Читать онлайн «Медитации на Таро. Путешествие к истокам христианского герметизма». Страница 182

Более того, это ожидание не ограничивается одним лишь Востоком. Значительный вклад в его развитие внесли теософы, положив начало международному движению с целью подготовки умов к пришествию - якобы близкому - нового учителя. Для этого они основали Орден Звезды Востока, насчитывавший около 250 000 человек, проводивший по всему миру съезды, конференции и митинги, а также издававший сотни книг и брошюр. Распространяя идею скорого пришествия нового учителя человечества, Орден Звезды Востока, увы, слишком замкнулся на одном конкретном человеке{138} - избранном не небом, а лидерами Теософского общества, которого из соображений престижа начали заранее превозносить. Он же в конечном счете был до крайности этим раздосадован и покинул Орден, который вскоре прекратил свое существование.

С большей осторожностью и не заостряя внимания ни одном конкретном кандидате, доктор Рудольф Штайнер, основатель Антропософского общества, тоже предсказывал явление - опять же в первой половине двадцатого века - не нового Майтрейи Будды или Аватара Калки, а Бодхисаттвы, т. е. индивидуальности в процессе становления очередным буддой, чьим полем деятельности, как он надеялся, послужит Антропософское общество. Новое разочарование! На этот раз его причиной была ошибка не в выборе ожидаемой индивидуальности и даже не в предсказанном времени начала его деятельности, а в переоценке Антропософского общества самим его основателем. Так это и закончилось ничем.

Однако, в любом случае, идея и ожидание прихода нового Будды и нового Аватара по-прежнему жива ныне как в восточном, так и в западном мире. Вокруг этой идеи немало путаницы, и в первую очередь среди теософов, но есть и такие, для кого в самой идее нет ничего неясного. Рудольф Штайнер, например, знал с несомненностью: из всего написанного и произнесенного перед публикой в Антропософском центре наиболее близок к истине был сам Рудольф Штайнер. Во всяком случае, в его собственном понимании он был на правильном пути.

Итак, следуя тем же путем - ведущим к высшей точке слияния духовности и интеллектуальности, - мы приходим к следующему выводу:

Вопрос слияния откровения и знания, духовности и интеллектуальности во всех своих аспектах сводится к слиянию принципов аватара и будды. Иными словами, ожидаемый индусами Аватар Калки и ожидаемый буддистами Майтрейя Будда проявятся в одной и той же личности. В историческом плане Майтрейя и Калки будут одним человеком.

Это означает, что ожидаемый Аватар "с телом гиганта и головой лошади" (Калки) и ожидаемый Будда, который станет "подателем блага" (Майтрейя), будут одной и той же личностью. И этот человек обозначит собой полное единение самого возвышенного человеческого начала (принцип будд) и высочайшего откровения (принцип Аватаров), так что мир духовный и мир человеческий будут говорить и действовать в нем одновременно и в полном согласии. Иначе говоря, грядущий Будда-Аватар будет не только говорить о благе, но и говорить благое; он будет не просто учить пути спасения, но и сам будет ему следовать; он будет не только свидетельствовать о Боге и духовном мире, но и людей сделает подлинными свидетелями этого мира; он будет не просто пояснять глубинный смысл откровения, но и самих людей приведет к просветляющему восприятию откровения, так что он будет не тем, кто завоюет власть, но Тем, Кто есть "Свет истинный, Который просвещает всякого человека, приходящего в мир" (Ин. 1:9) - Иисус Христос, Слово, ставшее плотью, которое есть путь, и истина, и жизнь. Миссия грядущего Будды-Аватара будет, следовательно, состоять не в основании новой религии, а в том, чтобы привести людей к непосредственному восприятию самого источника всех откровений, когда-либо полученных человечеством свыше. Он будет стремиться не к новизне, а к осознанной достоверности вечной истины.

Майтрейя-Калки, Будда-Аватар, будет олицетворением слияния молитвы и медитации, двух этих видов духовной деятельности, которые являются движущими силами духовной религии и духовного гуманизма. Кажущаяся несовместимость состояния сознания, представленного изваяниями Гаутамы Будды, погруженного в медитацию в "позе лотоса", и состояния сознания, при котором на теле Св. Франциска Ассизского во время молитвы появляются стигматы, - эта кажущаяся несовместимость, говорю я, будет преодолена грядущим Буддой-Аватаром. Огонь молитвы соединится с прозрачной водой спокойной медитации; в нем осуществится алхимическое соединение солнца и луны, огня и воды.

