Читать онлайн «Феномен Фулканелли. Тайна алхимика XX века». Страница 63

В поддержку этой концепции Грант цитирует Хэвлока Эллиса и его работу «Исследования по психологии секса», в которой тот утверждает, что из семнадцати телесных секреций, известных тантрической традиции, четырнадцать признаются западной наукой. Грант пишет:

«Эти цифры соответствуют числу лепестков лотоса определённых эрогенных зон. Секреции также связаны с днями и ночами тёмных и светлых двухнедельных периодов, составляющих один лунный цикл, кульминирующий в полнолуние, также называемое шестнадцатым градусом Луны». (Курсив К. Р. Джонсона.)

Грант заключает, что «таинственная алхимическая наука весьма близко подходит к тантрическому учению о кала», но, увы, алхимические тексты не столь хорошо систематизированы, как тантрические источники.

Цитируя Кроули, он указывает, что металлы у алхимиков тоже были «живыми субстанциями», и предполагает, что эти металлы — или препараты — классифицировались по тому принципу, были ли они солнечной или лунной природы или же оказались сформированы «смешанными течениями творческой энергии». Эти три класса веществ, полагает он, вполне соответствуют философским сере, соли и ртути.

Ранее я уже заявлял, что, с моей точки зрения, весьма маловероятно, будто тайна алхимии непременно должна быть связана с практиками тантрического характера, хотя бы по той простой причине, что многие алхимики вершили Делание в строгом одиночестве и не имели, таким образом, доступа к тайным кала, то есть жидкостям женского тела. Однако следует отметить любопытную деталь: на многих иллюстрациях к алхимическим трактатам показаны мужчина и женщина, обычно определяемые как Король и Королева, или Солнце и Луна, в процессе соития.

Всё же есть некоторая вероятность того, что субстанции, необходимые для получения Философского камня могут образовываться и в организме мужчины-алхимика, работающего самостоятельно. Возможно, именно на это и намекал Эжен Канселье, когда рассказывал о трансмутации, при которой присутствовал в 1922 году на газовой станции в Сарселе — как совершенно справедливо указал Уолтер Лэнг, газовая станция это такое особое место, где плотная материя очищается и переводится в летучее состояние. Иными словами, это вполне может быть «газовая станция» человеческого тела. Канселье сам родился в Сарселе и, возможно, это была именно его «станция». Никогда не следует забывать, что алхимикам свойственно говорить метафорами, и если они кажутся прямолинейными, как никогда, это лишь ещё один повод задуматься об истинном смысле их слов.

Ключ к концепции об алхимических эссенциях, рождающихся в организме практикующего, снова даёт Кеннет Грант, который ссылается на уже упоминавшуюся шестнадцатую кала, которую последователи тантры держат в строжайшем секрете. Грант сообщает, что, согласно учению секты Каула, придерживающейся пути Левой руки,

«… древа небесные суть пять пазух четвертого, третьего и пятого желудочков мозга, гипофиз и шишковидная железа. Самое Древо Жизни есть шишковидная железа, содержащая шестнадцатый луч, или же градус, Луны. Отсюда истекает „нектар высшего совершенства“». (Курсив К. Р. Джонсона.)

Поскольку шишковидная железа, или эпифиз, в отличие от более тонких сексуальных центров, имеется и у мужчин, и у женщин, вполне возможно, что тайный алхимический ингредиент, который добавляется к взаимодействующим в тигле или реторте субстанциям, есть некая разновидность секрета, получаемого каким-то непостижимым для науки образом из шишковидной железы. Оккультисты издавна связывают эту железу с третьим глазом восточной магической традиции, открытие которого наделяет ищущего всевозможными таинственными силами, в том числе и способностью видеть человеческую ауру, и позволяет ему расширить сознание буквально до космических масштабов.

Здесь будет уместно вспомнить, что ответил Фулканелли на вопрос Бержье о том, какова истинная природа алхимии. Он сказал:

«Тайна алхимии в том, что существуют способы управлять материей и энергией и создавать то, что современная наука называет силовым полем. Это силовое поле воздействует на наблюдателя и ставит его в привилегированное положение относительно мироздания. Из этой привилегированной позиции он получает доступ к реальностям, пространство и время, материя и энергия которых в обычном состоянии закрыты от нас. Именно это мы и называем Великим Деланием».

