Читать онлайн «Теория небесных влияний. Человек, Вселенная и тайны космоса». Страница 85

Численность в любом случае связана с изобилием или как минимум с процентом выживания детенышей, так что, возможно, такие тучные годы будут сопровождаться увеличением плодовитости и на биологическом уровне. Таким образом, «тучность» можно относить не только к индивидуальным телам, но также и к росту сообществ – будь это люди, животные, рыбы или гусеницы.

У человека, жизнь которого в 10 раз длиннее 8-летнего цикла Венеры, следствия изменений плодовитости в соответствии с циклом последней смягчены и едва ли отражаются на общей рождаемости. Но у существ, чья жизнь так же коротка или короче этого цикла, численность, если наша идея верна, будет варьироваться прямо пропорционально данному синодическому периоду. И мы найдем этому интересное подтверждение, если обратимся к последним исследованиям биологических циклов. В частности, Элтон нашел явный четырехгодичный ритм в численности, миграциях и эпидемиях леммингов, мышей, белок и охотящихся на них лис в таких удаленных друг от друга регионах, как Норвегия, Ньюфаундленд и Канада. Мур ясно установил эту законченную восьмилетнюю венерианскую периодичность в сборе основного урожая в среднезападных Штатах Америки, и, как следствие, особенно отражающейся в ценах на хлопок.

В поисках других биологических ритмов на большой шкале мы сразу за этим ритмом неожиданно сталкиваемся с весьма любопытным циклом в 9 лет и 8 месяцев, являющимся, возможно, наиболее замечательным из всех. Ритмы многих недолго живущих паразитов, таких как гусеница-плодожорка, нападающая на фруктовые деревья, и клоп, уничтожающий хлебные злаки, могут быть установлены с большой точностью, и оба они, как оказалось, следуют данному ритму уже очень долгое время, а последний даже более века. Тот же цикл прослеживается в ловле лосося в Нью-Брансвике и охоте на пушного зверя, такого как канадская рысь, куница, пекан, норка и ондатра[100].

Была сделана интересная и довольно успешная попытка связать этот ритм биологической потенции и плодовитости с аналогичным ритмом, прослеживаемым в атмосферном озоне. Хорошо известно, что увеличение озона оказывает сильное стимулирующее воздействие на половой и физический тонус всех живых созданий, включая человека. Эта связь, с нашей точки зрения, особенно интересна, поскольку ясно показывает взаимоотношение между разными шкалами – изменения в мире органической жизни прямо следуют за изменениями в атмосферных условиях, принадлежащих следующему высшему миру, то есть миру Земли. Тогда как изменения в составе атмосферы можно, в свою очередь, увидеть как результат изменений в электрическом и магнитном излучении, получаемом Землей извне, то есть как следствие перемен в астрономическом мире.

Другими словами, электронное излучение небесных тел производит молекулярное изменение в атмосфере Земли, а это изменение в атмосфере в свою очередь ведет к клеточным переменам в обитающих в ней органических телах. Таким образом, мы наблюдаем практическое влияние небесных явлений на существа, живущие на поверхности Земли, и можем заполнить казавшийся непреодолимым пробел между движением какой-то планеты и индивидуальными импульсами человека, лосося или рыси.

И все-таки, какова же связь (если она существует) между любопытным периодом в 9 лет и 8 месяцев и венерианским циклами в 585 дней и 8 лет? Мы окажемся в затруднении, если не вспомним принцип, установленный выше, а именно, что планетные ритмы никогда не действуют в одиночку, но всегда в соединении с другими ритмами, производя в различных совпадениях друг с другом все бесконечное разнообразие природы.

При внимательном рассмотрении становится ясно, что повышение плодовитости не всегда следует за стимулированием исключительно околощитовидной железы или желез тканестроения, но зависит и от неких страстных требований, связанных со стимулированием надпочечников. Импульсы надпочечников сами по себе, без благоприятных условий «тучности», имеют тенденцию к бесплодию; тогда как «тучность» без побуждения к спариванию, вырабатываемого деятельностью надпочечников, не способна привести к изобильному воспроизводству. Поэтому если, как мы предположили, околощитовидная железа находится под влиянием Венеры, а надпочечники под влиянием Марса, то мы можем ожидать, что условия, благоприятные плодородию, будут создаваться тогда, когда максимальное воздействие этих двух планет совпадет.

