Читать онлайн «Невероятное». Страница 80

Как эмоции могут подавлять логическое мышление, так» мышление может делать то же самое. Но если эмоции способны порождать анормальность сознания, вызывать экстазы, озарения, галлюцинации, видения, то рассудок обязан видеть только рациональное, каким бы подчас невероятным оно ни казалось внешне. Это основное правило для всех, кто ищет ответа на труднейшие вопросы, касающиеся той загадочной области мироздания, откуда идут таинственные сигналы, говорящие о том, что это совсем рядом.

Медиумизм и спиритизм, если не подходить к ним предвзято, отвергая с порога все и вся, дают пищу для размышлений. Это пришлось признать и К. Ламонту в «Иллюзии бессмертия»: «Несомненно, некоторые из вещей, делаемых медиумами, в настоящее время не могут быть целиком объяснены с точки зрения известных научных законов».

Многие известные ученые относились к спиритизму очень серьезно, порой претерпевая очень сложные трансформации — от полного отрицания до такого же полного признания. С этой точки зрения интересны этапы, которые пришлось пройти итальянскому психиатру и криминалисту Чезаре Ломброзо (1835–1909). Не захотев изучать «спиритическую блажь», он писал в 1886 г.: «Дайте мне тысячу новых способов понимания материи, но ради милосердия не заставляйте говорить о духах в зеркалах и креслах» (здесь и далее цитаты взяты из книги М. Седлова «Цезарь Ломброзо и спиритизм»). Но в 1891 г. то, чему он оказался свидетелем, привело к написанию следующих строк: «Мне стыдно и больно, что я мог так упорно отрицать возможность так называемых спиритических фактов, я говорю фактов, потому что я до сих пор не согласен со спиритической теорией».

В 1904 г. в статье «Новые горизонты психиатрии» Ломброзо пишет:

«Здесь легко поскользнуться, если идти нетвердым шагом и попасть в тот оккультный… мир, который вызывает жестокие споры между теми, которые наблюдают и принимают наблюдаемое, и академиками, которые закрывают глаза, чтобы не видеть; в мир, который неудачно назван спиритическим… После того как я отвергал их, прежде чем наблюдать, я теперь должен их принять волей-неволей, ибо у меня перед глазами доказательства слишком явные и осязательные; и я не думаю, что невозможность объяснить факты должна принудить меня их отрицать…»

В другой статье Ч. Ломброзо писал:

«Я не признаю существования духов, но утверждаю, что существует некая эманация чрезвычайно тонкой материальной субстанции, производящая психические феномены».

В 1907 г. Ломброзо пришел к выводу, что «должна быть субстанция, которая ускользает от нашего осязания, потому что она более текуча, более тонка, чем обыкновенный газ, кислород, например, или азот, существование которых мы когда-то отрицали и, быть может, отрицали бы еще и теперь, если бы химия не пришла нам на помощь со специальными реакциями».

В предисловии, написанном к последней книге за несколько дней до смерти, Ломброзо отмечал: «… будучи сведена даже к некоей флюидической материи, видимой и осязаемой лишь в известных специальных условиях, душа все же продолжает принадлежать миру материи».

Не об этом ли говорит моя диагностика?

Ломброзо полагал, что кроме грубого физического организма человек обладает организмом из тонкой материи — двойником, освобождающимся в разных случаях, причем окончательно — при разрушении грубого организма, то есть при смерти.

Обладает двойником! Тем фантомом, по которому я провожу диагностирование…

На вопрос: как долго существует невидимый организм человека, разрушается ли он или живет вечно, Ломброзо отвечает следующим образом: «Все приводит к гипотезе, что душа происходит из лучистой материи, вероятно бессмертной, несомненно выдерживающей не одну сотню лет…»

Главное, как я это уже не раз повторял, — не потерять трезво мыслящую голову при всех ситуациях, и особенно в случаях, связанных с «несусветной реальностью».

Нужны серьезные эксперименты

Нужны эксперименты, серьезные эксперименты. Без них мы не сдвинемся с мертвой точки. К сожалению, все пущено на самотек, в то время как в Соединенных Штатах ведутся подлинно научные исследования в области парапсихологии.