Шишковидная железа производит вещество, известное как мелатонин. Её открыл Аарон Лернер из Йельского университета в 1959 году. Год спустя было установлено, что мелатонин получается из серотонина, весьма необычного вещества, которое содержится в самых разных частях организма — в крови, в гипоталамусе, а также в некоторых пищевых продуктах, например в финиках, бананах, сливах, и в одном виде фикуса, который встречается в тропических регионах и носит гордое название ficus religiosis.[225] Впервые серотонин получили из зерна ржи, заражённого паразитическим грибком спорыньёй. Из неё был впервые выделен галлюциногенный наркотик ЛСД, (диэтиламид лизергиновой кислоты), ныне получаемый синтетическим путём. ЛСД обладает способностью — доселе недостаточно изученной — вызывать необычайно интенсивные переживания, состояние повышенного сознания и единства со всем сущим, судя по всему блокируя при этом рациональную составляющую. Некоторые исследователи предполагают, что ЛСД каким-то образом изменяет степень концентрации серотонина в клетках мозга, а также и в шишковидной железе. В свете этого весьма любопытно, что священное дерево Бодхи, под которым Будда медитировал и достиг просветления, было именно фикусом религиозным. Питаясь его плодами, Будда обеспечил себе путь к просветлению.

Мы уже отмечали, что шестнадцатая кала, по данным Гранта и его посвящённого комментатора-тантриста, как-то связана с концепцией остановки времени, «бисексуализацией» мужчин и женщин и возвращением молодости.

Это слишком похоже на алхимию, чтобы быть просто случайным совпадением.

С одной стороны, у нас имеется сообщение Канселье о встрече с Фулканелли, преображённым в женщину — по крайней мере, лицом, — а с другой — сведения о некой загадочной субстанции, которая вводит человека как раз в искомое состояние, даря ему при этом просветление сознания и долгую жизнь. И несмотря на то, что методологически техники саморазвития, предусмотренные в системах тантры и суфизма, а также в доктрине Гурджиева, не аналогичны алхимическим, все они заканчиваются примерно одним и тем же. То есть мы приходим к тому, что достичь одних и тех же результатов можно разными путями.

В своих «Философских обителях» Фулканелли рассказывает читателям о весьма любопытной статуе — следует заметить, одной из четырёх, — украшающей гробницу короля Франциска II в Нантском соборе. Он называет её аллегорией Благоразумия. (См. ил. 18.)

Спереди она представляет собой фигуру молодой и красивой женщины, одетой в длинную мантию с капюшоном и глядящую на своё отражение в необычном выпуклом зеркале. Однако сзади, на затылке, у неё есть ещё одно лицо — старого, умудрённого годами мужчины с длинной бородой.

Фулканелли проводит параллель между этой фигурой и двуликим римским богом Янусом, сыном Аполлона и Креусы,[226] и сообщает, что видит в этом изваянии Природу во всех её проявлениях — как внутренних, так и внешних, — закутанную в плащ Философии.

Однако под внешним покровом Благоразумия, говорит он, скрывается таинственный образ древней алхимии, и «через атрибуты первого мы получаем посвящение в тайны второй».

Далее он пишет:

«Весьма рекомендуется сочетать „здорового и сильного старика с молодой и прекрасной девственницей“. От этого алхимического брака рождается металлическое дитя, именуемое андрогином, ибо он обладает одновременно природой своего отца, серы, и матери, ртути… когда мудрые говорят об андрогине, они подразумевают под этим искусственно составленное производное серы и ртути… Таким образом, это указывает на предыдущее состояние серы и ртути — изолированное, или экстрагированное, — а не на тело, произведённое природой от союза старого мужчины и юной девушки…

И поэтому элементарная логика побуждает нас отыскать источник серы и ртути, если уж мы хотим через их союз обрести философского андрогина, иначе называемого ребисом, compositum de composites,[227] живую ртуть и так далее, сиречь правильный материал для Эликсира. Из двух его первоначальных химических родителей, серы и ртути, один остаётся вечно неизменным — это его девственная мать; что же до старика-отца, то когда его роль оказывается выполненной, ему приходит время уступить место юному другому. И вот от этих двух союзов рождаются дети разного пола: сера сухой и огненной природы и ртуть „лимфатического и меланхолического“ темперамента. Именно это имели в виду Филалет и д'Эспанье, когда говорили, что „наша дева становится невестой дважды, не теряя при этом девственности“. Другие [алхимики], подразумевали то же самое, но в куда более тёмной и непонятной манере, уверяя нас, что „Солнце и Луна небесные не суть звёзды философов“. Здесь читатель должен понять следующее: родителей Камня никогда нельзя найти в природе в готовом виде, и формирование его зависит от союза герметических Солнца и Луны, а потому да не разочарует мастера первый плод их соития».[228]