Наблюдаемый цикл плодородия в 9 лет и 8 месяцев выражает такое двойное совпадение. Через каждые 3500 дней завершение 6 периодов Венеры точно совпадает с завершением 4,5 периодов Марса. Эти два влияния, если так можно выразиться, «светят вместе», с описанными результатами, которых действительно стоит ожидать.

Хантингтон дает следующее объяснение этому циклу. «Как только мы отходим от млекопитающих, насекомых и рыб к деревьям и урожаям, цикл в 9 лет и 8 месяцев становится менее различимым. И если мы идем в другом направлении – от животных к здоровью человека (болезням сердца), он также становится менее заметным. Это означает, что условия, вызывающие этот цикл, оказывают непосредственное воздействие на животную энергию».

Другими словами, циклы, относящиеся к околощитовидке и надпочечникам, железам роста и страсти, на самом деле в основном относятся к животной конституции, обнаруживается она эмбрионально в насекомых, типично в животных или в соединении с высшими функциями в человеке. Этот цикл невозможно ясно проследить в растительном мире, так как там он затемнен более сильными ритмами низших функций. Он также неявен в человеке – потому что в нем побуждение к тучности и производству потомства ослаблено разумом, предвидением, верностью и желаниями, происходящими из высших ритмов, управляющих умом и эмоциями. Этим человек отличается от животных, и такое смягчение ритмов Венеры и Марса является началом его индивидуального выбора.

Каждое состояние материи подчиняется собственным неизбежным законам; но то, что в ней объединено, может принадлежать другому, высшему уровню, и поэтому имеет право обращаться к высшему суду. Деревянная статуя подвержена опасности сгореть, угрожающей всякой древесине, но образ святого, который ей придан, можно запомнить, чтить и затем вырезать заново совершенно независимо от бренных качеств древесины. Так человек в своем клеточном теле подвержен циклам Венеры, управляющими ростом и постоянной сменой клеток. Но его особое человеческое свойство состоит, прежде всего, в возможности обращаться к некому постоянству выше клеток, к уровню выше влияния планет. Это постоянство находится в сознании, этот уровень лежит в возможности сверхклеточной жизни.

На самом деле, для человека есть нечто глубоко отвратительное в мысли, что он толстеет и размножается по тем же законам и циклам, что рыбы и лисы. И даже если доказано, что это действительно так, тем не менее, именно потому, что он человек, он должен спросить: если таково механическое воздействие данного влияния, что оно может принести, если воспринять его сознательно? Что человек способен сделать по циклу Венеры, чего не могут животные?

Как только он задает этот вопрос, вся картина меняется. И само это влияние, делавшее его беспомощным кусочком плоти среди прочей плоти, теперь позволяет понять и сознательно ощутить себя в единстве со всей остальной жизнью. Если Венера неотразимо влияет на него как на клеточное творение, она при этом дает ему возможность чувствовать то, что чувствуют все остальные клеточные творения, и сознательным пониманием ее влияния на себя самого сознавать ее воздействие и на них тоже. Если бы люди не были в одном аспекте сотворены как растения и животные, то растения и животные навсегда остались бы для них странными и непостижимыми. Именно благодаря тому, что человек в одной части себя подобен растению и животному, он обладает возможностью быть разумом и совестью для всего мира природы.

Чем больше он осознает чудо и красоту этого мира, тем выше станет ценить такую возможность.

Марс настолько традиционно воспринимается в качестве бога войны, что трудно начать рассматривать этот цикл, не имея в уме этого представления. И воздействие, видимо оказываемое Марсом на надпочечники, сердцевина которых управляет импульсами страха и бегства, а кора – гнева и драчливости, подтверждает эту идею. По самому факту существования разных типов людей всегда должны быть различия, споры и ссоры. Но когда стимулируются надпочечники (железы страсти), то такие различия очень быстро становятся насильственными и неуправляемыми действиями. Очевидно, что склонность с одной стороны к панике, а с другой к гневу, вызванная в миллионах людей одновременно, создаст весьма благоприятные условия для развязывания войны.

Поэтому первая вещь, которую необходимо понять о войне, – это что ответственны за нее все люди, все люди виновны в обращенных на окружающих страстных реакциях, которые, будучи умноженными в огромной степени и направленными в один поток, делают войну возможной. Работа одной из желез производит «страсть» в человеке, и в его обычном состоянии субъективности и иллюзии эта страсть находит себе выход лишь против других. Это обычное состояние бытия человека. И без определенного изменения уровня бытия, без отказа от некого иллюзорного чувства «Я» ни один человек – каким бы культурным и «либеральным» он ни был – не освобождается от этой вины.