Читать онлайн «Десять дней, которые потрясли весь мир». Страница 89

В первом же выступлении на пленуме Петроградского Совета после победы народного восстания, днём 25 октября, Ленин выразил свою безграничную веру в прочность одержанной народом победы и, зорко всматриваясь в будущее новой, советской России, просто и ясно сформулировал историческую задачу, стоящую перед большевиками, рабочим классом, широкими народными массами: построение пролетарского социалистического государства, победа социализма в нашей стране.

Этому трезвому оптимизму большевиков противостояло бесперспективное, пораженческое заявление Троцкого на II съезде Советов. Джон Рид так передаёт в своей книге эту часть выступления Троцкого на съезде: «…если Европа и впредь будет возглавляться империалистической буржуазией, то революционная Россия всё равно неизбежно погибнет… Одно из двух: либо русская революция вызовет революционное движение в Европе, либо европейские державы задушат русскую революцию!» (стр. 129 наст. изд.).

Эта точка зрения Троцкого основывалась на его неверии в революционную поддержку победившего пролетариата России трудящимся крестьянством, в способность пролетариата повести за собой крестьянские массы. Она выражала его меньшевистскую теорию «перманентной революции», выдвинутую им ещё в 1905 г.. Это была теория, утверждавшая невозможность победы социалистической революции в одной стране до завоевания власти пролетариатом в основных странах Европы. Троцкий писал незадолго до Октябрьской революции в своей брошюре «Программа мира»: «Победоносная революция в России или в Англии немыслима без революции в Германии и наоборот». Та же мысль, что победа социалистической революции возможна лишь как одновременная победа пролетариата основных стран Европы, была выражена Троцким и в его интервью, которое он дал Джону Риду 17 октября. Говоря о внешней политике будущего правительства, Троцкий сказал: «В конце этой войны я вижу Европу, пересозданную не дипломатами, а пролетариатом. Европейская федеративная республика, Соединённые Штаты Европы…» (стр. 63 наст. изд.). Здесь Троцкий противопоставляет ленинской теории пролетарской революции о победе социализма в одной стране свой лозунг Соединенных Штатов Европы, вытекающий из его пораженческой теории «перманентной революции».

Неумолимая логика исторических событий заставляла представителей капитулянтской линии иногда говорить и действовать вопреки их убеждению. Так было с Троцким в период восстания, когда он как председатель Петербургского Совета в силу объективного хода революции должен был проводить ленинскую тактику восстания. На заседании Петроградского Совета 25 октября, поставленный перед фактом победы восставшего народа, Троцкий на реплику с места о том, что извещение о победе восстания на пленуме неправомерно предрешает волю Всероссийского съезда Советов, вынужден был ответить в духе ленинской тактики: «Воля Всероссийского съезда Советов предрешена огромным фактом восстания петроградских рабочих и солдат» (стр. 89). Он вынужден был сказать противное тому, о чём говорил два дня назад на пленуме Петроградского Совета, 23 октября.

Но логика исторических событий не изменила и не могла изменить по существу оппортунистической природы Троцкого, его последовательных сторонников и других капитулянтов, в принципе отрицавших возможность победы социалистической революции и социализма в России и по сути дела стоявших за историческую правомерность установления буржуазной парламентской республики. Дальнейший их путь в партии и в стране лежал через непрерывный ряд вероломных выступлений против ленинской генеральной линии строительства Советского государства и построения социалистического общества в СССР. Они заняли предательскую позицию во время брестских мирных переговоров, они вели демагогические атаки против ленинской линии строительства социализма на основе новой экономической политики, они клеветали на Центральный Комитет партии, который последовательно проводил ленинскую линию социалистической индустриализации страны и коллективизации сельского хозяйства. Естественным результатом этой непрекращавшейся борьбы оппозиционных капитулянтских группировок и фракций против ленинской генеральной линии был полный отход их от партии и переход на антисоветские позиции.

