Читать онлайн «Искра Божья, или Как воспитать гения». Страница 31

Как ни странно, но Джейк всегда сразу шел в отдел справочной литературы. Там было много схем, карт, графиков и таблиц. Они ему были очень нужны. Одним из его любимых жанров были рассказы о великих ученых, а другим — мировая история. Но ничто не шло в сравнение с учебником по естествознанию для колледжей.

Я поняла, что Джейк, запоминая факты, успокаивал себя. Чтение перечня фактов оказывало на него такой же эффект, как просмотр получасовой комедии положений или пролистывание журнала мод и светских сплетен оказывало на одну из моих знакомых. Так же как в свое время случай с моей сестрой Стефани помог мне увидеть таланты там, где другие видели всего лишь недостатки, так и наблюдение за капризами и причудами моего мужа помогло мне понять, что успокаивает Джейка.

Майкл тоже запоминал мелочи, чтобы расслабиться. Если его спрашивали, кто играл главную роль в каком-нибудь малоизвестном фильме 70-х годов, он сразу же отвечал, да еще и рассказывал, чего этот актер впоследствии добился.

Когда он работал в компании «Таргет», его называли там «тот самый Майкл». Летом, работая на разгрузке, он выучивал наизусть все номера единиц складского хранения. Поэтому позднее, если отсутствовал ценник, вместо того чтобы искать по прейскуранту в журнале, рабочие просто брали свои рации и говорили:

— Майкл? Кокосовый шампунь «Суав»?

Меня крайне раздражало то, что он с легкостью отвечает на все вопросы игры «Опасность», и я наотрез отказалась смотреть с ним это шоу до тех пор, пока он не пойдет туда, не примет в нем участие и не выиграет, конечно. Поэтому меня не беспокоило то, что, свернувшись калачиком, Джейк изучает список экзопланет или астероидов, мне не казалось это странным, как другим родителям. Интересы Джейка были самыми разнообразными. Он прочел все книги по истории Америки, какие попали к нему в руки. Его жажда информации была просто неутолима, а память — насколько мы могли судить — не знала границ. Джейк мог рассказать, что далеко не лучший и малоизвестный Джеймс Бьюкенен был пятнадцатым президентом Соединенных Штатов, он мог назвать даты его правления, когда он родился, на ком женился и когда умер. Джейк также знал, из какого штата был Бьюкенен и какой процент голосов на выборах он имел.

Джейк не пропускал ни одного учебника, где был хотя бы один тест. (Это и сейчас его любимое занятие. Должно быть, я единственная мать на земле, которой приходится утешать своего сына, если экзамен отменяется.) Помню тот день, когда он обнаружил в книжном магазине отдел пособий по подготовке к тестам. «Тест американского колледжа»! Отборочный тест! Тест для поступления в медицинский колледж! Тест по менеджменту! Тест на проверку знаний при поступлении на юридический факультет! Это были сотни страниц пронумерованных вопросов, и многие из них касались математики! Джейк с укоризной посмотрел на меня, как будто я намеренно прятала от него этот чудесный лакомый кусочек. В первом классе его любимой книгой было руководство по подготовке к тестированию по программе средней школы. Его совсем не интересовали разделы, посвященные языковым проблемам, ияне могу с уверенностью сказать, что он смог бы написать тест в полном объеме, но к концу того года он стабильно получал отличные результаты по математическим тестам.

Удивительно, но в школе, казалось, не замечали все те странности, которые вытворял Джейк. А если и замечали, то не подавали виду. В начале первого класса детям раздавали огромные рабочие тетради по математике, где было полным-полно заданий на весь учебный год. Джейк заполнил всю тетрадь за первые два дня занятий. Учительница знала, что он сделал, и сказала ему сидеть в углу и читать книгу во время занятий с классом. Вместо этого Джейк создал свой собственный математический язык, основанный на наглядности, которым он пользуется и сейчас, когда что-то объясняет другим детям. В этом языке он использует цвет и форму для представления цифр и их комбинации для представления уравнений. Представьте себе этакое сочетание счета и калейдоскопа, и вам станет понятно, о чем идет речь. Теперь он наслаивает различной формы разноцветные прозрачные пластинки поверх легкой коробочки, но тогда у него были тысячи кусочков строительного картона, которые он педантично вырезал, придавая им различные формы, и которые можно было накладывать один поверх другого, чтобы выполнять сложные вычисления. Но никто, включая самого Джейка, никогда не говорил ни мне, ни Майклу, что наш сын, по существу, перескочил одну ступень в математике.

Разбирая старые бумаги, я как-то нашла работы Джейка того времени. (Я уже и забыла, но когда другие ребятишки рисовали квадрат и сверху треугольник, изображая таким образом свой дом, Джейк использовал цветные карандаши для того, чтобы изобразить модели более эффективных гидроэлектрических станций.) В одной из старых коробок я обнаружила дневник Джейка за первый класс. Учительница дала им задание на неделю: «Что бы ты сделал, если бы был президентом?»

