Читать онлайн «История спиритизма». Страница 67

«В прошлый понедельник вокруг большого стола уселись человек десять-двенадцать. Все соединили руки, и мистер Иглинтон оказался таким образом „зажатым“ с двух сторон. Кроме тех, кто сидел вокруг стола, в комнате никого не было. Угасавший камин отбрасывал слабый свет, так что виднелись лишь очертания предметов. Медиум сидел ближе всех к огню, находясь, вследствие этого, спиной к свету. Материализованная форма, имевшая пропорции мужской фигуры, стала подниматься от пола, примерно на уровне края стола; она находилась в одном футе от правого локтя медиума. Ближе к огню сидела миссис Уайзмэн с Орм-сквер (район Бейзуотер). Черты лица фигуры, укрытой белым покрывалом, различить было трудно. Она находилась неподалеку от камина, поэтому ее лучше рассмотрели те, кто сидел возле него. Ее видели все, кому не мешал край стола и тела других сидящих участников сеанса. Таким образом, одновременно ее видели четверо или пятеро присутствующих, что свидетельствует о реальности случившегося. Поднявшись до уровня столешницы, она стала опускаться вниз, исчерпав, по-видимому, свои силы. Все это происходило в чужом для мистера Иглинтона доме, одет он был в обычный вечерний костюм. Подобный испытательный сеанс невозможно сымитировать какими-либо искусственными средствами»[194].

Одно из заседаний, описанное мистером Роджерсом, имеет весьма характерные особенности. Оно произошло 17 февраля 1885 года в присутствии четырнадцати участников, в благоприятных для опыта условиях. Небольшая комната, смежная с той, в которой находились участники, использовалась в качестве «кабинета», однако мистер Иглинтон не ушел туда, а расхаживал между приглашенными, которые сидели на стульях, расставленных подковой. Материализованная фигура прошла вдоль ряда зрителей и обменялась рукопожатием с каждым из присутствующих. Затем эта форма устремилась к мистеру Иглинтону, который еле стоял, опираясь на плечо мистера Роджерса, и, обняв медиума за плечи, удалилась вместе с ним в «кабинет». Мистер Роджерс пишет:

«Форма имела вид мужчины, по виду — старше медиума и выше его на несколько дюймов. Этот мужчина, закутанный в белую развевающуюся накидку, был полон жизни и воодушевления. В какой-то момент он находился примерно в десяти футах от медиума».

Особый интерес вызывает та разновидность медиумизма Иглинтона, подтвержденная множеством свидетельств, которая носит название психографии, то есть «самопроизвольного появление надписей на грифельных досках». Принимая во внимание выдающиеся результаты, полученные им в этой области, нельзя не упомянуть, что в течение трех лет он безрезультатно пытался получить хотя бы одну надпись. Считая этот вид связи с потусторонним миром наиболее подходящим для тех, кто впервые сталкивается со спиритизмом, в частности потому, что все сеансы при этом проводятся при полном освещении, он с 1884 года сконцентрировал на нем все свои усилия. Отказываясь провести сеанс материализации перед кружком неискушенных спиритов, не принимавших участия в сеансах психографии, он мотивировал свое решение следующим образом:

«Я считаю, что на медиуме лежит большая ответственность и что он обязан удовлетворять те просьбы, с которыми к нему обращаются. Тем не менее мой весьма разносторонний опыт доказал, что ни одного скептика (какими бы благими ни были его намерения) невозможно разубедить на сеансе материализации. Напротив, его скептицизм может только возрасти, что приведет к поношениям в адрес медиума. В обществе, объединяющем спиритов, настроенных на восприятие подобных явлений, возникает совершенно особая атмосфера, и для них я с удовольствием готов провести сеанс. Неофитов же следует подготовить, используя специальные методы. Если ваш друг согласен прийти и пронаблюдать появление надписей на грифельных досках, я с готовностью уделю ему один час. В противном случае я отказываюсь проводить сеанс по причинам, указанным выше, и надеюсь, что они понятны вам, как и всякому другому здравомыслящему спириту».

