Читать онлайн «Голгофа». Страница 80

В показаниях перед «святыми отцами» церкви Иван Левизор во всех подробностях рисует отвратительные картины разврата, проституции, пьяных оргий, процветавших в Балтском и Липецком монастырях, в их тайниках, организаторами и участниками которых были главари секты иннокентьевцев.

Иеромонах Иннокентий спокойно рассказывал о совершенных им злодеяниях. Он знал, что находится среди своих, которые не дадут его в обиду.

«Глубоко каюсь и сознаю, как великое безумство и тяжкое свое преступление — это привлечение народа в Муром, содержание в каторжной бивачной обстановке, а затем этот ужасный поход из Муромской обители в зимнюю стужу с массою молдавского народа, худо одетого, непривычного к снегам и морозу северного климата!

Тени несчастных, умерших в пути от стужи и истощения детей и старцев, и живых мертвецов — больных, и разоренных — восстают перед моей совестью как грозные обличители моих вольных и невольных в сем злосчастном балтском религиозном движении заблуждений, грехов и беззаконий!..

Впредь да не будет этого обмана! Аминь!».

Однако «пророк» не сдержал своего слова, нарушил обет, данный «святой церкви».

В декабре 1917 года Иннокентий появляется в Липецком и прилагает отчаянные усилия, чтобы снова сколотить вокруг себя приверженцев и почитателей, активных проповедников его «вероучения». Он рыскает по Бессарабии, появляется то в одном, то в другом месте, кликушествует в своих проповедях о конце света, о наступлении царства сатаны, призывает верующих отрешиться от суетного мира, уйти в подземелья и готовить себя для вступления в «царствие небесное». Но наступили другие времена. Преступления, совершенные Иннокентием, дошли до массы верующих. О них рассказывали живые свидетели кровавого похода из Балты в Муромский монастырь и оттуда в Бессарабию, люди, потерявшие по вине Иннокентия все свое имущество, лишившиеся крова, семьи. Они поняли подлый обман, свои заблуждения и стали не только самыми ненавистными врагами балтского «пророка», секты иннокентьевцев, но и активными разоблачителями сектантского мракобесия.

Проповеди «пророка» собирали все меньше людей. Обманутые выходили из подземелий, скудели приношения. Для «пророка» наступили черные дни.

«Апостолы» Иннокентия, прежде покорные его власти, перестали повиноваться. Многим из них самим хотелось играть первую скрипку во всем этом шулерстве. Началась грызня между «апостолами» и «пророком». В подземелье разыгрывались кровавые схватки, кое-кто из «апостолов» был даже убран с дороги. Но это не упрочило положения секты.

Вместе с Великим Октябрем пришли новые времена и в Бессарабию. Они возвестили гибель эксплуататорского строя, конец власти помещиков и капиталистов, свободу и счастье простым труженикам. Руководители сектантского подполья понимали, что с установлением Советской власти придет конец их благополучию, основанному на религиозном обмане. Поэтому они выступили ярыми врагами нового строя.

В первые годы борьбы за установление власти Советов главари секты иннокентьевцев активно сотрудничали с контрреволюционными силами. Тайники иннокентьевцев стали служить надежным укрытием для белогвардейских банд, шпионов, диверсантов. Здесь находят приют и убежище лазутчики Петлюры, шпионы королевской Румынии, панской Польши, гетмана Скоропадского. Среди населения ведется пропаганда, призывающая оказывать сопротивление Советской власти, отказываться от службы в Красной Армии, уходить в тайники, спасаться от «власти диавола» и т. д.

В 1920-1921 гг. катакомбы Липецкого монастыря превращаются в опорный пункт контрреволюции. Они служат складом оружия, являются местом сосредоточения контрреволюционного отребья. Монастырь становится центром подготовки восстания против Советской власти. Только благодаря мерам, принятым органами Советской власти, заговор был ликвидирован, восстание предотвращено, а его главари и вдохновители понесли заслуженную кару.

Все это не только вызывало ненависть со стороны верующих к главарям секты иннокентьевцев, но и разоблачало последних как пособников врагов Советской власти.

В 1921 году на месте Липецкого монастыря создается коммуна «От тьмы к свету». Многие бывшие иннокентьевцы, «раяне», вошли в коммуну и впоследствии стали активными ее членами. Что же далее сталось с косоуцким «пророком»?

