Читать онлайн «Коса и камень. Зелот о Масонстве (сборник)». Страница 45

Изначально на базе патриотического поиска истоков и самостоятельных истоков посвящения был сформирован Древний Тольтекский Устав (Ancient Toltec Rite), в настоящее время превратившийся в точно такое же благотворительное общество, несмотря на то, что в его ряды могут вступить только братья-каменщики Шотландского Устава не ниже 32– й степени и братья – Рыцари Храма Йоркского Устава, а также их матери, супруги, сестры и иные родственницы. Однако тема американских парамасонских организаций с обоеполым членством и, в первую очередь, конечно, Ордена Восточной Звезды, нуждается в отдельном обзоре, равно как и тема женского масонства вообще.

Клубы Полудня (High Twelve International) занимаются установлением братских связей между штатами и странами мира.

Клубы Полуночи (Low Twelve Clubs) взяли на себя печальную, но необходимую миссию сбора средств и организации масонских похорон.

Общество Национальных Спутников (National Sojourners) объединяет в своих рядах ветеранов военной и полицейской службы США и занимается патриотическим воспитанием молодежи, изучением истории США, проводит различные костюмированные мероприятия в годовщины памятных событий и уроки в школах. Почетным отличием для Национальных Спутников является членство в Ордене Героев «76» (Heroes of the '76), основанном в память о генерале Беннингтоне и его героическом 76– м полку, отличившемся в войне 1812 г. с Англией.

Общество Филалетов (Philalethes Society) испокон веку объединяет исследовательские ложи с целью плодотворного и взаимовыгодного обмена исследовательскими находками в области масонских философии, символики, истории и практики.

Царственный Орден Шутов (Royal Order of Jesters), являющийся побочной степенью Арабского Ордена Святилища, организует общественные мероприятия развлекательного характера.

Орден Бизонов (Order of Buffaloes) с самого начала своего существования заявил, что не является масонским, объединяет актеров, певцов, композиторов и художников и занимается исключительно творческими вопросами, представляющими интерес для членов. Однако все «бизоны», тем не менее, носят запоны, перчатки и точно такие же ленты и отличительные знаки, как масоны.

Вообще же здесь начинается тонкая грань, отделяющая собственно масонство от широчайшего американского понятия «fraternalism», подразумевающего и охватывающего все необъятное многообразие неформальных братских американских организаций бытового самоуправления, покрывающих своей сетью всю страну с самого времени основания первых колоний. Масонские и немасонские братства сосуществуют на одной территории, переплетаются и перемешиваются между собой, формируя современное американское общество, которое без них было бы совершенно иным.

Мудрость Египта и европейские премудрости

Если верить Светонию, когда Цезарю представили Сципиона Африканского, Первый консул с сомнением протянул: «Ex Africa est-ne atque bonum?..» – «Что ж хорошего может быть из Африки?..» Однако в мировой эзотерической традиции именно Африке и, в частности, Египту суждено было сыграть ту роль, которая совершенно несопоставима с ролью любой другой цивилизации. И не в последнюю очередь, за счет деятельности другого Первого консула, на этот раз французского…

Практически все известные нам в настоящее время герметические знания так или иначе восходят своими легендарными корнями к землям в дельте Нила. Это фактически аксиома. Так или иначе претендуют на происхождение от египетских Мистерий почти все известные в наши дни эзотерические школы. Если они коренятся в иных землях, они непременно упоминают о связях своего учения с египетскими Мистериями. Если они демонстративно отрицают «египетское» происхождение, им на него ненавязчиво указывают критики или непредвзятые исследователи (взять хотя бы иудейский монотеизм с его Ковчегом). Имя Гермеса Тота Трисмегиста для мировой духовной истории значит ничуть не меньше, чем имя, например, того же Цезаря для истории военной. Мантика, алхимия, Таро, астрология, ритуальная магия, – вот те семы, которые мы привычно ассоциируем с Египтом. Ничего, следовательно, нет удивительного в том, что масонство объективно не могло, а субъективно – не хотело оставаться в стороне от мистико-исторического египтоведения и приняло в его разработке самое деятельное участие.

