Читать онлайн «Полтавское сражение. И грянул бой». Страница 45

И сечевик Иван Мазепа не уронил славы своего казачьего рода — в степных и морских походах, в сражениях с турками, татарами, поляками, в стычках с неуклонно приближающимися с севера к Запорожью русскими войсками он заслужил право быть причисленным к наиболее заслуженным и уважаемым старшинам. Боевая слава Мазепы-сечевика затмила придворные похождения королевского пажа Иоанна Колядинского, и он с удвоенной энергией принялся пробивать себе путь к вершинам власти уже на под короной польских королей, а под булавой украинских гетманов.

Вначале он искал счастья у гетмана польского Правобережья Петра Дорошенко, надеясь в интересах карьеры использовать свои прежние связи при варшавском королевском дворе. У Дорошенко Иван Степанович дослужился за десять лет до должности Генерального писаря, однако приобретенное в бытность пажом политическое чутье позволило ему вовремя понять, что противостояние гетмана одновременно Польше и России и ставка его на Турцию, как гаранта независимости Украины, не сулят Дорошенко и его окружению ничего хорошего, и перешел на службу Генеральным есаулом к гетману русского Левобережья Ивану Самойловичу.

Казалось бы, теперь до вожделенной гетманской булавы остался один шаг, но только не при Иване Самойловиче! Умен и дальновиден был гетман, слишком умен! Однако этот ум его и сгубил. Когда в 1684 году Австрийская империя, Речь Посполитая, Венецианская республика и Мальтийский рыцарский орден образовали для борьбы с Турцией «Священную Лигу» и всеми силами стали стремиться вовлечь в нее Россию, гетман Самойлович был первым, кто выступил против вступления в Лигу.

За участие в войне с Турцией «Священная Лига» сулит России «вечный мир» с Речью Посполитой? Да с Польшей и без этого давно уже мир, поскольку ей не по силам воевать с Россией! Лига обещает передать России в бессрочное владение Киев, который по Андрусовскому перемирию 1667 года между Россией и Речью Посполитой перешел на два года к России? Да указанные в перемирия два года давно уж миновали, а Россия и не думает уходить из Киева, разместив в нем свои войска и имея за спиной десять казачьих реестровых полков своей Гетманщины! Лига намерена признать за Россией право на Крым, если та его завоюет и присоединит к себе? Однако при сегодняшнем положении дел в России и при нынешнем состоянии ее армии Крым завоевать невозможно, а удержать его за собой — тем более. Так что нарушать с трудом достигнутый с Турцией мир и воевать за чужие интересы России нет никакого смысла.

Но доводам гетмана Самойловича не вняли ни царица Софья, ни ее фаворит князь Василий Голицын. В 1685 году Россия примкнула к «Священной Лиге», а в следующем году русская стотысячная армия, в состав которой входили украинские казачьи полки, двинулась на Крым, поскольку австрийцы и поляки боялись не столько значительно уступающей им по качеству вооружения регулярной турецкой армии, как стремительных набегов на свои тылы легкой татарской конницы. Поход, как и предсказывал Самойлович, закончился неудачей, та же участь была уготована и повторному походу в 1688 году. За поражения кто-то должен был ответить, и в результате сговора князя Голицына со своим другом Генеральным есаулом Мазепой козлом отпущения стал гетман Самойлович, якобы давно состоявший в тайном союзе с крымским ханом и потому с самого начала противившийся войне с ним.

Вместо обвиненного в измене России и сосланного в Тобольск Самойловича гетманом с помощью князя Голицына стал он, Мазепа. И с тех пор крепко держал в своих руках власть над Гетманщиной, безжалостно сметая с пути всех возможных претендентов на свою булаву. Не дрогнула у него рука убрать и хвастовского полковника польского Правобережья Семена Палия, когда он почувствовал в нем соперника. А ведь знал Палия давно, со времен их общего пребывания на Сечи, поддерживал с ним дружбу и в период службы у гетмана польской части Украины Петра Дорошенко. А сколько часов провели они вместе, ведя задушевные разговоры о горькой долюшке разорванной на части неньки-Украйны и путях обретения ею независимости, о создании сильной Украинской державы и ее роли в Европе!

Эх, гетман Самойлович и полковник Палия, зачем вас с открытыми душами и неподкупной честностью занесло в большую политику!? Сидел бы один в гетманском дворце в Батурине и правил бы своей половиной Украины, а другой вершил бы делами своего полковничества из Хвастова, и не знали бы горя-горюшка! Так нет, один вздумал учить уму-разуму русскую царицу и ее любовника, а второй размечтался о лаврах объединителя неньки-Украйны! Вот и свела вас судьбинушка, гетмана и полковника с разных берегов Днепра, кандальниками в русской Сибири!

