Читать онлайн «Даниил Галицкий». Страница 104

— Что, княже? — нарочито делая ударение на последнем слове, спросил Фильний, отрываясь от мехов, которые он перебирал.

— Дружинники мои пришли… — начал Ростислав. — Они, они… жалуются, что нет мяса… и хлеба нет…

— Кто не дает? Я ничего не знаю! — притворно возмутился Фильний.

— На охоту все вместе ездили, и мои дружинники зверя убили. А теперь кастелян не дает им есть…

Фильний торжествовал. Он едва удерживался, чтоб не показать свою радость. «Что? Пришел? На колени стал? Ничего, еще и не так будешь кланяться!» Но на словах воевода сочувствовал, успокаивал Ростислава:

— Не печалься, княже, я этого кастеляна плетью исполосую!

Ростислав испуганно замахал руками и заискивающе попросил:

— Не надо, не надо! Прикажи ему только кормить дружинников.

Он побаивался, чтобы не вышло хуже: разгневается кастелян, а Ростиславу вовсе не хочется ссориться с ним, этот зловредный скупец может вред причинить.

Довольный Фильний потирал руки. Унижение научит Ростислава быть послушным, а кастелян ведь только выполнил повеление Фильния.

…Венгерское войско двигалось к городу Ярославу. Дружинники Ростислава, — а их было не больше двух десятков, — возмущались издевательствами и насмешками Фильния, роптали на Ростислава, хотя вслух высказываться боялись. Но большинство из них решили при первом же случае покинуть князя.

На рассвете Теодосий, боязливо оглядываясь, взобрался на крепостную стену. Проверив, крепко ли привязана веревка, он осторожно начал спускаться. Острые камни царапали руки, рвали кафтан; веревка была скользкой, и Теодосий опасался, как бы не сорваться и не разбить голову о камни. Но вот уже и земля. Он выпустил веревку и кинулся бежать. На стенах послышался гомон, появились лучники, закричали:

— Куда ты?

Но Теодосий бежал не оглядываясь. Он рукой придерживал меч, чтобы не зацепиться за него. Шум усиливался. Теодосий оглянулся и, споткнувшись о бревно, упал в лужу. Вскочив, он заметил, что наперерез ему бежали венгры и что-то выкрикивали. Со стен засвистели стрелы. Они ложились густо, и венгры испуганно остановились. Теодосий кинулся бежать еще быстрее и, пробежав порядочное расстояние, остановился, запыхавшийся. Он сорвал с головы шапку и начал вытирать пот. К нему приближались венгры; они окружали его, рассматривали. Теодосий обернулся и погрозил кулаком стоявшим на стенах. Оттуда донеслись крики возмущения.

Весть о появлении перебежчика из Ярослава быстро долетела до Фильния. Узнал об этом и Ростислав. Из осажденного венграми Ярослава еще никто не выходил, это был первый русский, не выдержавший осады. Фильний велел привести беглеца к нему. Ростислав, оповещенный своими дружинниками, тоже пришел к Фильнию. Когда он вошел, Фильний уже разговаривал с Теодосием.

— Вот, возьми к себе, — сказал Фильний Ростиславу, — он из города бежал.

Теодосий низко поклонился Ростиславу.

— Прими, княже. Утек я от них. Молвил я тысяцкому, что надобно выходить из города, а он меня побил. — Теодосий показал на лицо, покрытое синяками, ссадинами, царапинами. Сжав кулак, он погрозил в направлении крепости. — Возьмем город, я тогда это припомню!

Ростислав обрадовался беглецу, расспрашивал, что происходит в Ярославе. Теодосий охотно рассказывал, что дружинники и горожане недовольны князем Даниилом, что тысяцкий денно и нощно следит, дабы не открыли ворота.

— Побил меня, когда я сказал, что князю Ростиславу надобно город отдать. Тысяцкий только той дружиной и держится, которая из Холма пришла, а так давно бы уже тебя князем пригласили.

Ростислав кивнул Фильнию:

— Видишь, я же говорил тебе, что люд галицкий за меня. Возьмем Ярослав, войско мое увеличится. — Он намекал на свои уговоры поскорее захватить город.

— С голыми руками на стены не полезешь, — сурово ответил Фильний. — Надо стены разбивать. — И велел ускорить приготовление таранов.

Ростислав повеселел: хорошие вести принес Теодосий из Ярослава!

Венгры торопливо прилаживали тараны и камнеметы. Теодосий суетился тут же, покрикивая на плотников:

— Да разве ж так топор в руках держат? — И он брал топор и показывал, как надо тесать. Он часто приходил сюда, сопровождая Ростислава.

