Читать онлайн «Теософические архивы (сборник)». Страница 164

То, по меньшей мере, странное совпадение, что Agnus Dei, Агнец Божий, имеет символы, идентичные символам индусского Бога Агни, – отмечено даже некоторыми христианскими священниками. В то время как Agnus Dei искупает и уносит грехи мира в одной религии, Бог Агни, в другой, сходным образом искупает грехи и многочисленные проступки против богов, людей, манов и души, как это показано в шести молитвах, сопровождавшихся шестью жертвоприношениями.[322]

И если мы обнаруживаем, что Крест и Огонь столь тесно связаны в эзотерическом символизме почти каждого народа, то это потому, что их объединенные силы лежат в основе универсальных законов. В астрономии, физике, химии, а также во всех разделах естественной философии, они всегда проявляются как невидимая причина и видимый результат; и лишь метафизика и алхимия – или мы должны сказать метахимия, поскольку предпочтительнее создать новый термин, чем шокировать уши скептиков? – могут полно и убедительно объяснить их таинственное значение. Одного или двух примеров будет достаточно для того, кто хочет осмыслить эти намеки.

Центральной Точкой, или великим центральным солнцем космоса, как его называют каббалисты, является Божество. Это точка пересечения между двумя великими противоборствующими силами, центростремительной и центробежной, которые двигают планеты по их эллиптическим орбитам, что заставляет их очерчивать крест на своем пути через Зодиак. Эти две громадные, хотя все же гипотетические и воображаемые силы, поддерживают гармонию и сохраняют вселенную в равномерном, непрестанном движении; и четыре изогнутых конца свастики олицетворяют движение земли вокруг этой оси. Платон называет вселенную «благословенным богом», который имеет форму круга с крестом в виде буквы «Х». Но довольно об астрономии. В масонстве ступень Королевской Арки сохраняет крест как утроенное египетское тау. Это есть космический круг с быстро вращающимся вокруг него астрономическим крестом, совершенный квадрат пифагорейских математиков в системе чисел, – как было истолковано его оккультное значение Корнелием Агриппой. Центральная точка – это огонь, порождающий тепло; перпендикулярный луч представляет мужской элемент, или дух; и горизонтальный луч – женский элемент, или материю. Дух оживляет и оплодотворяет материю, и все происходит из центральной точки, фокуса и Жизни, и Света, и Тепла, представленного земным огнем. Но достаточно физики и химии, ибо поле для аналогий безгранично, а Универсальные Законы вечны и одинаковы во всех своих внешних и внутренних проявлениях. Не имея ни малейшего намерения оказать кому-либо неуважение или удалиться от истины, мы полагаем, что можно сказать, что существуют серьезные основания верить в то, что по своему первоначальному смыслу, согласно которому христианский крест считался причиной, а вечные муки в адском огне – прямым следствием отрицания этой причины, они имеют больше общего с этими двумя древними символами, чем это готовы признать наши западные теологи. Если Огонь – это божество для некоторых язычников, то в Библии Бог подобен Жизни и Свету Мира; если Святой Дух и Огонь очищают христиан, то, с другой стороны, Люцифер также является Светом и называется «Сыном утренней звезды».

Куда бы мы ни обратились, мы, конечно, обнаружим этот общий реликт древнего культа почти у каждой нации и народа. От ариев, халдеев, зороастрийцев, перуанцев, мексиканцев, скандинавов, кельтов, древних греков и римлян он перешел во всей своей целостности к современным парсам. Финикийские кабиры и греческие диоскуры в какой-то мере возрождались в каждом храме, соборе или деревенской церкви; в то же время, как будет показано ниже, христианские болгары даже сохранили в полной мере поклонение солнцу.

Прошло уже более тысячи лет с тех пор, как этот народ, который, появившись из неизвестности и внезапно ставший знаменитым благодаря последней русско-турецкой войне, был обращен в христианство. И все-таки болгары на поверку оказываются не меньшими язычниками, чем до этого, судя по тому, как они встречают Рождество и Новый год. До сих пор они называют этот праздник «сургаки», так как он совпадает с празднованием в честь древнего славянского бога Сурга. В славянской мифологии это божество – Сурга, или Сварга [Сварог], – несомненно, идентичен арийскому Сурья – солнцу, – богу тепла, плодородия и изобилия. Празднование этого торжества чрезвычайно древнее, так как задолго до христианства болгары поклонялись Сурге и посвящали Новый год этому богу, молясь ему, чтобы он даровал их полям плодородие и послал им счастье и процветание. Этот обычай сохранился среди них во всем своем первоначальном язычестве, и хотя он и различается в зависимости от места исполнения, все же ритуалы и церемонии по своей сути одни и те же.

