Читать онлайн «Сон разума или иная реальность». Страница 93

Ксенология только начинает выделяться в самостоятельно оформленную науку, хотя совершенно очевидно, что все духовные и научные искания и самопознание человечества на протяжении всей его истории, в том числе и постантропоцентристской, основывались именно на ксенологических дихотомиях: известное-неизвестное, наше-чужое, человеческое-нечеловеческое, здешнее-Иное и т. д. Более того, рациональная история человечества является продуктом этих дихотомий. Другими словами, во все времена своего существования человечество и люди сущностно самоопределялись при помощи отождествления себя с «человеческим» и разотождествления (переходившим, зачастую, со временем в отождествление, как продолжение себя в неизвестное) с чужим, «нечеловеческим». Однако, в отличие от всех остальных наук, достаточным основанием для существования которых является неочевидное в силу своей вопиющей очевидности – единство мира, краеугольным камнем для существования ксенологии, помимо этого, является истинная мера отличия человека и человеческого от всего остального мира и остальных путей, – отличие, которое при глубоком и трезвом анализе не так очевидно, как представляется и трудноотделимо, потому что именно это отличие всегда есть само-определение, о чём мы уже говорили по поводу «Я-концепции».

Может быть, для того, чтобы распознать, кто же населяет наши сновидения и влияет на нашу жизнь, стоит вернуться к Владыке сновидческих Дорог – богу сна Морфею, имя которого и трактуется как «придающий форму»? Среди родных братьев Морфея особенно известны Фобетор (Ицелас) и Фантаз. Фобетор является в образе зверей и птиц, а Фантаз подражает явлением природы и неодушевленным предметам. Помимо этого, у Морфея было огромное множество безымянных братьев и сестер, онейров – духов снов. Онейры выглядят, как черные крылатые дети и вмешиваются в большинство сновидений, которые посылаются смертным.

Овидий в «Метаморфозах» говорил о Морфее так: «Повелитель Сна был отцом тысячи сыновей, целого племени, но из всех их он выделял Морфея, который умел принимать облик любого человеческого существа по своему желанию. Никакой Сон не мог состязаться с ним в артистизме подделываться под облик людей: его голос, его походка, его лицо были в точности подобны оригиналу; кроме того, он точно повторял их одежды и часто выходил в мир…». Онейры же принимают облики и личины других персонажей, декораций и реквизита сновидческих миров. Наверное, онейры – это эгрегоры сновидческих сущностей после проникновения тех из тонких миров в более грубые пласты действительности».

Описываются в литературе и некие сущности, называемые «памятниками», которые вошли в максимально доступные для многих сновидящих тонкие планы, откуда воспринимались по-разному, но со многими совпадениями по сути: немыслимая древность их знания, несомненно антропоморфная (гуманоидная) духовность, неимоверная плотность золотисто-янтарных энергий.

Гебблины, выглядящие как монахи в темно-серых или черных рясах, под капюшонами которых вместо лица скрывается либо нечто волчьеобразное, либо пустота. Они хищны, безжалостны и стремительно неотвратимы; появляются, как правило, слева, когда в мире спит все. Рассматривать их как самостоятельный класс сущностей, по всей видимости, не совсем правомерно. О них скорее можно творить как о присущей нашей планете форме падения некоторых сущностей, в т. ч. человеческих, а также как о некоторых проблемах нашего подсознания.

Гебблины по сути своей – агрессивные вампиры или полностью отчужденная и непонятная нами наша собственная разрушительность, которые великолепно излечивают нас от несвоевременного пацифизма и филантропии. Иногда они принимают облик наших умерших родственников и близких. Тогда их можно распознать по особому строению губ и рта: как прорезь в бледновато-землистой коже. Но и те и другие, и Памятники и гебблины, да и все остальные, может быть, а скорее всего оно так и есть – это Духи четырёх стихий, или Стихийные духи средневековья, они же Ейдосы Платона, они же Элементали.

Зачастую возникает путаница в попытках разделить элементали и стихийных духов. Элементали и природные духи выполняют различные функции на разных уровнях.

