Читать онлайн «Шамбра». Страница 17

Поэтому будущему человеку уже заранее планировались сложные жизненные испытание, связанные с душевными терзаниями. Никакие лишения, нищету и физические недуги проходить не планировалось. Все переживания должны были происходить из-за взаимоотношений с другими людьми и в большей части с женщинами.

Частые перемены мест жительства и многие встречи, на первом этапе, должны быть связаны с прохождением через определенные энергии и отработку душевных качеств. На втором уже осознанном этапе, с передачей энергий и активацией мест.

Всего планировалось до 12 переездов. При этом с каждой сменой места жительства менялось полностью окружение, вид деятельности, трансформировались взгляды на жизнь и на мир в целом, что вело к постепенным переменам в уровне сознания. И все это, в основе своей, закладывалось еще в те далекие годы.

Оставим пока Влада в его заботах по поводу планирования жизни и рассмотрим другой не менее интересный вопрос.

Есть на нашей планете очень интересное место, куда ни один человек в своем физическом теле попасть не может. Хотя, это вполне конкретное физическое место, вот только расположено оно глубоко под землей, также оно является и многомерным пространством. Крайон назвал это место – Пещерой Творения.

Каждый Ангел, воплощавшийся на планете, хотя бы один раз, оставляет здесь свой след, свою энергию. Выглядит это, на физическом плане в виде кристалла у которого столько граней, сколько раз приходил этот Ангел на планету в образе человека. Пещера хранит все эти кристаллы. Они являются собственностью Гайи – Души Земли.

Каждая грань такого кристалла содержит записи конкретной человеческой жизни во всех подробностях и не только физических действий, но и все чувства, эмоции, переживания по любому вопросу и в любую ее секунду.

Здесь очень много разных кристаллов. Все они физические и многомерные одновременно. Есть совсем маленькие, состоящие лишь из нескольких граней, а есть огромные, с количеством граней превышающим тысячу. Встречаются и такие, которые содержат по 1500 – 1800 граней. Однако их немного на общем фоне. Эти кристаллы принадлежат первопроходцам.

Конечно, у каждого из нас появляется желание заглянуть в свой кристалл. Представьте себе, такая возможность существует и для этого даже не надо заходить в Пещеру Творения. Мы люди так устроены, что все свое носим с собой. В том числе и свое прошлое.

В каждой нашей ДНК есть многомерный слой, который называется Хрониками Акаши. Этот слой содержит информацию обо всех наших жизнях во всех мельчайших подробностях, потому что он связан с нашим личным кристаллом в Пещере Творения. Это же многомерность, в ней все возможно.

Вы можете войти в свои Хроники, просто представив это себе, каким-либо образом и попросить показать, одну из ваших жизней. Но при этом нужно конкретно указать, что вы хотите видеть, какого себя и в каком качестве.

Есть люди, которые могут это увидеть в картинках, есть такие, кто увидит это в своем воображении. Тут главное доверять себе и своему воображению. Но мы привыкли больше полагаться на силу других. Потому и обращаемся к различным гадалкам и экстрасенсам сделать это за нас. А они не всегда добросовестно это делают.

Но вернемся к нашему повествованию и у меня есть предложение. Давайте найдем здесь кристалл нашего героя. Он не самый большой, но количество его граней значительно превышает тысячу.

Заглянем в одну из граней этого кристалла и станем свидетелями какого-либо эпизода, одной из многих его жизни. Мы периодически, наугад будем так делать на страницах этой книги. При этом не будем выбирать жизни в хронологической последовательности, да нам и не удастся этого сделать. Поэтому, наши истории могут быть разделены между собой тысячелетиями.

Все эти жизни – грани одной Души, которые и сформировали нашего героя таким, какой он есть сейчас. Нет более значимых или менее значим жизней, все они позволили нам получить необходимый опыт, возможно негативный, с нашей сегодняшней точки зрения. Поэтому все мы проходим через самые разные этапы нашего развития.

Гладиатор Тиридат стоял, упёршись о небольшой портик левой рукой. Он стоял в его тени и не был виден с арены, потому мог спокойно наблюдать за ней. В правой руке он держал небольшой широкий меч. К поясу был пристегнут короткий кинжал в ножнах. На левом плече висел круглый щит небольших размеров.