Накануне Нового года болгары не работают и обязаны поститься. Молодые, недавно помолвленные девушки заняты приготовлением больших плетьи (пирогов), в которые они кладут разнообразные коренья и молодые побеги, придавая им персональное значение в соответствии с их формой. Так, один называют «домом», другой «садом», остальные – «мельницей», «виноградником», «лошадью», «котом», «курицей» и так далее, в зависимости от достатка и потребностей семьи. Даже ценные предметы, такие как украшения и кошельки с деньгами, символически представлены в этом роге изобилия. Помимо прочего, внутрь пирога кладется большая старинная серебряная монета; она называется бáбка, и ее перевязывают красной ниткой в форме креста. Эта монета рассматривается как символ удачи.

После захода солнца, а также церемоний, включающих в себя молитвы, обращенные к уходящему светилу, вся семья собирается вокруг большого круглого стола, называемого паралья́, на котором размещается вышеупомянутый пирог, сушеные овощи, зерно, восковая свечка и, наконец, большое кадило, содержащее ладан самого высокого качества, для воскурений божеству. Глава дома, обычно самый старший в семье – либо дед, либо сам отец, – берет с величайшим благоговением кадило в одну руку, и восковую свечку – в другую, начинает ходить по комнатам, окуривая четыре угла, причем начинает с восточного угла и им же заканчивает; он произносит различные заклинания, близкие к христианскому «Отче наш, иже еси на небеси», обращенные к Сурге. После чего свечку убирают, чтобы сохранить ее в течение целого года до следующего празднования. Считается, что она приобрела чудесные целебные свойства, и ее зажигают только в случае какой-либо болезни в семье, так как считается, что она действует на больного исцеляюще.

В завершение этой церемонии глава семьи берет нож и разрезает пирог на куски таким образом, чтобы хватило всем домочадцам. Каждый, получив свой кусок, торопится осмотреть его и найти то, что спрятано в нем. Самый счастливый жребий выпадает в текущем году на долю того, кто получает старинную монету, перевязанную красной нитью; его считают избранником Сурга, и все завидуют счастливому обладателю. Далее, по степени важности, идут эмблемы дома, виноградника и т. д.; и в соответствии со своей находкой каждый читает свой гороскоп на предстоящий год. Самым несчастливым является тот, кто получает «кота»; он бледнеет и трепещет. Горе и неудача ему, ибо он окружен врагами и должен готовиться к великим испытаниям.

Одновременно в печь кладут большое бревно, символизирующее горящий алтарь, и разводят огонь. Это бревно сжигается в честь Сурги и предназначено быть оракулом для всех домочадцев. Если оно горит целую ночь напролет до самого утра, то это хороший знак; в противном случае семья готовится встретить смерть в этом году, и праздник заканчивается горестными стенаниями.

Ни момцы (молодые женихи), ни моммы (девушки) не спят в эту ночь. В полночь начинается пора предсказаний, магии и различных ритуалов, в которых горящее бревно играет роль оракула. Набухшая почка, брошенная в огонь и лопнувшая с громким щелчком, – это знак счастья и скорой свадьбы, и vice versa [наоборот, лат.]. Далеко за полночь молодые пары покидают свои дома и идут в гости к своим знакомым, переходя от дома к дому, поздравляют и принимают поздравления, воздавая хвалу божеству. Эти пары называются сурьякари, и каждый мужчина несет длинную ветвь, украшенную красными лентами, старыми монетами и изображением Сурги; они идут и поют хором. Их песня столь оригинальна и своеобразна, что заслуживает того, чтобы привести ее здесь, хотя, конечно, при переводе на другой язык она многое потеряет. Следующие строки адресованы тем, к кому они приходят в гости:

Поющие сурьякари, получившие в каждом доме подарок за свои добрые пожелания, на рассвете возвращаются домой… Вот как символические экзотерические культы Креста и Огня древней Арьяварты идут рука об руку в христианской Болгарии.