Элементали являются строительными кирпичиками природы. Практически они являются чистой энергией и сознанием. Когда мы входим с ними в контакт, они очень глубоко на нас воздействуют. Овладевая умением общения с элементалями, мы тем самым обретаем возможность приобщаться ко всем энергиям и явлениям природы, не таков ли источник поэтического и вообще творческого вдохновения! Элементали – это уплотненные мыслеформы, наделенные небольшим сознанием.

Стихийные духи. Воплощение стихий. Вода: Ундины, Огонь: Саламандры, Земля: Гномы, Воздух: Сильфы. Воплощением стихий являются также все лесовики, полевики, водяные, феи, наяды, пэри, но не домовые. Мелкие божества рощ, камней, воздуха, вод. Филипп Ауреол Теофраст Бомбаст фон Гогенгейм, известный под именем Парацельса, родился в 1493 году, и двадцатилетним юношей отправился в путешествие, которое продолжалось двенадцать лет. Знание о природных духах он, вероятно, получил от индийских браминов. Учителем Парацельса был таинственный алхимик Соломон Трисмозин, который, по слухам, благодаря своим знаниям жил 150 лет. Славу Парацельсу принесли замечательные успехи не только в лечении обычных болезней, но и таких, как проказа, холера, рак.

Парацельс, описывая стихийных духов, говорит, что разница между телами людей и телами природных духов такая же, как между камнем и воздухом. По его словам, у стихийных духов есть плоть, кровь и кости, они живут и производят потомство, они едят и говорят, спят и бодрствуют и, следовательно, не могут быть названы просто духами. Они занимают промежуточное место между людьми и ангелами, напоминая земных мужчин и женщин по организации и форме, а ангелов быстротой движения. Парацельс использует цвет для объяснения этой идеи. Сочетание красного и синего дает пурпурный цвет – новый цвет, не напоминающий ни красный, ни синий и все же составленный из них. Таков и случай с природными духами: они не напоминают ни ангелов, ни материальных существ, а занимают промежуточное место.

Некоторые исследователи считали, что музы греков были сильфами, потому что эти духи собираются вокруг ума мечтателя, артиста, поэта и вдохновляют его тайным знанием красоты и работы Природы. Сильфам отдан восточный край света. Они проявляют качества зодиакального знака Водолей. Характер у них радостный, изменчивый, эксцентричный. Редкие качества, отмечающие гениальных людей, происходят от сотрудничества с сильфами, но при этом добавляется и непоследовательность сильфов. Сильфы работают с газами в человеческом теле и косвенно с нервной системой, где и проявляется их непостоянство. Они не имеют постоянного дома и бродят с места на место. Стихийные духи – кочевники, невидимые, но вездесущие.

Но существует и мнение, что все природные духи по своей сути являются элементалами. То есть состоящими из энергии одного из первоэлементов, на этом и строится их классификация, и со временем некоторые из них, возможно, станут животными и людьми на Земле, но на данной стадии развития они имеют неприятный и отталкивающий вид. Это самая примитивная форма духовной жизни. В астральном мире элементали соответствуют земным обезьянам. Они любят пугать путешественников, кричат, смеются, корчат ужасные рожи, угрожающе размахивают волосатыми лапами. Но самое главное – они не могут причинить людям никакого вреда. Если путешественник испугается, то элементали обрадуются, так как они питаются энергией, выделенной человеком при испуге.

Гейли в своей книге «Классические мифы» говорит: «Приятной особенностью старого язычества была любовь к прослеживанию каждого действия природы к действию божества. Воображение греков населило земли и воды божествами, действию которых приписывалось действие естественных законов. Таким образом, от имени растений, с которыми они работали, природные духи принимали пищу или отказывались от пищи, откладывали красящие материалы, сохраняли и защищали семена и выполняли множество других обязанностей. Каждый вид растений обслуживался соответствующим типом природных духов. Работавшие, например, с ядовитыми кустарниками имели безобразный вид. Говорят, что природный дух ядовитого болиголова сильно похож на маленький человеческий скелет, покрытый полупрозрачной кожей. Дух живет в этом растении, и, если от куста отрезать ветку, он окажется с веткой и умрет вместе с веткой, но, пока куст имеет хоть какие-то признаки жизни, в нем можно обнаружить присутствие стихийного духа-хранителя. Огромные деревья также имеют своих природных духов, но гораздо больших, нежели элементы небольших растений».