Всякий преступник неизбежно приходит к своему бесславному концу. Так случилось и с Иннокентием. В 1919 году он созвал тайное сборище своих приверженцев, которое, как обычно, закончилось оргией. В пьяной драке один из «апостолов» убил своего «пророка». (В романе Л. Гомина Иннокентий погиб от руки кулака Синики, отомстившего за свою разбитую и поруганную жизнь.) Чтобы замести следы преступления, «апостолы» тайно похоронили Иннокентия, а среди верующих распространили слух, что Иннокентий «вознесся на небо». Так закончилась бесславная карьера «пророка» Иннокентия, одного из крупнейших мошенников в рясе.

С ликвидацией липецкого «рая», смертью его главаря и организатора иеромонаха Иннокентия секта иннокентьевцев не прекратила своего существования. Движение нашло благодатную почву в правобережной Молдавии, особенно в ее южной и средней части.

Беспросветной была жизнь трудового люда в оккупированной королевской Румынией Бессарабии. Оккупанты знали, что рано или поздно им придется убраться восвояси. Поэтому в отторгнутой части Молдавии был установлен полицейский режим, царила самая бесстыдная эксплуатация. Бесчисленные королевские поборы легли тяжелым бременем на плечи трудящихся. Помещики и капиталисты, ростовщики и спекулянты, перекупщики и маклеры, как стая хищников, набрасывались на свою жертву — трудовой люд и обдирали его как липку. Они торопились обогатиться за счет крови и пота бессарабского рабочего и крестьянина. Малейший ропот, неосторожно сказанное слово — и человек оказывался в застенках сигуранцы. В этих условиях снова развернули свою тлетворную деятельность среди темного и забитого бессарабского крестьянства бывшие приближенные Иннокентия, его так называемые апостолы и мироносицы.

Надев на себя личину «пророков» и «пророчиц», главари секты бродили по селам, организуя тайные сборища, проповедуя скорое наступление «конца света» и приближение «страшного суда», требуя от верующих, чтобы они продавали свое имущество, покидали «греховный» мир, уходили в подземелья и готовили себя к «великому дню». Проклиная брак и семью, изуверы-иннокентьевцы проповедуют среди своих приверженцев сожительство без различия пола и возраста, требуют от больных не принимать медицинской помощи, убеждая людей, что физические страдания являются искуплением за их грехи перед богом.

В этот период в Бессарабии возникает широкое подполье иннокентьевцев, оборудуются жилища для проповедников и главарей секты, места для молений и т.д. По селам Бессарабии бродят десятки «татуней» и «мамуней» (святых отцов и матерей божьих), пророков и пророчиц. Были случаи, когда в одном и том же селе появлялось несколько «святых». Между «святыми» нередко вспыхивали ссоры, кончавшиеся потасовками.

Позднее, когда правобережная часть Молдавии была освобождена от оккупантов, главари секты развернули злобную агитацию против Советской власти и ее мероприятий. Они призывали крестьян не вступать в колхозы, саботировать выполнение государственных планов хлебозаготовок, отказываться от участия в выборах Советов, от службы в Советской Армии. Они пророчили скорую гибель Советской власти и восстановление монархического строя. Распространяли слухи, что члены семьи бывшего царя Николая II живы и скрываются в сектантском подполье. Сектантам, чтобы они поверили этим небылицам, показывали якобы престолонаследника Алексея — сектанта Семена Романенко — и царскую дочь Анастасию, которую представляла некая аферистка Фаня Гурвиц.

Однако антисоветская агитация главарей секты не имела сколько-нибудь серьезного успеха. Крестьяне вступали в колхозы, активно включались в строительство новой жизни. С каждым годом богаче и краше становилось в доме крестьянина, к нему пришли достаток и изобилие. В этих условиях все труднее было главарям секты одурманивать народ. Открывались глаза на правду даже у тех, кого сектанты «обрабатывали» многие годы. Десятки, сотни людей выходят из подземелий, раскаиваются в своих заблуждениях, приобщаются к полезному труду.

Главари секты, чувствуя, что почва уходит из-под их ног, что люди начинают понимать ложь и обман, не останавливаются ни перед какими преступлениями, совершают даже убийства бывших своих единоверцев, порывающих с сектой. Так были убиты в тайниках сектанты Макарий, Надежда из с.Нижние Ниспорены, трупы которых нашли в селе Лазо Оргеевского района.

Уподобляясь бандитской организации «кампрачикосам», существовавшей в период феодализма в Испании, Англии и других странах Запада, иннокентьевны похищают детей, бросают в тайники, пытаясь превратить их в ярых пропагандистов секты.