Соединение принципов молитвы и медитации, воплощением которого станет грядущий Будда-Аватар, в сущности увенчает собою многовековые упорные усилия, направленные на достижение этой цели, - оно станет результатом долгих приготовлений в течение всей духовной истории человечества. Ибо не только молитва проникла в строго медитативную индо-тибетскую школу буддизма Махаяны - в форме ламаизма - и в индуизм в форме Бхакти-Йоги, но и медитация проложила себе путь на Запад в качестве дополнения к молитве и помощи в духовных усилиях и трудах великих религиозных орденов. Св. Бонавентура, например, ввел ее в ордене францисканцев, Св. Тереза и Сан Хуан де ла Крус познакомили с ней орден кармелитов, а Св. Игнатий Лойола, основатель ордена иезуитов, был искусен не только в молитве, но и в медитации. Можно сказать, что Лойола в значительной мере предвосхитил слияние духовности и интеллектуальности, молитвы и медитации, что является миссией грядущего Будды-Аватара. Спокойное тепло совершенной уверенности как следствие взаимодействия человеческих усилий и откровения свыше, - уверенности, которой обладал Св. Игнатий и которого достигли в духовных упражнениях, где нераздельны медитация и молитва, ею ученики, - служит впечатляющим прообразом грядущего Будды-Аватара.

Я прекрасно понимаю, что Св. Игнатий не вызывает безоговорочного восхищения ни у протестантов, ни у самих католиков, ибо среди тех и других лишь очень немногие питают к нему симпатию. В лучшем случае он удостоился холодного признания более проницательных интеллектуалов обеих конфессий. Что же касается популярности или непопулярности, т. е. все основания сказать, что главной характеристикой трудов грядущего Будды-Аватара будет не всеобщая популярность или одобрение, а слияние духовности и интеллектуальности, независимо от чьих-либо оценок и симпатий. У него, безусловно, будет больше противников, чем сторонников, ибо как последователи чистой веры, так и приверженцы чистого знания не замедлят возразить, что происходит опасное стирание границы между верой и наукой. Взгляните, сколь бурная полемика окружает в наши дни деятельность Пьера Тейяра де Шардена!

Что до Св. Игнатия Лойолы, то нас, занимающихся медитацией на Аркане Таро - "Шут", - интересуют не только его героические усилия, направленные на объединение духовности и интеллектуальности, но в первую очередь то, что Св. Игнатий, начинавший как "юродивый во Христе", сумел затем достичь мудрости совершенного равновесия между миром мистических откровений и миром человеческих дел и свершений. Он хорошо усвоил урок Двадцать Первого Аркана Таро и жил, как велит его учение.

В самом деле, разве не было "юродством во Христе" (поступком в духе Шута нашего Аркана), когда он, прежде чем сесть на корабль, отплывающий в Италию, "оставил на берегу (поблизости от барселонского порта) пять или шесть серебряных монет, полученных в качестве милостыни в Барселоне, и возложил всю надежду и упование на одного лишь Бога" (cf. 92: vol. II, 1904)? И сравните Св. Игнатия времен его паломничества в Святую Землю с тем Св. Игнатием, который в Риме возглавил Орден и взял на себя руководство разносторонней деятельностью вначале шестидесяти, затем четырехсот и, наконец, трех тысяч его духовных сыновей! Предпринятый им шаг - пусть в направлении, обратном шагу Киприана-волхва, - есть все то же осуществление на практике Аркана Таро "Шут". Ибо это Аркан, так сказать, "здравого опыта" человека, оказавшегося посредником между двумя мирами - Божественным и человеческим. Это Аркан преодоления порога между этими мирами в обоих направлениях - снизу вверх (как в случае с Киприаном) и обратно (что, по сути, и совершил Св. Игнатий). Таким образом, это Аркан, постижением которого смятение разума - потенциально шизофренической раздвоенности сознания - преображается в мудрость.

Мы говорили здесь о грядущем Будде-Аватаре, так как ему предстоит стать проводником в преобразовании потенциального шизофренического безумия в премудрость гармонической согласованности обоих миров и их восприятия. Он будет примером и живым образцом практической реализации рассматриваемого нами Аркана. По этой причине в каноническом искусстве буддизма его изображают как Будду, но не в позе медитации - "позе лотоса", - а сидящим по-европейски - что символизирует синтез принципов молитвы и медитации. По этой же причине в индийской мифологии он представлен как Аватар с телом гиганта и головой лошади, т. е. как существо с гигантской человеческой волей, интеллект которого всецело подчинен откровению свыше - ибо лошадь покорна воле наездника. Так в нем поразительно сочетаются три рода деятельности человеческой воли: искать, стучаться и вопрошать - в полном соответствии с изречением Учителя всех учителей: "Просите, и дано будет вам; ищите и найдете; стучите, и отворят вам" (Мф. 7: 7). В то же время он не станет выдвигать ни личных мнений, ни убедительных гипотез; ибо его интеллектуальность - его "лошадиная голова" - будет подчинена исключительно откровению свыше. Его разум, подобно объезженной лошади, будет управляться волей наездника. Ни о каком своеволии не будет и речи.