Читать онлайн «Признания невесты». Страница 62

Они слились воедино, наслаждаясь друг другом, Серена полностью отдалась во власть его поцелуев. Весь мир исчез, остались лишь они вдвоем, их взаимная страсть и неразрывная связь.

Джонатан поцеловал мочку уха Серены и прошептал:

– Ты хочешь меня, Серена? Пожалуйста скажи, что это так…

Она зажмурилась. Она хотела его, очень хотела.

Но это было неправильно.

Серена заставила себя вернуться к реальности. Заставила себя подумать об Уилле. О своей помолвке. О добром и честном мужчине, за которого должна выйти замуж, который не заслуживает… а может, и не снесет удара.

Серена отпрянула от Джонатана. Кровь шумела у нее в ушах. Она дрожала всем телом. Бесконечно долгое мгновение она стояла, опустив голову, и старалась выровнять дыхание. Изо всех старалась удержаться на ногах.

Джонатан тоже дышал с трудом. Как будто их поцелуй вытеснил из комнаты весь воздух.

– Позволь мне прикоснуться к тебе. – Он потянулся к ней всем телом после этих слов. – Позволь мне снова увидеть тебя. Умоляю, отдайся мне.

Она жаждала этого. Она могла расстегнуть его брюки и ласкать так же, как ласкала на балу у вдовствующей герцогини шесть лет назад. Ее всю обдало жаром неудержимой страсти.

Нет.

– Я не могу, – еле выговорила она задыхаясь.

– Серена…

– Нет! Я просто не могу. – Она без сил опустилась на стул и теперь смотрела на Джонатана снизу вверх со всей безнадежностью, отчаянием и чувством вины, охватившими ее целиком.

Джонатан наклонил голову.

– Я бы мог сказать, что тоже не могу. Богу ведомо, что я не хочу причинить боль своему другу. И не хочу, чтобы это сделала ты. Я должен держаться как можно дальше от тебя. Но Господи, Серена… – Теперь он снова смотрел на нее, и она отражалась в его глазах. – Быть рядом с тобой, видеть тебя, вспоминать о тебе. Говорить с тобой. Это же… Я думаю, это еще лучше, чем прежде. – Он сокрушенно покачал головой. – Я должен держаться в стороне от тебя. Но я не знаю, смогу ли…

Серена стиснула губы и уставилась на остывшую еду у себя в тарелке.

– Сможете, – произнесла она, снова переходя к обращению на «вы». – Смогу и я. Иного выхода нет. – Тут она снова взглянула на него. – Сядьте, Джонатан, и давайте покончим с обедом.

Он зажмурился, и Серена видела, что он борется с собой.

– За Уилла, – прошептала она.

Обуреваемый чувством вины, Джонатан дернул себя за волосы. Их взгляды пересеклись. Она победила – на сей раз. Нет, не она победила. Чувство вины одержало победу.

Джонатан сел, придвинув стул ближе к столу и посмотрел на тарелку перед собой.

Они доели остатки холодного мяса куропатки в полном молчании.

После ужина Серена вежливо пожелала Джонатану спокойной ночи и удалилась к себе в спальню, чувствуя спиной его пристальный взгляд. Чуть позже она услышала донесшийся из коридора стук захлопнутой двери. Она быстро подошла к окну и отодвинула пеструю ситцевую занавеску и наклонилась над деревянным подоконником.

Новая смесь тревоги и страха зародилась где-то в самой глубине ее души. Самым неприятным было то, что она ощутила в этом уже знакомое стремление поступить, как говорится, очертя голову, совершенно не думая об опасности.

Сочетание беспечности со страстью, как убедилась Серена на собственном опыте, могло привести к тяжким последствиям.

Она выглянула в окно. Свет луны уже пробивался сквозь разрывы в густых облаках, и его серебряные блики сверкали на росистой траве. Проезд к конюшне и дорожка к заднему входу в дом были испятнаны черными тенями. Конюшня уже была накрепко заперта на ночь, заперта была и кухня, из трубы которой не поднимался даже слабый дымок.

Все последние годы Серена всячески сдерживала свою пылкую и непокорную натуру, демонстрируя полное самообладание. Но даже после всех этих лет образцового поведения в светском обществе продолжали обсуждать подробности ее скандального прошлого. Она никогда не смыла бы с себя пятно. Пока не превратилась в Мэг.

В непрерывной сутолоке Лондона она чувствовала себя теперь даже более невинной, нежели Мэг, и даже нежели она в свою бытность в Антигуа. Однако с недостаточно чистой совестью. Иной она уже не станет никогда. И вот уже имеется новое пятно, черное и ужасное. Это ложь Уильяму Лэнгли.

Но если она откроет правду, это может стать самым скверным. Память о позоре, о его постоянном присутствии в ее жизни сделает ее особенно уязвимой.

Серена глубоко вздохнула и закрыла глаза, вспомнив о том, как лежала в объятиях Джонатана, глядя на звезды, сияющие на безоблачном небе. В Лондоне в тот год была прекрасная весна, а лето обещало стать еще более прекрасным. Тогда Серена считала, что эти объятия будут сопровождать ее всю жизнь.

Серена опустила голову и коснулась лбом подоконника. Она шесть лет не дотрагивалась до мужчины. До тех пор пока Уилл не поцеловал ее в парке. Но шесть лет назад Джонатан трогал такие места ее тела, которые, как она тогда полагала, не могут быть доступны мужчине.

После того как Серена закрыла за ним дверь, Джонатан направился вниз, в таверну. Официантка, хорошенькая разбитная девчонка с золотисто-каштановыми кудряшками, развязно подмигнула ему и, подавая кружку эля, наклонилась так низко, что ему стала видна верхняя обнаженная часть ее пышной груди.

– Ах, сэр, вид у вас такой одинокий.

Голос ее, звонкий и приятный, никак не соответствовал ее вульгарным манерам. Джонатан поднял на нее глаза с некоторым удивлением. Она права. Он на самом деле одинок. Выглядит так, будто был одиноким вечно, однако только сам знает в точности, как долго терпел одиночество. Шесть лет и пятнадцать дней.

Официантка вперила в него взгляд.

– Вам нет нужды оставаться одному сегодня ночью, сэр.

Джонатан пригляделся к ней. Он не имел представления, что она имеет в виду. Хотела ли она этим сказать, что ему стоит пойти к Серене? Объясниться с ней? Постараться убедить, что она для него единственная?

Ох, черт побери! Он и в самом деле отрешился от всего на свете, настолько обуреваемый мыслями о Серене, что не понял совершенно очевидных сигналов.

– А… нет, благодарю вас.

Она улыбнулась самой сладкой улыбкой.

– Меня зовут Мэйси, сэр. Если передумаете…

Не дожидаясь ответа, она удалилась чуть ли не бегом, всколыхнув воздух подолом тяжелой юбки.

Джонатан не передумал. Он быстро покончил с едой и вернулся наверх.

Подошел к двери в спальню Серены и помедлил несколько секунд, прижав ладонь к покрашенному дереву. Потом вздохнул и отступил от двери. Он не может принуждать ее. Не этой ночью.