Иглинтон пользовался обыкновенными школьными грифельными досками (участник сеанса мог, если хотел, принести доску с собой). Доска протиралась, затем на нее помещался кусок грифеля, а доска прижималась к столешнице снизу. Медиум держал ее одной рукой, причем его большой палец находился у всех на виду — на внешней поверхности столешницы. Затем раздавался скрип грифеля о доску, и после сигнала (трех хлопков) доска извлекалась из-под стола с какой-либо надписью. Использовались также две доски одинакового размера, крепко связанные шпагатом, или же складные доски-ящички, снабженные замком и ключом. Зачастую надписи появлялись на доске, положенной прямо на стол, когда грифель помещался между ней и столешницей.

На сеансе 29 октября 1884 года присутствовал мистер Гладстон, выразивший глубокую заинтересованность тем, что увидел. Отчет о сеансе, появившийся в «Лайт», был перепечатан большинством ведущих британских газет, что значительно способствовало пропаганде спиритического движения. В нем сообщалось, что в конце сеанса мистер Гладстон сказал: «Мне всегда казалось, что ученые люди мыслят слишком односторонне. Выполняя благороднейшую миссию в своей области исследований, они зачастую не в состоянии уделить внимание явлениям, не укладывающимся в привычные для них рамки. В самом деле, они слишком часто склонны отрицать то, что не изучено ими должным образом, не предполагая, что в природе могут действовать силы, о которых им пока ничего не известно». Вскоре после этого мистер Гладстон, не объявляя себя спиритом, подтвердил свою заинтересованность этим предметом, вступив в Общество психических исследований.

Иглинтон не избежал обычных нападок. В июне 1886 года миссис Сиджвик, супруга профессора Сиджвика из Кембриджа, одного из основателей Общества психических исследований опубликовала в журнале Общества статью, озаглавленную «Мистер Иглинтон»[195], в которой поместила более сорока отчетов о сеансах психографии, присланных разными людьми: «Что касается меня, то в настоящее время я не сомневаюсь в том, что все это — не более чем изощренные фокусы». Миссис Сиджвик никогда не присутствовала на опытах Иглинтона объясняя это тем, что во время его сеансов невозможно обеспечить постоянное наблюдение. Со страниц журнала «Лайт»[196] Иглинтон обратился за поддержкой к тем, кто убедился в истинности медиумизма. В специальном приложении к этому изданию появилось множество свидетельств в его пользу, в том числе и от членов Общества психических исследований. В частности, доктор Георг Гершель, опытный фокусник-любитель с четырнадцатилетним стажем, опубликовал одно из самых убедительных возражений в адрес миссис Сиджвик. Общество психических исследований напечатало подробнейшие отчеты о результатах, полученных мистером С. Дж. Дэвеем, который претендовал на то, что с помощью разных трюков сможет, повторить и даже превзойти результаты, показанные мистером Иглинтоном[197]. Мистер Ч. К. Мэсси, адвокат, опытный и компетентный наблюдатель, член Общества, выразил мнение многих, прокомментировав статью миссис Сиджвик в своем письме к Иглинтону следующим образом:

«Я согласен с вами, когда вы говорите, что она „не приводит ни малейших доказательств“ в пользу своего крайне резкого суждения, противоречащего многочисленным свидетельствам и основанного единственно на рассуждении, идущем вразрез со здравым смыслом и результатами многочисленных наблюдений».

В целом резкие нападки миссис Сиджвик послужили на пользу медиуму, потому что вызвали появление массы более или менее компетентных свидетельств, подтверждавших реальность существования потусторонних явлений.

Иглинтона, как и всех прочих медиумов, вызывавших физические феномены, несколько раз «разоблачали». Однажды это случилось в Мюнхене, где он должен был дать серию из двенадцати сеансов. Десять из них прошли успешно, однако на одиннадцатом в комнате нашли механическую лягушку. Медиума обвинили в шарлатанстве еще и потому, что на его руках обнаружили черную краску, которой были тайно покрашены музыкальные инструменты, и все это, несмотря на то, что его постоянно держали за руки. Спустя три месяца один из участников признался, что принес на заседание механическую игрушку. Никаких объяснений по поводу черной краски не последовало, однако тот факт, что медиума держали за руки, говорит сам за себя.

Очевиден тот факт, что физический медиумизм происходит с участием эктоплазмы, которая потом втягивается в тело медиума, что может объяснить наличие краски на его руках. Так, например, проведя опыт с кармином при участии мисс Голигер, доктор Кроуфорд обнаружил его следы на некоторых участках ее кожи. По-видимому, как и в случае с механической лягушкой, налицо доказательства неправоты незадачливых «разоблачителей».