Читать онлайн «Масонство и глобализм. Невидимая империя». Страница 46

Ницше, однако, разгневался на Вагнера за «христианские нотки» в «Парсифале». Подобно тому как масоны препарировали Библию, приспосабливая христианство под свои цели и ритуалы, так и немецкая ветвь масонства, одержимая идеями германского величия, не преминула дехристианизировать мифы масонства, заставить их работать на «арийскую» тему.

Копье Лонгина магически притягивало многих. Лет через двадцать после того как Вагнер и Ницше совершили паломничество в Вену, чтобы лично увидеть «копье судьбы», Хофбург посетил молодой австриец и испытал около копья состояние, близкое к трансу. Он стал рисовать его на картинках, которые продавал туристам, читал все, что попадалось о его истории, о «Парсифале», читал Ницше и Шопенгауэра, «Фауста» Гёте, «Воспитание человеческой расы» Лессинга, книги о восточных религиях. Все эти книги ютившийся в ночлежках художник получал в лавке некоего Прецше.

Прецше подпитывал молодого человека мистической литературой неспроста. Он занимался оккультизмом и был другом Гуидо фон Листа, основателя местной оккультной масонской ложи, которая своими порочными обрядами вызвала шок в Вене. Ложа объединяла мистиков-пангерманистов, практиковала сексуальные обряды. Обычный для обрядов масонов крест друзья фон Листа заменили свастикой.

Вернувшись в конце XIX века из Мексики, Прецше привез с собой наркотические вещества, вызывающие галлюцинации, наподобие тех, которые проповедовал среди хиппи в США в 70-е годы Тимоти Лиар, «поэт ЛСД. (ЦРУ использовало ЛСД для влияния на психику в ходе программы «майнд контрол» («контроля над разумом»). Тимоти Лиар был причастен к этим «опытам» на живых людях.)

Прецше внушал собеседнику, а им был не кто иной, как Адольф Гитлер, что, принимая наркотические средства и через особые ритуалы, можно развить в себе «трансцендентальное сознание», присоединиться к «универсальным потокам мысли в космосе».

Наиболее полные свидетельства о венском периоде Гитлера дал мистик и масон Вальтер Штайн, выходец из Вены, где он получил степень доктора философии. Штайн сблизился в австрийской столице с Гитлером на базе общего интереса к копью Лонгина, «Парсифалю», событиям и легендам IX века, которыми был навеян труд фон Эшенбаха. Оба узрели в «Парсифале» учение о посвящении в «избранные».

Гитлер попытался систематизировать символику ступеней посвящения, заложенную в «Парсифале». Так, на первую ступень он поместил ворона, являвшегося постоянным спутником Парсифаля (и Фридриха Барбароссы). Ворон олицетворял «перст судьбы». На вторую ступень претендовал павлин, потом шли лебедь, пеликан, лев. А на высшей, шестой, ступени, Гитлер водрузил орла, птицу, аналогичную имперскому орлу Германии. Орел означал «всемирную судьбу», мировое владычество.

Позже пути Штайна и Гитлера разошлись. По мнению доктора философии Штайна, написавшего ряд работ о «Парсифале» и об отраженных в нем событиях IX века, Гитлер стал «воплощением злых мировых начал», адептом люциферианства, современным Антихристом. Восприняв масонскую схему мифов, Гитлер перетолковал ее в арийском ключе. Так, Христос, по его утверждению, был в основном «арийцем», так же как и Гай Кассий Лонгин — носитель магического копья. (Нацистские идеологи придали понятию арийцев расистское толкование, исходя из того, что образцовыми арийцами должны быть голубоглазые блондины, в то время как в историческом плане Ариана, страна арийцев, была заселена разными племенами, поклонявшимися солнцу или огню. А название «арья» относилось к древним индусам либо иранцам которые, как известно, отнюдь не являлись голубоглазыми блондинами.)

Штайн бежал в Англию, где в годы Второй мировой войны являлся личным советником Уинстона Черчилля и агентом британской секретной службы. Он консультировал британского премьер-министра в той области, которую знал как никто другой, — мистических взглядов в нацистской верхушке. И неплохо угадывал, пользуясь астрологическим календарем, который они когда-то осваивали вместе с Гитлером, когда фюрер сменит того или иного командующего, родившегося под тем или иным созвездием.

