Читать онлайн «Мистерии и магия Севера». Страница 58

Хель/Хольда

Две эти богини имеют между собой много общего. На вопрос о том, развивались ли эти образы параллельно или же один произошёл от другого, ответить сложно. Обе они связаны с миром мёртвых. Хольда в своей ипостаси Frau Gode — предводительница Дикой охоты, как и Водан. Долгое время мне казалось, что два эти божества тесно связаны. Быть может, когда-то они составляли близнечную пару, подобно Зиу и Зисе. Хель — это, по-моему, скандинавский аналог Хольды. Однако не исключено, что Хольда — это самая древняя в германской традиции богиня смерти. Мне всегда представлялось, что образ Хель сложился довольно поздно, под влиянием христианских представлений об ужасах, ожидающих грешников в загробной жизни. Только однажды — в ожидании Бальдра — Хель предстаёт перед нами в чертоге, пол которого устлан цветами, а столы ломятся от яств и напитков. Специфическая черта Хольды, отличающая её от Хель, заключается в том, что Хольда особо заботится о детях, умерших во младенчестве; позднее, в христианские времена, стали считать, что в её царство попадают младенцы, умершие некрещёными. Я полагаю, что изначально она считалась, в первую очередь, богиней умерших детей. Скандинавская же Хель — просто богиня смерти. В её мир отправляются после смерти все, кто не был всецело предан кому-либо из прочих богов или богинь и, соответственно, не может попасть в их чертоги. Согласно описаниям, Хель наполовину красавица, а наполовину — уродливый разлагающийся труп. Но на основе современных исследований мы можем прийти к новому представлению об этой богине, распознав заключённые в ней доброту и мудрость. И Хольда, и Хель попали под влияние архетипа безобразной ведьмы, сложившегося в средние века. Хольда также иногда предстаёт юной красавицей, но гораздо чаще она изображается как добрая в душе, но суровая или уродливая старуха с больной ногой (она слишком долго вертела колесо прялки — отсюда и увечье). Впрочем, так повествуют о ней голландские сказки, а фольклоре других народов она может принимать иной облик.

В настоящее время культ этой богини стал возрождаться на юге Англии, прежде всего в Гринвиче. Руна Хольды — Хагалаз. Она — покровительница прорицательниц-haegtessen и вёльв, как и Фрейя. В справочнике по скандинавской мифологии утверждается, что Водан/Один получил своих воронов в дар от Хольды

Далее я кратко опишу нескольких менее известных богинь северной мифологии, представляющих, с моей точки зрения, особый интерес.

Нехелления — голландская богиня, покровительница растений, собак и моря. Не исключено, что это милостивая ипостась Хель, так как её изображают с корзиной яблок, традиционно символизирующих жизнь, как мы помним из описания Идунн. С другой стороны, собаки ассоциируются со смертью: в шаманской традиции они нередко служат проводниками в нижний мир. В таком случае можно предположить, что Нехелления — это местная версия Нертус, та самая богиня, которую Тацит в рамках своей «interpretatio Romana» именует Исидой. Центром культа Нехеллении был остров Валхерен, входящий ныне в состав нидерландской провинции Зеландия. Моряки взывали к ней о помощи, прежде чем отправиться в опасный путь к берегам Англии через Северное море. Кроме собаки и корзины, её атрибутом является корабль. Британские исследователи отождествляют её с древней английской богиней Элен. Стихия Нехеллении — вода; руны, помогающие воззвать к ней, — Хагалаз и Лагуз. В защитное заклинание, призванное облегчить морское путешествие, можно также включить руну Райдо.

Скади — локальная скандинавская богиня. В мифах она предстаёт как временная жена Ньёрда. Она получила его в мужья как часть виры, которую асам пришлось заплатить за убийство её отца, великана Тьяцци. Будучи родом из великанов, Скади может принадлежать к числу древнейших местных божеств, которым в Скандинавии поклонялись до появления культа асов. Скандинавия — «земля Скади» — названа в её честь. Скади — богиня зимы. Она бегает на коньках, а потому ассоциируется с Уллем, который стал её мужем после того, как Скади рассталась с Ньёрдом. По другим вариантам, Скади стала возлюбленной самого Одина, и от этой связи пошёл род Скьёльдунгов — королевская династия Дании. Имя «Скади» означает «тень», и эта богиня также связана со смертью. После того, как был схвачен и скован Локи, именно она повесила змею над его головой, мстя за ту роковую роль, которую Локи сыграл в судьбе её отца. Чертоги Скади носят название Трюмхейм. Связанные с ней руны — Эйваз, Хагалаз и Иса. Её стихия — снег.