Даниил стоял у Любачева и не двигался к Сану, ожидая подмоги польского князя Конрада Мазовецкого и литовского князя Миндаугаса — Миндовга. Но посланцы прибыли и известили, что союзники, с которыми Даниил помирился и условился выступать вместе против венгров, задерживаются. Андрей-дворский и Семен Олуевич советовали не выступать, подождать прихода литовских и польских полков. Даниил и слушать не хотел об этом.

— Почто сидеть будем? Досидимся, пока Фильний заберет Ярослав, тогда труднее будет.

И он приказал утром выступать. А вечером пришел Теодосий.

— Давно уже ждал тебя, — с нетерпением встретил его Даниил. — Ну, как? Говори! Нам завтра выступать.

— Я сделал так, как ты велел: бежал из Ярослава и обманул Фильния и Ростислава.

— И они тебе поверили?

— Поверили. У меня все лицо было побито…

Даниил удивился:

— Кто же это так тебя изукрасил?

— Да свои же, дружинники ярославские. А случилось все неожиданно. Поругался я с ними, стали они говорить, будто ты прогнал меня. Ну, а меня зло взяло, я и ударил одного. Тогда они набросились на меня. Да я не в обиде на них: иначе Фильний и Ростислав и не поверили бы мне…

Теодосий рассказал Даниилу, где войско стоит, сколько полков, какое оружие: за три дня все уголки венгерского лагеря облазил Теодосий, сказал, что даже Владислава там повстречал.

Войско Даниила появилось на правом берегу Сана неожиданно для Фильния. Венгерская стража, стоявшая у реки, перепугалась русских и убежала в свой табор. Даниил без колебаний велел переправляться через Сан; ему помогло то, что рассказал Теодосий. Венгерский табор оказался между городом и лесом. Фильний понял угрозу оказаться запертым в ложбине и двинул свое войско через лес, к лугу. Но чтобы ярославцы не вышли из города на помощь Даниилу, воевода оставил своих пешцев у стен города.

Венгры вышли из леса и готовились к бою. Фильний стоял под стягом и говорил воеводе Лаврентию:

— Нам надобно выдержать натиск, ибо русские не умеют вести долгий бой.

Объезжая на коне свои войска, Фильний зычным голосом кричал:

— Не бойтесь русских, даже если они пойдут на нас. Стойте! Бой будет недолгим, русские побегут!

Венгры нависли над русскими полками черной тучей. Вот-вот эта туча двинется, прижмет русских к реке. Фильний, увидев, что русские зашевелились, метнулся под стяг. Молча двинулась русская конница, слышался только топот копыт да позвякивание сбруи. Фильний уже видел лица русских дружинников под сверкающими шеломами. Он пришпорил коня и помчался вперед, а за ним сплошной лавиной двинулась конница.

Впереди русских ехал всадник на сером коне. Он оглянулся и что-то крикнул своим. И вмиг воздух содрогнулся от тысячеголосого гула. Это была дружина Андрея-дворского, она первой ударила по венграм. Рядом с Андреем скакал Мефодий.

Венгры и русские вступили в бой.

Теперь уже трудно было распознавать, где враги, а где свои, — всадники смешались. Все теперь зависело от храбрости, стойкости и военной сноровки противников.

Венгров было больше, и они начали теснить к реке правое крыло русских. Радостный крик вырвался из груди Фильния:

— Бегут! Русские бегут! Гоните их к Сану! Топите!

Даниил не участвовал в этой схватке — он с частью войска находился ниже переправы.

Звон мечей и копий сливался со стонами раненых. Фильний сменил коня и снова ринулся в гущу сражающихся. Впереди мчались два рыцаря с криками: «Дорогу! Дорогу!» Венгры расступались, и Фильний вылетел вперед. Русские снова шли волной, ни малейшей суеты и растерянности в их рядах Фильний не замечал.

Двадцатилетний сын Даниила Лев впервые был в походе, Даниил приказал Семену Олуевичу наблюдать за княжичем. Они находились в безопасном месте, у самого леса.

Но когда Лев увидел Фильния, невозможно было удержать горячего княжича. Лев поскакал с копьем и затерялся среди всадников. Лев мчался на Фильния, крепко сжимая копье. Со всего размаха ударил он Фильния, но копье сломалось о латы, и Фильний невредимым проскакал мимо княжича…

Даниил предполагал нанести главный удар по врагу в разгаре битвы. Увидев, что противник оттеснил галичан, он ударил с фланга; дружинники Даниила смяли правое крыло войск Фильния. Венгры побежали, но небольшой их отряд бросился на Даниила. Разгоряченный боем, Даниил оторвался от своих и оказался окруженным вражескими всадниками. К его счастью, ни у кого из них не было копий, они были вооружены только мечами, а Даниил был ловким мечником. За Даниилом неотступно следовал Теодосий. Оба благополучно прорвали вражескую цепь.