Читать онлайн «Большой план апокалипсиса: Земля на пороге Конца Света». Страница 13

Сторонники озвученной «Священной загадкой» версии ищут следы активности легендарных сепулькриеров то в деятельности римского императора Константина Великого, чудесным образом обратившегося в христианство, то в дипломатической переписке знаменитого императора франков Карла Великого с не менее знаменитым багдадским халифом Харуном ар-Рашидом93, не возражавшим против того, чтобы его венценосный собрат содержал в Иерусалиме (находившемся под юрисдикцией халифата) некую организацию «хранителей Гроба», гербом которой выступал известный «иерусалимский крест», будущий символ рыцарей-крестоносцев. По мысли авторов «Священной загадки», перед сепулькриерами, помимо обязанности охранять Святой Гроб в Иерусалиме, стояла и вторая, не менее важная задача по защите Святого Грааля, которым в данном случае выступали поселившиеся во Франции носители генома Христа, его потомки от Марии Магдалины. Как они очутились во Франции, а точнее, в Галлии? Элементарно, решили Майкл Байджент и его соавторы, – они приплыли по Средиземному морю.

Поздней весной или в начале лета 33 г. от берегов Леванта отчалил корабль, снаряженный Иосифом Аримафейским, одним из богатейших граждан Иерусалима. На борту, помимо самого Иосифа, находились брат Христа Иаков и жена Спасителя Мария Магдалина, носившая под сердцем его дитя. Беглецов, естественно, сопровождала вооруженная охрана – сепулькриеры. Во Франции, которая в те времена была римской Галлией, Магдалина родила ребенка, девочку Сару, ее отдаленные потомки впоследствии стали первыми франкскими королями – Меровингами. Сепулькриеры и таинственный приорат Сиона, как вы догадываетесь, друзья, ни на минуту не оставляли Меровингов вниманием.

Такая вот история, в пользу которой авторы приводят множество любопытных фактов. Среди них и загадочное происхождение основателя династии Меровея, и его сверхъестественные способности (в том числе врачевать наложением рук), само имя короля и, наконец прически, за которые Меровингов прозвали «длинноволосыми королями». В отличие от своих подданных, предпочитавших короткие стрижки римского образца, потомки Меровея действительно ходили, простите, «хайратыми», полагая – в волосах заключается волшебная сила, словом, стричь их никоим образом нельзя. Прямо как бороду старика Хоттабыча. Или, скажем, Самсон из Книги Судей…95

Шутки шутками, но, как только последний Меровинг Хильдерик III угодил в темницу, его первым делом остригли…

Что на это сказать? Происхождение Меровея – действительно под вопросом. Своему предшественнику королю франков Хлодиону он приходился кем-то вроде пасынка. Или, я уж не знаю, как еще назвать степень их родства. По логике, королевской династии полагалось бы носить имя Хлодиона, ведь именно он считается первым «длинноволосым» королем, но дудки. Отчего случилось иначе, мы знаем благодаря хронисту VII столетия Фредегару. По оставленному им свидетельству, отправившейся купаться на море королевой франков овладел «Нептун, похожий на кентавра». Впоследствии, забеременев то ли от зверя, то ли от человека, она родила сына по имени Меровей» 96. Не берусь судить о чувствах королевы, однако, как я понимаю, после случившегося Хлодиону не оставалось ничего другого, как расслабиться, со временем передав возмужавшему наследнику власть. При этом, правда, франкские хроники зовут Меровея «дельным королем». Вероятно, таким он и был, чего бы иначе его потомкам было так гордиться своим родоначальником, а они с него, что называется, пылинки сдували. Заслуженно, надо полагать, ведь именно под его началом армия франков, действуя плечом к плечу с римлянами, вестготами и аланами, остановила летом на Каталаунских полях нашествие гуннов знаменитого вождя Аттилы, прозванного европейскими современниками «гневом Божьим», и, вероятно, не зазря. Сплоховали бы союзники, и история человечества, вне сомнений, потекла бы каким-то иным руслом97.

С именем Меровея опять же не все чисто и гладко. Если первая его часть означает «море» (французское «мer», немецкое «мeer»), то окончание резонно перевести как «дорога», оно созвучно немецкому «weg» – «вдаль», латинскому «via» – «путь» и так далее. В таком случае основателя династии звали «Вышедшим из моря». Странно, не правда ли?

