племена законами запрещали торговлю с Римом, но законы эти оказывались бессильны остановить ее. Как часто наблюдается в сношениях между народами, значительно различающимися по степени своей культуры, и здесь торговля предшествовала завоеванию и вела его за собою. Иначе складывались отношения кельтов к их восточным соседям. С востока непрерывно теснили их германцы, еще не окончательно вышедшие из кочевого образа жизни, что доказывается, между прочим, и тем, что германские племена не имели наименований географических, а назывались свевами или маркоманнами, что значит «странствующие люди» и «пограничные бойцы». Еще во время движения кимвров и тевтонов на левом берегу Рейна по нижнему течению реки осело значительное племя адуатуков. Отдельные толпы германцев переходили постоянно на кельтский берег Рейна. Германцы двигались сюда, как персы на Элладу или галлы на Рим, и, чтобы удерживать напор этого молодого племени, нужны были Афины или Рим, но кельты такого города не имели. Этому-то народу и пришлось теперь вступить в борьбу с Цезарем.

В разных кельтских племенах партии, боровшиеся между собою, постоянно перемешивали при внутренних смутах свои домашние споры с борьбою против внешних врагов: обыкновенно одна партия искала поддержки у германцев, другая – у римлян. Неурядицы, происходившие в Риме, были отлично известны в Галлии, и противная римскому влиянию партия сочла, по-видимому, обстоятельства удобными для того, чтобы укрепить прочнее свое господство.

В 71 г. секваны, враждовавшие с племенем эдуев, где господствовала партия римская, призвали к себе в качестве наемника или союзника немецкого владетеля Ариовиста. Он явился со значительным отрядом, десять лет сражался с эдуями и сильно их стеснил. Эдуи просили поддержки и защиты у сената, но сенат оставил эти просьбы без внимания, и даже более: с Ариовистом установлены были у Рима самые дружественные отношения. Этот успех ободрил германцев, переселение их на запад пошло еще энергичнее. К 58 г. Ариовист перевел на левый берег Рейна до 120 000 человек, и германцы так теснили пограничные племена кельтов, что гельветы, самое восточное их племя, жившее в пределах нынешней Швейцарии и наиболее страдавшее от таких беспокойных соседей, решились оставить свою страну и уйти вовнутрь Галлии, чтобы быть подальше от германцев. Если бы они привели свое намерение в исполнение, то в непосредственном соседстве с германцами оказалась бы римская провинция Нарбонна, кроме того, и само по себе утверждение в Галлии нового и многолюдного племени не могло быть безразлично для Рима. Поэтому только что прибывший в Галлию новый наместник, Цезарь, решил воспротивиться движению гельветов, и, когда они весною 58 г. сожгли свои жилища – чтобы сделать себе отступление невозможным – и в количестве свыше 360 000 человек двинулись в Галлию, он задержал их на переправе через Рону, хотя имел под своим начальством в этот момент всего один легион. Гельветы изменили направление своего пути и пошли к северу, чтобы пройти через область сенонов, которые изъявили согласие пропустить их через свою землю.

Мешаться в дела сенонов с гельветами римляне формально не имели никакого основания, но тут затронуты были слишком серьезные интересы Рима, чтобы стесняться соображениями такого рода, и Цезарь, призвав к себе все четыре легиона, которыми он располагал, двинулся следом за гельветами. Это было, конечно, предприятие чрезвычайно рискованное – преследовать с такими незначительными силами столь многолюдное племя, и в стране, вовсе не дружественной. Однако Цезарь успел, нагнавши гельветов, нанести им в упорной битве полное поражение, так что гельветы обязались вернуться на свои прежние жилища и охранять римскую провинцию от германцев, но вернулась домой едва одна треть того числа гельветов, которые вышли, остальные погибли.

Теперь Цезарь решил удалить из Галлии и германцев. Он предъявил Ариовисту требование в этом смысле и получил гордый отказ, и в таком тоне, каким уже много веков никто не говорил с Римом. Быстро двинулся Цезарь на нового врага. В легионах распространилось смущение при вести, что предстоят битвы с соплеменниками кимвров и тевтонов, но Цезарь сумел вдохнуть в солдат мужество и после целого ряда хорошо рассчитанных движений дал Ариовисту сражение и совершенно разбил его, лишь незначительные остатки его полчищ спаслись за Рейн. Германские поселки, уже утвердившиеся на левом берегу Рейна, Цезарь оставил в покое и даже умел найти в них довольно верных союзников, охранявших левый берег от других германцев.