Мы уже рассказывали, как те или иные мистики, вроде Блаватской, подпитывали пангерманские круги. Теперь очередь подробнее сказать «о черномагическом» направлении английского «братства». Возрождением средневековой практики черной и иной магии в викторианском обществе Англия, как отмечал Равенскрофт, обязана Роберту Вентуорту Литтлу. Ему пришла в голову мысль теснее соединить масонство с магией, и в 1865 году он создал «Розенкрейцеровское общество», от которого позже отпочковалось дьявологическое масонское направление «Золотой рассвет». Оно не ограничивалось рамками своей страны, делилось на пять «храмов», включая парижские и германские ложи. В его рядах находились, между прочим, нобелевский лауреат В. Б. Иейтс, близкий друг Бернарда Шоу Флоренс Фарр, президент английской Королевской академии Джеральд Келли, королевский астроном Пек, автор «Дракулы» Брэм Стоукер.[101]

Выходит, что наука иногда может смешиваться с мистикой!

Как не вспомнить, что зарождение «братства» в Англии связано с великим магистром, входившим в ложу «Адского пламени»?

В 1892 году Самуэль Лиддел Мазерс порадовал членов «Золотого рассвета» тем, что, пользуясь «техникой» Блаватской, вступил, как он утверждал, в контакт с «иерархией сверхлюдей», «секретными лидерами», которые невидимо меняют ход истории.

Невидимые властители мира будто бы находились в «Великой белой ложе высших адептов». С 1898 года к «адептам» подключился другой английский мистик — Элистер Кроули, выпускник Кембриджа. Основную практику он проходил в Берлине, в местной ложе «Ордо Темпли Ориентис», где практиковались садизм, сексуальные извращения, принесение в жертву животных. Кроули на «сеансах» взывал к Антихристу, Люциферу.

Кроули с энтузиазмом примкнул в Германии к пангерманским мистикам, а затем приветствовал нацистов, приход Гитлера к власти. У себя в Англии он симпатизировал фашисту Мосли. Перед смертью (он отравился наркотиками в 1947 году) Кроули любил говорить: «Перед тем как появился Гитлер, был я».

Другим англичанином, который немало содействовал силам пангерманизма, был человек, которого считали наследником Ницше, — Хьюстон Стюарт Чемберлен (1855–1926).

Сын английского адмирала, с 1882 года он обосновался в Дрездене. Воспитанный прусским гувернером, Чемберлен симпатизировал милитаристскому духу пруссаков. От Гёте и Фихте он перешел к чтению Ницше, работ Вагнера. А в 1899 году опубликовал свою главную работу — «Основы XIX века».

В ней он соединил ницшеанские идеи о возможности выведения высшей расы с положениями об арийской расе господ. Такого рода расу Чемберлен предлагал воспитывать, внушая ей мысль о ее мировом историческом предназначении. Поворотным для истории он считал объединение германского народа после победы над французами вокруг Вильгельма Прусского, Отто Бисмарка и генерал-фельдмаршала Хельмута Карла фон Мольтке. Прусский талант организации, экономические возможности Рура и «могущество германского духа» — таковы, по его мнению, были компоненты, позволяющие надеяться вырастить желанный плод — расу новых «сверхлюдей». «Германский ум должен был повести арийские народы к расовому превосходству и мировому господству», — синтезировал его идеи Равенскрофт.

Кайзер Вильгельм II прочитал его книгу с восторгом и принял при дворе со словами: «Бог послал вашу книгу германскому народу, а вас — мне». Чемберлен в свою очередь назвал Вильгельма III «моим императором и богом». В окружении Вильгельма II, его генералитете Чемберлен видел элиту великих героев «новой расы». Он стал духовным наставником обитателя потсдамского дворца. Чемберлен настолько был приближен к императору, что его стал ревновать сам Мольтке, имевший лавры победителя французов. Мольтке, мистик и масон, интересовался историей Грааля, консультируясь с известным специалистом по Гёте, оккультистом-антропософом Рудольфом Штайнером. Мольтке обвинял Чемберлена в том, что тот пишет свои излияния под влиянием «демонов», в состоянии транса, хотя и сам Мольтке нередко «сообщался с космосом», находясь в прострации.

Чемберлен постоянно посещал (с 1889 по 1909 год) Хофбург, часами рассматривал копье Лонгина и «ощущал дух Времени». Он внушал Вильгельму II необходимость овладеть копьем. Тот собирался убедить австрийского императора прислать копье якобы для демонстрации реликвии, чтобы присвоить ее. Но Франц-Иосиф I (с помощью Мольтке) заподозрил подвох и отказал Вильгельму II.

Чемберлен подогревал его мечты о мировом господстве. Он не изменил своих воззрений даже после разгрома Германии. А с первых шагов Гитлера он почувствовал в нем «новую расу». Будучи уже полупарализованным, Чемберлен увиделся с ним в 1923 году в Байройте, городке, где жил Вагнер. На следующий день Чемберлен писал будущему фюреру: «Одним касанием вы преобразили состояние моей души. То, что в час глубочайшей необходимости Германия способна порождать таких, как Гитлер, доказывает ее жизнеспособность».[102]