Читать онлайн «Невидимая битва». Страница 66

Официально орден был уничтожен духовенством, но странно было бы, если бы уцелевшие рыцари, каковых было большинство, перестали бы вдруг по одному только запрету папы считать друг друга братьями. Общим многолетним трудом они были сплочены в мощное тайное общество, и именно тайная организация, тайные места собраний, тайные пароли, тайные степени посвящения, тайное учение были сутью Ордена Тамплиеров. Их внешние орденские облачения были только уступкой условности церковного уклада. Когда их заставили сбросить с себя внешние формы, то только превратили в еще более тайное и отныне невидимое братство.

Свободные строители Храма стали еще более независимыми, еще более вольными Каменщиками и позднее мир услышит это наименование в другом произношении – Франк-Масоны. Но до того времени, когда тайное стало явным, когда о франкмасонах заговорил весь мир, когда в ряды франкмасонов вступить стало также легко, как купить билет на самолет, до того времени пройдут целые века, и за это время много странных и удивительных событий произойдут за кулисами мировой политической и общественной жизни. Там будет много интересных превращений, одни будут надевать на себя чужие маски, а другие – снимать.

По милости Божией, которая дана мне, как мудрому мастеру-строителю, я заложил основание.

Апостол Павел (I Корин., III, 10)

"Циолковский Константин Эдуардович, российский ученый и изобретатель, основоположник современной космонавтики… Впервые обосновал возможность использования ракет для межпланетных сообщений, указал рациональные пути развития космонавтики и ракетостроения…" [185]

Все понятия, относящиеся к космосу, к достижениям космонавтики у нас связываются с именем Циолковского. Реактивные двигатели, ракеты, орбиты, спутники, космонавты, невесомость, межпланетные полеты, космическая эра – все это Циолковский, скромный учитель из Калуги. На его простые тетради, исписанные аккуратным ровным почерком, человечество встало как на эволюционную ступень, чтобы шагнуть в космос.

Основоположник современной космонавтики жил в XVIII веке Но, оказывается, сам Циолковский имел далекого предшественника, чьи мысли и открытия он развивал в своих исследованиях. В 1959 году был опубликован его дневник. В нем отец космонавтики пишет, что большую часть своих идей он заимствовал из работ Роже Босковича, сербского ученого XVIII века [186]. В его трудах он нашел много такого, о чем ученые в XX веке еще только начинали спорить.

В свое время Боскович (1711-1787 гг.) был признан самыми известными учеными как гениальный реформатор науки. Он публиковал свои наблюдения за пятнами на солнце, создал обсерваторию, руководил осушением болот, измерял меридианы и вел археологические раскопки там, где позднее Шлиман нашел Трою.

С 1760 года он член английского Королевского общества, ведет обширную переписку со многими европейскими учеными. С 1763 года руководит французским департаментом оптических инструментов королевского флота. Но большинство его идей и открытий были настолько опережающими свое время, что пугали именитых современников, таких как, например, Лаплас.

Долгое время к его наследию так и относились, и только намного позднее, в век квантовой физики, начали понимать странные теории Босковича и делать выводы о том, что он – "мыслитель двадцатого века, вынужденный жить и работать в восемнадцатом" [187].

Перенос малярии комарами. Применение каучука. Идея объявления международного геофизического года. Невозможность локализовать психику в какой-то одной точке тела. Сохранение "зерна количества" движения в мире. Статистическая механика, разработанная американским ученым Виллардом Гиббсом в XIX веке и принятая только в XX веке. Описание будущих открытий, касающихся природы света, электричества и магнетизма. – Все это есть в трудах Босковича.

И еще многое другое:

Строение атома, принципы квантовой механики, кванты света.

Объяснение радиоактивности, о которой в его, Босковича, век как будто бы никто и не подозревал. Притом объяснение на уровне самой современной квантовой физики, то, которое ученые сейчас называют "статистическим проникновением сквозь потенциальные барьеры".

Постоянная Планка – константа, определяющая соотношение между энергией и частотой волны, открытая Максом Планком на рубеже XIX и XX веков.

Теория пространства и времени, состоящих из неделимых точек-зерен, как в современных работах Гейзенберга.