Голени до колен были закрыты металлическими щитками, поверх ремешков кожаных сандалий. Запястья до локтей были перевязаны тугими кожаными ремнями. Грудь и спину защищала туника из лёгких медных пластин и кожи. Она же закрывала и плечи, но правое плечо было еще дополнительно защищено металлическим наплечником. На голове был легкий шлем с небольшими полями и грифоном на его гребне.

Вся эта защита не могла уберечь от прямого сильного удара мечом или копьём. Однако его легкое снаряжение позволяло быстро перемещаться по арене. А быстрота реакции и ловкость и были основным его оружием. Все атрибуты его снаряжения, только предохраняли от скользящих ударов и помогали достичь цели. Цель была одна, выжить в очередной схватке.

Жизнь Тира (так его сокращённо здесь называли) уже не представляла никакой ценности, даже для него самого. Конечно, он хотел выжить и старался побеждать в любой схватке. И пока ему удавалось сохранить свою жизнь. Но он понимал, что это не может продолжаться вечно. Когда-то придёт его конец.

Он не видел другого выхода из этой жизни, кроме как через гибель на арене. Все его попытки избежать участи гладиатора, не увенчались успехом. Из него гордого, опытного воина, умевшего повести за собой своих соплеменников, сделали хладнокровное орудие для убийства на потеху публике.

Он бывший воин государства Парфии, расположенного на востоке от Римской империи. Долгое время им удавалось сохранять мир с грозным соседом. Однако Парфия, когда-то сильное государство, стало терять свои позиции. Рим не замедлил этим воспользоваться и стал совершать набеги.

Тиридат был вынужден защищать свой народ, свой дом и семью. Он был когда-то романтичным юношей, стремился к знаниям, любил поэзию. Но вместе с тем был и отличным воином. С рождения, как и все другие мальчики его народа, изучал военное искусство. Но в результате неравного боя с многочисленными римскими легионами, тяжело раненым, без сознания, он попал в плен.

Видимо римляне оценили его отвагу и умение, с каким он сражался, уже оставшись одним из немногих воинов на поле боя. Его вылечили, а потом отправили в школу гладиаторов.

Из-за ранения он не видел окончание своего последнего боя. Но знает, что они проиграли, а это значит, что у него больше нет дома, и скорее всего, нет его красавицы Арзу или она принадлежит другому. Мимо такой красоты римляне не проходят.

Так что, Тир давно для себя решил, что жизнь его не имеет больше смысла. Потому в гладиаторских боях он сражался отчаянно и ловко, не опасаясь за свою жизнь. Ему удалось пережить уже многих товарищей, соперников.

Гладиаторы выходили друг против друга на поединки, ранили, калечили, случалось, убивали. Но отойдя после горячности боя, они не держали зла на соперника. Если воин соблюдал определённый кодекс чести, не делал подлости другим, сражался по правилам, то был уважаем и соперниками, и зрителями. Тир принадлежал именно к таким гладиаторам. Это была их судьба, их жизнь и многие с ней смирились.

Сейчас Тир стоял и смотрел на круглую арену, их гладиаторскую сцену. Он смотрел на зрителей – римлян разных сословий, разместившихся в зависимости от своего положения по амфитеатру. Зрители уже отупели от многочисленных кровавых сцен, разыгранных на их глазах. Шёл третий, заключительный день праздника, в честь которого, правитель Рима давал гладиаторские бои.

Тир смотрел на зрителей равнодушно, как и на все остальное, что его окружало. В нём уже не было эмоций и тем более чувств. Он машина для убийства, желающая выжить в каждом бою, желающая избежать по возможности ранений, так как чувство боли осталось.

Тиридату не нравилось чувствовать себя больным и неполноценным. Хотя это и позволяло сделать паузу в боях. Их здесь хорошо лечили и даже платили за удачно проведенные бои, но Тира не радовали эти деньги, и он с ними с легкостью расставался.

В это время арену готовили к очередной кровавой сцене. Следующий выход был его. Тира здесь знали и потому приберегли на последний день гладиаторских боев. Он не завершал сегодняшние представления. Но его бой был одним из последних. Праздник заканчивался и зал был полон.

Тир смотрел опустошенным взглядом на эти ряды, заполненные разодетыми римлянами. Многие из них уже доведенные до крайнего нервного возбуждения вином и кровавыми сценами, что-то обсуждали между собой и спорили. Огромный стадион гудел в предвкушении очередного зрелища.