В одном из отрывков, написанных тогда, Джейк писал: «Если бы я был Президентом, я бы сказал людям пакенуть Новый Орлеан. Также, Если бы я был президентом, я бы построил Новый Орлеан где-нибудь еще. Я бы сказал аржетектору нарисовать и построить парк развлечений. А когда он или она будет готов, я поеду в этот парк развлечений. Я буду там развлекаться».

В тот момент я думала, что не видела ничего более замечательного, чем «он или она» в том предложении. Через несколько страниц в том же дневнике за первый класс был еще один отрывок: «Если бы я был Президентом, я бы поехал во Флориду и предостерег людей от ураганов». Нас тогда тоже ничего не насторожило. Для нас не было новостью, что Джейк очень интересуется вопросами климатологии и изменений климата. Его увлечение погодой до сих пор источник шуток у нас дома. Мы всегда говорим, что Джейк не вспомнит, какой подарок он получил на прошлое Рождество, но, когда ему будет восемьдесят лет, он все еще будет помнить, сколько снега лежало на земле. (Он не может запомнить имени ни одного ребенка в классе, но может очень подробно описать проливной дождь с грозой, который загнал его в лестничный колодец, когда он ждал автобус в первый день в школе). Но больше всего меня изумляет то, что записи в дневнике датированы январем 2005 года, за семь месяцев до того, как ураган «Катрина» опустошил юг Соединенных Штатов.

Ко второму классу Джейк уже чувствовал себя в школе довольно свободно. Но я все еще постоянно замечала у него признаки аутизма, которые не проявлялись явно, но которые все еще могли выйти на передний план и снова поглотить моего ребенка, если я им это позволю. Поэтому, как и раньше, я помогала Джейку с математикой и чтением, чтобы он не отставал от остальных, а также я почувствовала, что мне пора помочь ему и с друзьями.

Мне очень нравится Хеллоуин. Я люблю этот праздник. Майкл всегда подсмеивался надо мной по поводу того, сколько мне приходилось пройти (и по поводу того, сколько я заставляла пройти его), чтобы праздник у нас удался. Для первого Хеллоуина, в котором принимал участие Джейк, я не только сшила для него полноценный костюм тыквы, но и соорудила также из нашей небольшой красной тележки тыкву на колесиках. Я посадила Джейка, нарядив его в маскарадный костюм, в тележку, положила рядом с ним фонарь из тыквы с прорезанными отверстиями в виде глаз, носа и рта и несколько мячей и все это возила по близлежащим улицам.

Когда Джейк был во втором классе, я вместе с детьми из детского центра поехала на ферму, которая располагалась недалеко от нас, и взяла там несколько тыкв, чтобы сделать из них фонари с прорезанными отверстиями в виде глаз, носа и рта. По дороге домой мы проезжали мимо дома соседки, и мне вдруг стало немного стыдно, когда я увидела ее сыновей — их было семеро, — они с еще несколькими мальчиками играли на улице в футбол.

Я доехала до нашего дома, заглушила мотор и некоторое время сидела не двигаясь, наблюдая за Джейком. Он тоже был на улице, но какова была разница между тем, что у нас, и тем, что происходило у соседки. Одним из любимых занятий Джейка в тот год было составление многомерных геометрических фигур — кубов, сфер, цилиндров, конусов и, конечно, его самых предпочитаемых параллелепипедов — из подручных средств, которые он находил вокруг дома. Старые свертки, оставшиеся от бумажных полотенец, пластмассовые палочки с ватными тампонами на обоих концах и палочки для поделок — в ход шло все. В тот вечер Джейк был занят составлением фигур на крыльце, аккуратно расставляя их вдоль перил. Я вышла из машины и прошла в дом, поставила на огонь кастрюлю с водой, чтобы сварить макароны. Затем мы с Джейком украшали крыльцо в свете угасающего дня: он — своими многомерными геометрическими фигурами, я — паутиной и тыквами (также разместила там аппарат для создания тумана и несколько привидений, которые пронзительно кричали). Когда я услышала, как моя соседка зовет мальчиков ужинать, мне в голову пришла идея. Мне очень хотелось, чтобы у Джейка были друзья, но я знала, что не могу просто так отправить его поиграть в футбол с соседями. Ничего не получилось бы. Физически отставание Джейка проявлялось в том, что он был довольно неуклюжим, неловким и медлительным, к тому же я не была уверена, знает ли он правила игры в футбол. (Уверена, что его это не интересовало.) Нужно было найти какой-то взаимный интерес. А что, если я превращу наш дом — в частности, комнату Джейка — в такое место, которое привлечет мальчишек, они просто не смогут не прийти?