Отсутствие должного внимания к проблеме и приводит к появлению всякого рода проходимцев, дискредитирующих «несусветную реальность». На почве безразличия к проблеме расцветают «экстрасенсы», попадающие в конце концов на страницы газет по причинам, оговоренным в Уголовном кодексе.

Справедливости ради надо отметить, что и сами экстрасенсы несут большую долю ответственности за дискредитацию проблемы, отстаиваемой вроде бы ими же. С этой точки зрения мне представляется интересным и поучительным очерк В. Аграновского «Визит к экстрасенсу», опубликованный в Литературной газете (21 мая 1986 г.) и помещенный в книге «Пути в незнаемое». Стыдно читать о примерах низкопробного шаманства, с которым столкнулся заболевший бронхиальной астмой писатель. Увы, все так и есть: зачастую какой-либо экстрасенс, способный помочь при том или ином заболевании, начинает думать, что он может лечить от всех болезней. Прибавьте к этому солидную рекламу, в механизме создания которой В. Аграновский разобрался очень хорошо, и появляется еще один экстрасенс — дискредитатор экстрасенсорных возможностей человека.

Но есть и другая сторона вопроса: предложение порождает спрос. А спрос велик, ибо есть очень много больных, которым традиционная медицина помочь не в силах. И эти больные, естественно, пускаются в поиски спасительной соломинки. Можно ли осуждать их за это? Конечно, нет. Но экстрасенсорная методика — не панацея от всех болезней.

Целительство с применением экстрасенсорных методов понимается мною не как конкурент, противник медицины, а как ее помощник. Каждый целитель должен браться только за то, что ему по силам, в противном случае дискредитации проблемы не избежать. О целителях-«многостаночниках» я уже писал выше.

Нужны серьезные эксперименты по такой, например, программе:

1. Широкая, разносторонняя проверка всех имеющихся у меня необычных возможностей с целью проверки утверждения о том, что физическая и психическая деятельность человека не ограничивается периферией его тела.

2. Проверка (с соответствующим протоколированием) возможностей дистанционного воздействия на человека, животных, различные живые организмы.

3. Проверка возможности диагностики неодушевленных предметов на их целостность и состояние в момент проведения эксперимента.

4. Эксперименты с различными реакциями веществ, смесей, растворов, сплавов и т. п. (ускорение и замедление происходящих процессов).

5. Всевозможные усложнения экспериментов по биодиагностике различных видов живого (рыбы, животные, микроорганизмы, растения) очно, дистанционно и заочно, а также по сохранившимся изображениям, отпечаткам, звукам (например, по лаю собаки).

6. Определение максимальных расстояний возможных результативных воздействий на живые организмы (человек, животные, растения, рыбы) при очном или ином <по изображению, голосу) знакомстве с объектом эксперимента.

7. Опробование различных материальных и энергетических экранов, могущих служить препятствием для дистанционного и визуального воздействия на объекты эксперимента.

8. Эксперименты с ясновидением, опережающим события.

9. Эксперименты по дальновидению (видению чужими глазами).

10. Эксперименты с космическими объектами: определение по одному участку лунной поверхности рельефа соприкасающегося района.

11. Попытка регистрации присутствия так называемых фантомов (живых и мертвых) при диагностике по изображениям.

12. Попытка регистрации энергополей вокруг экспериментаторов и объектов эксперимента при осуществлении биоэнергетических воздействий.

13. Проверка влияния атмосферных явлений, времени суток на результативность экспериментов.

14. Эксперименты по получению информации о людях по ранее принадлежавшим им предметам.

15. Проверка возможности диагностики по записанным на пленку намеренно измененным голосам.

16. Отбор людей, обладающих экстрасенсорными способностями, привлечение их к проведению экспериментов.

Само собой разумеется, что в предлагаемую программу можно шести любые изменения, если только они будут иметь смысл.

Я готов к проведению серьезных экспериментов, хотя складывающаяся вокруг проблемы ситуация не вселяет никаких надежд. Но я продолжаю надеяться, ибо известно, надежда умирает последней.

По независящим от меня причинам и вопреки желанию черновой набросок «Несусветной реальности» разошелся «по городам и весям» среди людей, живо интересующихся проблемами парапсихологии.