Читать онлайн «Полная история тайных обществ и сект мира». Страница 99

Их храмы, где хранился священный огонь, всегда стояли на возвышении и в густых дубовых рощах; они были разного вида — круглые, потому что круг изображал вселенную; овальные, как намек на всемирное яйцо, от которого, по нреданию многих народов, произошла вселенная, или, по преданию других, произошли наши прародители; змеевидные, потому что змея была символом По, друидского Озириса; крестообразные, потому что крест — эмблема перерождения, или с крыльями, чтобы изобразить движение божественного духа.

Балдахином им служило небо, и построены они были из неотесанных камней, число которых согласовалось с астрономическими вычислениями. В центре находился камень больше других, и ему поклонялись как представителю божества. Три главных храма такого рода находились в Британии: Стоунхендж и Абурийский на юге, Шапский в Кемберленде. Где камней было мало, там они заменялись земляными валами и храм состоял из высокого вала и рва. Их сооружение было настоящим геркулесовым подвигом; Стукели говорит, что возведение такой насыпи, как Сильбюри-Гилль, стоило бы в настоящее время 20 000 фунтов стерлингов.

Адитум, или ковчег мистерий, называется кромлехом и употреблялся как священный пастос или место перерождения. Адитум состоял из трех ребром поставленных камней, служивших опорами для большого плоского камня, положенного на них плашмя, так что образовывалась маленькая келья. Дом Кита Кенте был подобным пастосом.

Однако для посвящения требовалось значительное пространство. Поэтому Коер Сиди, где совершались друидские мистерии, состояло из ряда зданий, примыкающих к храму, с покоями всякого размера, кельями, сводами, банями и длинными, искусно устроенными галереями, где было все, чтобы нагонять страх, как делалось в подобных случаях. Это были преимущественно подземелья, и многие из пещер, находящихся в Англии, служили некогда местом действия для друидских посвящений. Великолепный Кастльтонский грот в Дербишире Стукели называет Адской Пещерой, так точно, как гигантские пещеры в Лёкинингтоне и Бадминсгере в Уильтшире наверно предназначались да подобных целей.

Система друидизма включала все религиозные и философские исследования, известные тогда на этих островах. Обряды носили несомненный отпечаток астрономических наблюдений. Их главные божества сводились к двум — мужскому и женскому, великие отец и мать, Гю и Церидвен, отличавшиеся теми же характерными чертами, что Озирис и Изида, Вакх и Церера, или какие-либо другие высшие боги и богини, символизирующие собой два начала всякого существа. Великие периоды посвящения наступали каждую четверть года и определялись движением солнца, когда оно достигало равноденственных и солнцестоятельных точек. Но временем ежегодных празднований была ночь на первое мая, когда огни зажигались на кернах и кромлехах по всему острову и горели до рассвета, чтобы ввести майские игры, от которых взяли начало все национальные игры, и прежние, и настоящие. Вокруг этих огней водили хоровод в честь солнца, которое в это время года, как говорили в смысле символическом, вставало из гроба. Празднество носило характер оргии и продолжалось до тех пор, пока солнце не достигало высоты меридиана; тогда жрецы и последователи удалялись в леса, где происходили самые позорные оргии. Но торжественные посвящения совершались в полночь и включали три степени: первая, самая низшая, называлась евбаты, вторая — барды, третья — друиды. Кандидат вначале ложился в пастос (или гроб), где его символическая кончина изображала смерть По или солнца, и возвращение посвящаемого к жизни, в третьей степени, символически изображало возвращение к жизни солнца. Кандидату надлежало вынести такие же искусы и пробы его храбрости, какие были приняты в других странах, и потому лишним было бы приводить здесь их подробное описание.

В празднество 25 декабря разводили большие огни на вершинах гор, чтобы возвестить о рождении бога Солнца. Это была минута, когда, после мнимого зимнего солнцестояния, оно начинало усиливаться и постепенно подниматься на небосклоне. Это празднество справлялось не одними друидами, но существовало во всем древнем мире от Индии до Ultima Thule (Крайний предел или граница).

Огни, разумеется, изображали могущество и жар солнца, тогда как молодило, употребляемое в этих случаях, предвещало результаты возобновленного действия солнца на растительность.