Середина XVIII века застала масонство в состоянии ожесточенных поисков собственной идентичности. Как грибы после дождя, росли новые степени и их совокупности – уставы, каждая европейская страна почитала своим долгом разработать собственную масонскую систему и, по возможности, подчинить ей все прочие системы других стран. Окончательно выделившиеся из масонского мастерового мейнстрима ложи джентльменов наконец осознали, что не желают иметь ничего общего с вечно полупьяными и не шибко грамотными братьями каменотесных гильдий. Они сформировали совершенно отдельные от них сообщества и всячески углубляли пропасть созданием новых правил, в первую очередь, приспособленных под нужды аристократического большинства. Для начала должность Мастера ложи стала степенью, затем, по образу и подобию католической церкви, был введен институт Экспертов (Дьяконов), что еще больше расширило пропасть между старшими и младшими братьями, ведь отныне общение между Мастером ложи и ее братьями стало возможно лишь через посредство Экспертов, по инстанции. Затем старшие братья стали отзывать младших после собрания в уголок зала и путем коммуникации посвящать в новые степени, разрабатывавшиеся буквально каждым желающим исключительно ради формирования внутри большой группы «избранных» новых групп, поменьше и «поизбраннее».

Затем настало время ритуального оформления новых градусов, которые целиком и полностью зависели от интересов и уровня образования составителя, не считая первой из «высших» степеней – Ордена Царственного Свода, о котором шла речь в предыдущих статьях.

Затем практически вся Европа, уже наполненная приблизительно тысячью новых масонских уставов, степеней и званий, внезапно осознала, что наработала необъятное поле формы, не наполнив его практически никаким внутренним содержанием. Действительно: каждая новая степень обладала своими «тайнами и таинствами», то есть опознавательными словами, знаками и паролями, часто – собственными ритуальными драмами на основе тех или иных сюжетов Библии, апокрифов или античных мифов, но фактически никогда – стройной системой философии и собственно новыми «знаниями», которые кандидат должен был предположительно обретать.

Именно к этому времени относится возникновение течений в масонской мысли, призванных найти и постичь «истинное происхождение» и «истинное предназначение» масонства. В конце XVIII века на свет появляются «тамплиерская» масонская теория Рамзая и его последователей, многочисленные «тамплиерские» послушания. На это же время приходится возникновение (или, если угодно, «выход на поверхность» ) розенкрейцерского масонского движения. Тогда же научные открытия эпохи вызывают к жизни особое «сциентифическое» масонство Месмера, чуть позже – духовидческое масонство Сведенборга. С другой стороны, зарождается огненное политическое масонство Средиземноморья, которому суждено вскоре перевернуть и поставить вверх ногами Францию, Италию и Испанию, а потом возвратить их в прежнее положение, но на новом витке исторической спирали. Только в начале XIX века, с установлением новых империй и во времена ледяной реакции на пожар Великой Французской Революции, центр масонского ритуального творчества перемещается в Американские колонии, где ему и суждено оставаться вплоть до самого последнего времени.

Возвращаясь к условиям существования «высших» градусов в Европе того времени, следует особо отметить, что изначально сформированный в 50– е годы XVIII века Устав Совершенства, а также коллеж и затем – Совет Императоров Востока и Запада были распространены крайне мало, и даже официальный (хотя и наполовину легендарный) их переход под царственное покровительство Фридриха Прусского не очень им помог в привлечении новых членов. Их градусы легли в основание Древнего и Принятого Шотландского Устава в форме Французского и Американского Верховных Советов (1800, 1801 и 1804 годы), но лишь спустя 40 лет ДПШУ было суждено обрести вес и влияние на судьбы масонского мира. В описываемое же время он был весьма маргинальным, элитарным и малоизвестным. Его степени существовали более чем наполовину просто в виде титулов, даже без специально написанных ритуалов.

Традиционно считается, что египетское масонство в самом широком смысле этого слова принес в Европу (или создал) граф Калиостро, будь то Дж. Бальзамо или кто-либо иной (споры о личности Калиостро в данном случае в сферу наших интересов не входят). Однако это не просто не так, но и совершенно не так. Как уже говорилось, египетская тема пронизывала практически все известные в Европе эзотерические школы, и в масонстве она проявилась тоже в самом начале его развития. «Египетские» ритуалы посвящения с соответствующим антуражем в духе версальских комических опер практиковались во Франции уже в 50– е годы, если доверять свидетельству А. Уэйта. Этому же исследователю принадлежит замечательное исследование (впоследствии развернутое М. Холлом) о весьма своеобразном и характерном для эпохи труде «Krata Repoa», или «восстановленных» таинствах древнего Египта, претворенных в форму масонского устава. «Krata Repoa» возникла предположительно в Германии трудами брата фон Кеппена, «обретшего» ранее не известные таблички с описанием ритуалов жреческого мистериального посвящения. Как обычно бывает в таких случаях, сами таблички заинтересованным исследователям представлены не были, однако широкое распространение в масонских кругах приобрел манускрипт, в котором описывалась структура четырехградусного посвящения на базе Школы пирамид, в основном, с использованием греческих терминов, целых абзацев из Диодора Сицилийского, Ямвлиха и Плутарха, а также европейских масонских ритуальных традиций.