Сив, вторая жена Тора, — златовласая богиня зерна. Согласно некоторым текстам, она обладала даром пророчества, хотя в эддах об этом ничего не сказано. В ранних германских источниках Сив предстаёт девой-лебедем. Некогда она была замужем за Орвандилем, а потому также может принадлежать к старшему поколению богов. Сив ассоциируется с летним плодородием земли и спелыми колосьями, поэтому миф о том, как Локи остриг её наголо, может трактоваться как метафорический рассказ об огне, уничтожающем урожай. Имя «Сив» родственно немецкому sippe — «родня». Из этого можно заключить, что Сив, как и Фригг, связана с миром и дружбой, царящими в счастливом семействе, а также с супружеской верностью. Руны Сив — Беркана и Ингуз.

Сага — одно из имён Фригг. В этой своей ипостаси Фригг покровительствует памяти и воспоминаниям. Сага живёт у потока времён и событий. Фригг обитает в Фенсалире (букв. «болотный край»), а Сага — в Сокквабеке («низкие скамьи»). Каждый день Один пьёт с нею из золотых кубков, и Сага поёт о прошлом и давно минувших временах. Так как Фригг обладает даром предвидения, а Саге ведомо всё, что осталось в прошлом, можно сказать, что Сага олицетворяет собою воспоминания Фригг. Ей соответствуют руны Перто и Лагуз.

Эйр — одна из служанок Фригг, покровительствующая врачеванию. С ней связаны руны Беркана, Совуло и Лагуз. Уруз — также целебная руна, но слишком мужская, поэтому использовать её для воззвания к Эйр я не советую. Вор и Вар также прислуживают Фригг; их призывают в свидетельницы клятв и просят наказать клятвопреступника. Особенно интересна Вар: её имя родственно немецкому слову wahr — «правда». Тот же корень сохранился в ряде английских слов, таких как aware («осознающий, осведомлённый») или beware («беречься, остерегаться»), связанных по смыслу с восприятием, осознанием или выявлением истины. Таким образом, Вар как хранительница клятв — это олицетворение идеализированных понятий об истине и честности. Вар предостерегает от поспешных, необдуманных клятв, в том числе брачных обетов: как служанка Фригг, она карает тех, кто нарушает верность супругам и возлюбленным. Фулла — неизменная спутница и наперсница Фригг. Она повсюду носит за нею корзину с сокровищами.

Долгое время роль женского начала в северной религии принижалась в ущерб всем приверженцам этой традиции, как мужчинам, так и женщинам. Так как большая часть доступных нам письменных источников относится к эпохе викингов, в эддах и сагах мы находим очень мало сведений о богинях и, тем более, о женских мистериях. Более того, христианские писцы в угоду своим религиозным предрассудкам нередко представляли женские стороны северной традиции в искажённом свете.

Пуританская неприязнь к символике плодородия не позволяла им описывать женские мистерии во всех подробностях. И в результате образовался порочный круг. Возрождающаяся в наши дни северная религия до сих пор страдает от неподобающего крена в сторону мужского начала, доминировавшего в эпоху викингов, а потому так и не сбросила оков, наложенных на неё христианскими монахами и священниками. Из-за этого принять участие в восстановлении северных традиций отваживаются сейчас лишь немногие женщины, и всё возвращается на круги своя.

Однако в действительности северная традиция должна не подавлять, а, напротив, возвеличивать роль женской духовности. Возрождение исконных северных мистерий невозможно без восстановления гармоничного равновесия между мужским и женским началом. Без подобающего почтения к Богине, без понимания истинной роли норн, валькирий и дис, реставрация северной религии неизбежно останется однобокой и несовременной; без женских мистерий, представленных как равноценное дополнение к мужскому воинскому культу, современные народы северных стран останутся, с мистической точки зрения, обделёнными и ослабленными. Я надеюсь, что моя книга поможет восстановить равновесие и разорвать порочный круг. Следует признать, что виды на будущее, открывающиеся перед нами, не столь уж мрачны. В конце концов, это — лишь первая в Англии (да и во всей Европе) за много десятилетий книга о рунах, написанная искренней последовательницей древней северной веры. И есть все основания надеяться, что её примеру последуют и другие женщины. Наши усилия окупятся сторицей, так как каждая такая книга подготовит ещё больше женщин к тому, чтобы взяться за эту нелегкую, но плодотворную задачу — вернуть женским мистериям Севера их заслуженное место в традиции.