Весною 57 г. Цезарь с 8 легионами пошел к северу, чтобы утвердить римское владычество над племенами, жившими по нижнему течению Рейна, среди которых замечалось неприязненное для римлян настроение. Против Цезаря выступило огромное ополчение, до 300 000 человек, даже Цезарь не решился немедленно на битву и расположился в укрепленном лагере, ожидая, что враги его не смогут так долго стоять на одном месте в таком огромном числе. Он не ошибся: среди кельтов скоро начались несогласия, к тому же снабжение провиантом было совершенно не организовано. Огромная армия быстро как бы растаяла, ее остатки Цезарь преследовал, словно он ее разбил.

Двигаясь далее к северо-востоку, Цезарь снова встретил сопротивление, и около Намюра разыгралась большая битва, в которой римляне, застигнутые почти врасплох, были в весьма опасном положении, но благодаря распорядительности и храбрости Цезаря, который сам бился в первых рядах, одержали наконец блестящую победу. Она отдала под власть Рима всю область от границ провинции Нарбонны до устьев Рейна.

В следующем (56) году Цезарь покорил всю область от устьев Рейна до Бретани, ее занимали венеты, самое многолюдное и развитое кельтское племя. Они оказали упорное сопротивление, и решительный удар нанесен им был в большом морском сражении, древнейшем, которое, сколько известно, происходило в Атлантическом океане. Римляне одержали в этой битве верх столько же благодаря счастливой случайности, сколько и благодаря своей находчивости и смелости: абордажные мосты римлян оказались совершенно непригодными против парусных кораблей, которые были гораздо выше римских, но римляне немедленно нашли способ ножами на шестах перерезать реи на судах неприятеля, благодаря чему паруса падали и корабли становились почти неподвижными. Чтобы избежать этого, венеты направились вдаль от берега, в чистое море, куда не могли следовать за ними гребные суда римлян, но внезапно наступил полнейший штиль, римляне подошли к венетскому флоту и овладели им без труда.

К 55 г. Цезарь укрепил владычество Рима на всем пространстве Галлии. В этом году он произвел ужасное избиение тенктеров, которые в числе до 400 000 человек переправились на левый берег Рейна, затем сам перешел на правый берег реки и принудил ближайшие племена подчиниться Риму. В 55 и 54 гг. Цезарь переправлялся на Британские острова и хотя не утвердил здесь римской власти, но все-таки достиг того, что в следующие годы кельты на материке не получали уже, как прежде, поддержки от кельтов, живших на островах.

Германцы были отражены, кельты покорены. Но иногда удержать нацию в подчинении бывает труднее, чем покорить ее. Утверждение чужеземного господства пробудило в кельтах патриотизм и энергию. Племенные раздоры прекратились, когда все племена попали под чужую власть. По всей стране началось брожение, а когда по приказанию Цезаря был убит один из наиболее уважаемых кельтских аристократов, Думнорикс, за то, что не подчинился требованиям римских властей, отчаяние и страх заставили действовать всех тех, кто чувствовал так же, как Думнорикс, и, следовательно, мог опасаться его участи. И вот зимою 54/53 г. внезапно вспыхнуло во многих местах восстание. Легионы стояли небольшими отрядами на зимних квартирах. Самый большой из таких отрядов, почти легион, был совершенно уничтожен, другой легион едва уже держался, когда подоспел Цезарь и с отчаянными усилиями спас его. Благоразумными и энергичными мерами Цезарь усмирил восстание и жестоко наказал его зачинщиков. Перейдя снова Рейн, он нанес сильные удары и тем пограничным племенам, которые вступали в сношения с заговорщиками.

Но возбуждение кельтов не улеглось. Когда в конце 53 г. Цезарь уехал в Италию – где, как увидим, отношения крайне осложнились, так что казалось, что все идет к открытому столкновению с Помпеем, – в Галлии вспыхнуло новое и сильнейшее восстание. Во главе движения стал арвернец Верцингеторикс, человек весьма даровитый и смелый. Кельты рассчитывали воспользоваться именно отсутствием Цезаря, они надеялись истребить римские отряды, прежде чем появится среди них грозный римский вождь, но Цезарь снова прибыл к своим войскам гораздо быстрее, чем кто-либо ожидал. На этот раз, однако, дела пошли не так успешно. Разбить Верцингеторикса Цезарю не удалось: кельтский вождь уклонялся от боя и отступал, завлекая Цезаря за собой в области совершенно опустошенные, где римское войско терпело во многом недостаток, а кроме того, подвергалось постоянно мелким нападениям кельтской конницы, не дававшей римлянам покоя. Цезарь потерпел даже серьезную неудачу под стенами Герговии: произведенный им штурм был отбит и римское войско понесло столь тяжкие потери, что должно было поспешно отступить.