Летнее солнцестояние праздновалось 24 июня. Оба эти дня до сих пор празднуются в христианской церкви: первый как Рождество, а второй как Иванов День, потому что первые христиане благоразумно приняли не только дни языческих праздников, но еще, насколько это могло быть совместимо с приличием, и способы праздновать их, заменяя только теологическим значением астрономические аллегории. Украшение церквей в Англии молодилом в Рождество — древний обычай друидов, принятый христианами.

В учении друидов главным было, что вода есть первое начало всех вещей и она существовала до сотворения мира в неприкосновенной чистоте. Однако это как будто противоречит их другой доктрине, что день происходит от ночи, потому что ночь, или хаос, существовала до сотворения дня. Они учили еще, что время есть только перехваченный отрывок вечности и что существует бесконечный ряд миров. В сущности, их доктрины носили, главным образом, отпечаток Пифагорова учения. Они питали глубокое благоговение к числам 3, 7, 19 (метонов цикл) и 147, то есть 7 в квадрате, умноженное на 3. Они также были прорицателями, утверждая, что могут предсказывать будущие события по полету птиц, по человеческим жертвоприношениям, по белым лошадям, по движению воды и по жребию. Однако они действительно имели, по-видимому, научные познания.

Во многих случаях власть друидов превышала власть государя. Разумеется, они были единственными толкователями религии и, следовательно, распоряжались всеми жертвоприношениями; ни одному частному лицу не дозволялось приносить жертву без их разрешения. Они имели власть отлучать от храма, самое ужасное наказание после смертной казни, действие которого постигало даже самых высших сановников. Великий государственный совет не мог объявить войну или заключать мир без их участия. Они решали все споры окончательным и неизменным приговором и властны были подвергать смертной казни. Действительно их жертвенники орошались потоками крови человеческих жертв. Иногда всесожжение мужчин, женщин и детей, заключенных в большие, плетенные из ивы башни, бывало жертвой, приносимой из суеверия, и вместе с тем должно было придать им более значений, так как жрецы были честолюбивы и наслаждались кровью. Говорят, друиды предпочитали виновных в краже, разбое или других преступлениях, как самых приятных жертв их богам, но когда мало оказывалось преступников, они, без зазрения совести, замещали их людьми невинными. Эти ужасные жертвы были приносимы друидами для народа, перед опасной войной или во время общественного бедствия, а также для частных лиц высокого звания, когда их постигала опасная болезнь.

Жрицы, в белых одеяниях, с металлическим поясом, предсказывали будущее по наблюдению естественных явлений, но, главным образом, по человеческим жертвоприношениям. Им предоставлялась страшная обязанность убивать пленников, захваченных на войне, и лиц, осужденных друидами; и прорицания их основывались на том, как вытекала кровь из множества нанесенных ран и также из дымящихся внутренностей. Многие из этих жриц неизменно сохраняли девственность, другие, напротив, предавались самому распутному сладострастию. Жили они на пустынных скалах, о которые разбивались волны океана, и моряки смотрели на эти утесы как на храмы, окруженные несказанными чудесами. Таким образом, остров Сен, или Лиамбис, остров Святых, близ Ушанта, был местопребыванием некоторых из этих жриц, прорицавших морякам, и не было власти, которой не приписывали бы им. Другие, жившие близ устьев Лоары, разрушали раз в году свой храм, разбрасывали материалы и, собрав другие, строили новый; это был, конечно, символический обряд; а если жрица уронит что-либо из священного материала, все остальные накидывались на нее со свирепым воем, разрывали на части и разбрасывали ее кровавые останки.

По мере того как римляне стали утверждаться на островах, власть друидов постепенно пришла в упадок; окончательно подавил ее Светоний Паулин, правитель Британии при Нероне, в 61 году по Р.Х.; он напал на их крепость, остров Энглези, разбил наголову и сжег множество из них на кострах, разведенных ими для сожжения пленных римлян, которых они надеялись захватить — справедливая месть победителя этим кровожадным жрецам. Но хотя их владычество было таким образом уничтожено, многие из их религиозных обрядов существовали гораздо дольше, и даже в Одиннадцатом столетии, в царствование Канута, необходимо было запретить народу поклоняться солнцу, луне, огням и пр. Бесспорно, во франкмасонстве еще держатся многих друидических обрядов, и некоторые писатели, говоря об этом ордене, пытаются доказать, что он был учрежден вскоре после эдикта Канута, и так как друидическое вероисповедание запрещалось им, то посвященных обязывали самыми сильными клятвами хранить молчание.