И даже мечта Эйнштейна – единая всеобщая теория вселенной, общее, единое уравнение, управляющее механикой, физикой, химией, биологией, психологией.

Все это собрание теорий совершенно невероятно для эпохи, в которую жил Боскович. Они больше подходят нашему времени. Или даже не нашему времени, а времени, в котором будут жить наши потомки. Сейчас его концепции до конца не могут понять современные ученые. Взгляды этого удивительного провидца, как они сами признают, можно будет усвоить только тогда, когда наука достигнет объединения теории относительности и квантовой физики. Когда ученые, от формулы к формуле, от теоремы к теореме, сами выведут единую теорию поля.

И это произойдет только в будущем. В нашем, теперь уже двадцать первом веке, или даже еще позднее. О Роже Босковиче правильнее говорить, что он был мыслителем двадцать первого (или двадцать второго?) века, вынужденным жить и работать в восемнадцатом.

На примере с его концепциями и XX веком видно, что мы не способны воспринять откровение прошлого, если не прошли его уже на собственном опыте или если не посвящены в него шаг за шагом. Если этого нет, то произнесенная или написанная кем-то истина, какой бы великой и основополагающей она ни была, не вызывает в нас ответного чувства доверия и согласия, но только скептическое пожимание плечами – мало ли кто что написал? Таковой была реакция Лапласа на откровения Босковича, таковой пока остается реакция нашего просвещенного космического века на заявления алхимиков о философском камне, об универсальном растворителе, об управлении силами земного притяжения, о сотрудничестве с невидимыми духами природных стихий, о великих Учителях Мудрости, Посвященных. ‹ a Мальцев С. А., 2003 ›

Открытия Босковича поражают историков науки. Но, в свою очередь, Боскович, давший Циолковскому отправную точку в развитии его космических идей, сам опирался на труды других ученых, своих предшественников. Он читал книги алхимиков, пытался проникнуть за завесу их тайного символического языка и оставил после себя точные научные переводы этого алхимического символизма. Например, как он разъясняет, четыре стихии алхимиков – Земля, Вода, Огонь и Воздух – это четыре комбинации взаимного расположения неких частиц, не имеющих ни массы, ни веса, которые и составляют эти стихии. Был момент, когда современные физики, наблюдая за превращениями частиц друг в друга, обнаружили четыре кварка – четыре основы, из которых, как предполагали, могут состоять элементарные частицы. Но потом, в результате экспериментов, число кварков достигло двенадцати, и вообще заметили странные элементы, которым стали давать такие парадоксальные названия, как "цвет" и "запах". И оказалось, что не подошло еще время объединения древнего символизма и современного знания. Не наступило.

Был еще такой же, как Боскович, непризнанный историей науки гений – Николай Кребс (1401-1464), Николай Кузанский или Николай де Куза, как его звали по месту рождения, селению Куза-на-Мозеле в Италии.

Джордано Бруно называл его "божественный Кузанец". За сто лет до Коперника Николай Кузанский предвосхитил все его открытия о вращении Земли, орбитах планет. За полтора века до Джордано Бруно он писал об обитаемости миров во вселенной. По его представлениям, Высшее Начало мира, Бог, вмещая в себя все сущее, присутствует в любой, самой ничтожной вещи. Он одновременно центр космической сферы, находящийся везде, в каждой точке пространства, и он же – ее окружность. Мир выявлен этим Единым из самого себя через последовательные промежуточные стадии Начал и вернется в Его лоно при завершении всех великих космических циклов эволюции. Человек же – существо, соединяющее в себе земное и космическое, божественное, он – пересечение микрокосма и макрокосма. Эта истина дана всем людям через великих Основателей и Реформаторов религий, таких как Орфей, Будда, Зороастр, Гермес, Моисей, Христос и другие герои. Все религии – ветви одного древа, единой Религии Мудрости. И все народы поэтому должны жить во взаимном доверии и уважении к религиям друг друга.

Для Николая Кузанского, как и для Босковича, отправной основой умопостроений были доктрины неоплатоников. Его выражение "Мир подобен обширной машине, центр которой находится везде, а окружность нигде" позаимствует потом Блез Паскаль (1623-1662), французский ученый, математик и философ.