Поэтому никто сейчас не угрожает владычеству Мазепы на Гетманщине, хотя врагов у него больше чем достаточно. Однако последний пример с доносом царю Кочубея и Искры показал им, что Петр питает к гетману полное доверие, и любые козни против него не только обречены на провал, но и выйдут их зачинщикам боком.

Нет, не о сегодняшнем дне заботился Мазепа, а о времени, когда отойдет в иной мир и его дела сможет безнаказанно чернить любой завистник и злопыхатель, боявшийся при жизни Мазепы и рта раскрыть. Не дал Господь ему сыновей, которые могли бы постоять за честь отца, не дал даже зятя, которого он вывел бы в полковники либо Генеральные старшины, и тот в благодарность за это и помышляя о сохранении достигнутого положения был бы вынужден не давать его имя в обиду. Никого нет у Мазепы, один он как перст, поэтому о месте, которое ему предстоит занять в памяти потомков, приходится заботиться самому.

Много ли гетманов и запорожских кошевых атаманов вошли в историю Украины? Пожалуй, для всех будет достаточно пальцев рук. Гетманы Петро Сагайдачный, Богдан Хмельницкий, Иван Выговский, Петро Дорошенко, кошевые атаманы Дмитро Байда-Вишневецкий, Иван Сверчевский, Иван Сирко, Иван Сулима. Конечно, он не берет в расчет самозванных гетманов и атаманов взбунтовавшейся черни вроде Наливайко, Гуни, Остряницы, которые реками пролитой своей и чужой крови принесли пользы Украине и казачеству не больше, чем козел молока. Не слишком много набирается!

Так чем прославились они настолько, что о них до сей поры поют на майданах песни седые кобзари, слагают думы безусые бурсаки и седобородые грамотеи-книжники, рассказывают внукам были-небылицы дряхлые старухи на завалинках? Гетман Петро Сагайдачный был ярым противником России и вместе с поляками успешно громил царских воевод и сидел с ними в Кремле в период Смуты и Самозванцев... Гетман Богдан Хмельницкий смог удачно завершить одну из казачьих войн против Речи Посполитой и присоединить часть Украины, получившей название Гетманщины, к России... Гетман Иван Выговский [35], сподвижник Хмельницкого и его преемник на посту гетмана, вкусивший, что такое власть московских царей и как они блюдут заключенный с казаками договор, возглавивший казачью войну уже против России с целью включить Гетманщину снова в состав Речи Посполитой... Гетман Петро Дорошенко, ставивший на одну доску и Россию, и Польшу, как врагов Украины, и сражавшийся против них за единую, независимую казачью державу на берегах Днепра под протекторатом Турции...

Кошевой Дмитро Байда-Вишневецкий, выходец из знаменитого рода князей Вишневецких, редкого ума и блестяще образованный человек, краса варшавского королевского двора и талантливый военачальник. Первый государственный муж, понявший значимость казачества в деле защиты южных рубежей славянского мира от Турции и Крыма, посвятивший жизнь созданию и укреплению на Днепре центра южнорусского казачества — Запорожской Сечи, став ее первым кошевым атаманом и приняв мученическую смерть в турецком плену... Кошевой атаман Иван Сулима, отчаянной смелости человек, возглавивший беспримерный по дерзости штурм запорожцами польской крепости Кодак, построенной французскими инженерами по последнему слову тогдашней военной мысли на берегу Днепра вблизи Сечи, взявший и разрушивший ее до основания.

Кошевой атаман Иван Сверчевский [36] прибыл с запорожскими полками на помощь восставшей против османского владычества Молдавии, разгромил и вышвырнул из ее пределов турок, одержал победы над армиями их придунайских сателлитов. Преданный затем молдавскими боярами, усмотревшими в нем претендента на трон, принял в казаками последний бой на берегу озера Кагул против турецких войск. Принял бой против вдесятеро сильнейшего врага, хотя мог беспрепятственно отступить на Сечь, и, как некогда спартанский царь Леонид со своими тремястами воинами, лег мертвым на берегу Кагула со всеми до единого своими казаками.

Кошевой атаман Иван Сирко, который, будучи еще полковником, заставил говорить о казаках всю Европу, прибыв с двумя с половиной тысячами сечевиков по просьбе кардинала Мазарини на помощь Франции в ее борьбе с Испанией в период Тридцатилетней войны. Казаки взяли штурмом сильнейшую испанскую приморскую крепость Дюнкерк, которую до них безуспешно осаждали французы, и несколько других крепостей, выиграли у испанцев ряд сражений в открытом поле, заслужив у главнокомандующего французской армией «Великого Конде» название лучшей пехоты мира. Когда основная часть запорожцев возвратилась на Сечь, тысяча казаков во главе с Сирко по личной просьбе принца Конде осталась во Франции и еще два года вместе с королевскими мушкетерами участвовали в боях.