Авторы «Священной загадки» не обошли вниманием и откровенно библейские имена представителей «династии Святого Грааля». Как вам, скажем, Самсон Меровинг, родной брат короля Хлотаря II? Или Мирон Левит, граф Безалу? Или Соломон в качестве графа Русильона? Или вот авторы «Священной загадки» сообщают о Гильоме де Желлоне, графе Тулузском по прозвищу Орлиный Нос, что тот свободно изъяснялся на арабском и иврите98. Конечно, тут британцы, на мой взгляд, вступили на совсем уж зыбкую почву, ведь орлиный нос ничего не доказывает, как, кстати, и знание языков. Тулуза граничила с испанскими владениями арабов, мог, в конце концов, и выучить. А вот то, что во вскрытой в 1653 г. гробнице Хильдерика I Меровинга (отца Хлодвига, считающегося крупнейшим франкским политиком той эпохи, заложившим первые кирпичики в основание будущей французской государственности) были обнаружены, помимо мечей, амулеты в виде головы Тельца, хрустальные шары и сотни золотых пчел, действительно вызывает недоумение. Наверное, авторы «Священной загадки» правы – перечисленные предметы наводят на мысли об арсенале волшебника99.

К слову, франки и сами полагали своих королей магами, их обожествляли, как каких-нибудь египетских фараонов. Это последнее обстоятельство сыграло с Меровингами дурную шутку, вследствие сакрального статуса реальная власть уплыла к майордомам100. Самый предприимчивый из них, Пипин Короткий, папа будущего императора Карла Великого Каролинга, произвел незамысловатый дворцовый переворот, предварительно уговорившись с римским папой Захарием: «Что, если мы этого патлатого того?» Захарий возражать не стал…

Меровинги сошли с исторической сцены. Однако если их род не угас (в том же Гильоме де Желлоне «Орлиный нос», выдающемся соратнике Карла Великого и родственнике легендарного графа Роланда, по мысли британских исследователей вполне могла течь меровингская кровь), то тогда попадание на иерусалимский престол их далекого потомка находит более или менее вразумительное объяснение.

Правда, открытым остается вопрос, а по душе ли пришлись бы Спасителю такие родственники? Может, их кто-то умышленно ему приплел?

Как уже говорилось выше, в 1118 г., при короле Балдуине II Иерусалимском, приходившемся братьям Готфриду и Балдуину I кузеном, мусульманская сторона конфликта предприняла отчаянную попытку выдворить Христово воинство вон из Святой земли. Монахам-госпитальерам довелось, отложив хирургические инструменты и бинты, натянуть кольчуги и прицепить мечи. Практически одновременно (около 1119) французские дворяне Гуго де Пейн и Годфруа де Сент-Омер, за компанию с еще семью крестоносцами, провозгласили о создании новой организации вооруженных монахов – ордена Нищенствующих рыцарей. Чуть позже прелат Бернард Клервоский (1091–1153), аббат, обладавший колоссальным влиянием в Европе той поры и считающийся вдохновителем Второго крестового похода, разработал Нищенствующим рыцарям устав. Если госпитальеры получили имя от своей резиденции, изначально располагавшейся в больнице, то и с соратниками де Пейна вышла сходная картина. Король Балдуин II предоставил им помещение в одном из крыльев своего дворца, в паре шагов от развалин Храма царя Соломона. Потому-то их и стали звать тамплиерами, от французского слова «temple» – «храм».

Интересная деталь. Если верить авторам «Священной загадки» (безоговорочно этого делать не стоит, но прислушаться можно, отчего бы и нет), на первых порах магистр ордена Храма одновременно являлся и мастером Братства Хранителей Святого Гроба, тех самых сепулькриеров, о которых мы говорили выше. Правда, если тамплиеры в самом скором времени превратились, как принято сейчас говорить, в признанных ньюсмейкеров и их имя постоянно оставалось на слуху, Хранители, напротив, держались в тени, всплывая на поверхность лишь изредка. Упомянул их, скажем, папа Адриан IV в послании графу Раймунду Барселонскому (1155) в одном ряду с госпитальерами и храмовниками, и будет.

Через полтора столетия после короля Балдуина Иерусалимского пути тамплиеров и сепулькриеров якобы разошлись. По версии, озвученной дотошными британцами, развод случился в 1188 г. Спустя сотню с лишним лет орден Храма (превратившийся к тому времени в торгово-ростовщический синдикат мирового масштаба) пал совместными усилиями инквизиторов французского короля Филиппа Красивого и его ставленника папы Климента VI, а Хранителями Гроба Господня были официально провозглашены монахи францисканского ордена. Что стало с прежними хранителями, неясно.