Джон Рид в силу объективных условий, в которых ему приходилось работать над сбором материала для своей книги и над его осмысливанием, не мог с необходимой конкретностью и достоверностью изучить деятельность большевистских партийных центров в период подготовки восстания и во время восстания, так как деятельность большевистской партии, Ленина вплоть до победы восстания протекала подпольно. Поэтому естественно, что в книге не получила достаточного отображения та упорная борьба, которую вели Ленин и его ближайшие соратники против капитулянтов и против тактической линии Троцкого. Это помешало автору усмотреть противоречивость в выступлениях Троцкого в первые дни Октябрьской революции.

Ошибочно утверждение Рида, что «быть может, никто, кроме Ленина и Троцкого и петербургских рабочих и простых солдат, не допускал мысли о том, что большевики удержат власть дольше трёх дней». Вместе с Лениным Центральный Комитет и местные большевистские организации в своём подавляющем большинстве были убеждены в прочности одержанной победы. И только обанкротившиеся партии меньшевиков и эсеров, представители лишившихся власти эксплуататорских классов и их подпевалы да кучка капитулянтов внутри большевистской партии «пророчили» неизбежную гибель победившей революции. Что касается Троцкого, то именно к этому времени относится его полное безнадёжного пессимизма выступление на Всероссийском съезде Советов о судьбах революции в России. Не соответствует исторической действительности освещение в книге обстоятельств, при которых было принято Центральным Комитетом партии решение о вооружённом восстании (см. наст, изд., стр. 53 и примечание к ней).

Эти недостатки, а также другие неточности, имеющиеся в книге, носят, однако, частный характер и не влияют на принципиальную оценку книги Джона Рида как выдающегося по своему значению литературного документа, повествующего о правде Великой Октябрьской социалистической революции.

Автор книги был вдохновлён идеями Ленина, большевистской партии, получившими выражение в оперативной деятельности легальных руководящих центров восстания, в героизме, мужестве и в революционном творчестве восставшего народа. И именно это обстоятельство дало ему возможность своим острым глазом страстного революционера и талантливого художника проникнуть в сокровенную суть развёртывавшихся перед ним революционных событий, уразуметь их глубочайший исторический смысл. И в этом главное достоинство книги, которая, по отзыву Ленина, «даёт правдивое и необыкновенно живо написанное изложение событий, столь важных для понимания того, что такое пролетарская революция, что такое диктатура пролетариата».

Великая правда о народной Октябрьской революции в России, которой Джон Рид посвятил свою книгу, была не по душе американским и другим империалистам, которые в своей печати гнусной клеветой на большевиков, на советский строй в России старались отвлечь внимание эксплуатируемых ими масс от заразительного примера революционной доблести и отваги русских рабочих, крестьян и солдат. Они сделали попытку конфисковать собранные Джоном Ридом материалы, шесть раз намеревались через бандитские налёты громил выкрасть из конторы издательства рукопись книги, чтобы уничтожить её.

Но, несмотря на все препятствия и трудности, книга Джона Рида «Десять дней, которые потрясли мир» была издана в США в 1919 г. Это было первое произведение мировой литературы, поведавшее всему человечеству правду о победоносной социалистической революции в России, положившей начало новой эры в истории человечества — эры пролетарской революции.

Перевод с английского

С.Г.ЗАЙМОВСКОГО

Первый американский город, в котором первые рабочие отказалась грузить военные припасы для колчаковской армии, был город Портленд на берегу Тихого океана. В этом-то городе, 22 октября 1887 г., родился Джон Рид.

Его отец был одним из крепких, прямодушных пионеров, каких Джек Лондон изображал в своих рассказах об американском Западе. Это был человек острого ума, ненавидевший лицемерие и притворство. Вместо того чтобы держать руку влиятельных и богатых людей, он выступал против них, и, когда тресты, точно гигантские спруты, захватили в свои лапы леса и другие природные богатства штата, он повёл с ними ожесточённую борьбу. Его преследовали, избивали, увольняли со службы. Но он ни разу не капитулировал перед врагами.