Читать онлайн «Магический круг». Страница 100

И действительно, после множества победных сражений в тридцать шесть лет Темуджина-кузнеца избрали великим ханом, и он объединил все племена под одним tuq, или знаменем. Ханский титул Ченгис происходит от уйгурского слова «тенгиз», которое, как и тибетское слово «далай», означает океан или море. Его последователи назывались кок-монголами, или голубыми монголами, в честь их могущественного покровителя, небесного бога Тенгри. Считалось, что их боевое магическое белое знамя с девятью хвостами тибетского быка наделено шаманской силой и обладает «сулде» — собственной душой, обеспечившей впоследствии Чингисхану и кок-монголам завоевание оседлого цивилизованного мира.

Более поздние источники сообщали, что с момента рождения ему было предназначено стать Чингисханом и объединить Восток и Запад, как соединяются основа и уток в сложной ткани, так причудливо переплетенной, что они будут неразделимы вовеки. И прежде чем закончились его годы, Монгольская империя простерлась от внутренних вод Центральной Европы до самого Тихого океана. Чингисхан, безусловно, оправдал свой титул Правителя Морей.

Он покорил земли индусов, буддистов и таоистов, мусульман, христиан и иудеев, но сам Чингис остался верен исконной анимистической вере и поклонялся рекам и горам. Он отвергал дорогостоящие паломничества и религиозную борьбу за такие святые места, как Мекка, Иерусалим, считая их глупыми, ибо бог Тенгри существует повсюду. Он запретил крещение и ритуальные омовения, как загрязняющие воду — священный источник всей жизни. Он пронесся по Китаю и Ирану, уничтожая все следы прежней цивилизации, включая животных, людей, искусство, архитектуру и книги. Испытывая ненависть к упаднической изнеженности городской жизни, он сжег множество возделанных полей, вернув им вид диких степей, по его мнению более всего пригодных для жизни.

Несмотря на собственную неграмотность, Чингис осознавал силу письменности. Он создал свой моральный кодекс, записанный в виде законов и так строго соблюдаемый, что в течение его жизни, как говорили, дева с золотым блюдом на голове могла в полной безопасности пройти одна по всему Шелковому пути. Он зашифровал историю и генеалогию монголов в Голубых книгах и спрятал их в пещерах для будущих поколений. Приобщившись к древней мудрости шаманов и магов, жрецов и священников каждой страны, он все тщательно изучил и записал и поместил эти записи в те же пещеры.

Говорят, что, собранные воедино, эти документы откроют древние тайны великого могущества, а открытые тайны той исконной природы устранят любые притязания нынешних «организованных» религий, — религий, которые веками выкристаллизовывали свои формы, пойманные в ловушки своих же туманных догматов, своих же дерзких ритуалов и обрядов.

То, что на самом деле Чингис — тот самый кузнец, превратившийся в морскую стихию, — спрятал в пещерах, является неким неписаным законом, выходящим за пределы всех вероучений, но содержащим обогащенную квинтэссенцию, которая покрывает суть каждого из них. Вплоть до наших дней старатели, стремящиеся овладеть такими силами, ищут эти пещеры и их содержимое.

Гурджиев утверждал, что нашел часть этих документов в конце прошлого века, путешествуя по Синьцзяну, Таджикистану, где-то в горах Памира. К этому стремился и знаменитый британский черный маг и оккультист Алистер Кроули, которого позднее выслали из Германии и Италии Гитлер и Муссолини, два лидера, опасавшиеся, что его тайные знания могут спутать их планы. Весной 1901 года Кроули возглавил англо-австрийскую экспедицию, поставившую целью подняться на гору Чогори, или К2, на китайско-пакистанской границе. Это была неудавшаяся попытка найти все те же пещеры.

После Октябрьского восстания сначала Ленин, а потом и Сталин попытались отвоевать обратно территории, принадлежавшие раньше русской империи, но утраченные Красной Россией после революции. Позже, в двадцатые годы, в перерыве между двумя мировыми войнами, русский мистик Николай Рерих узнал об этих документах, путешествуя по Монголии, Тибету и Кашмиру. Ему рассказали, что они рассредоточены по Центральной Азии, Афганистану и Тибету и что если они будут обнаружены, то возродятся затерянные города Шангрила, Шамбала и Агарди. Но есть и еще один скрытый город, опустившийся на дно таинственного озера во время первого вторжения монголов в Россию, — Китеж, русский город чаши Грааля, который тоже поднимется из вод, знаменуя перемены нового века…

Волга попал точно в яблочко, сказав, что я, возможно, обнаружу «скрытые уровни» в рассказанной им истории. Он, должно быть, как раз заметил мою реакцию на его последние слова, поскольку вдруг замолчал. Давно оставив в покое мои руки, он теперь лишь пристально смотрел на меня.

История града Китежа лежит в основе известной оперы Римского-Корсакова. Джерси прекрасно исполнила роль девы Февронии ронии, спасительницы легендарного города, во время нашего предыдущего посещения Ленинграда. В легенде рассказывается о двух городах, первый из которых был уничтожен внуком Чингисхана за десять лет грабежей и мародерства на землях между Волгой и Дунаем. Это завоевание повлекло долговременное угнетение России сначала монгольскими ордами, а потом не менее жестоким правлением турков Тамерлана.

Триста лет русские христиане жили лишь надеждой, и наконец Иван Великий освободил их, согласно сказанию об этом втором городе, невидимом граде Китеже. Молитвы девы Февронии, невинной лесной девушки, ниспослали городу покровительство Девы Марии, которая накрыла его чистыми водами озера, сквозь которые его можно видеть и можно слышать звон его колоколов, но нельзя повредить ему. Китеж, как и Грааль, открывается только верующим, подобным Февронии, тем, кто постигнет идею «жизни без времени» и будет жить в возрожденном городе, когда он поднимется со дна озера, как новый Иерусалим на рассвете нового века. Так это и происходит в конце оперного действа.

В данном случае, как я поняла, этот затерянный город не был просто некой воображаемой землей. Затерянные хазарские города недавно обнаружили в том самом районе, который Сталину удалось затопить, направив реки в другие русла. И тут неожиданно перед моим мысленным взором сложилась замечательная картина, как-то вдруг объединившая в себе все метафизически-метафорически-мифологически-мистические изгибы этих тысячелетних поисков «священных реликвий», и я поняла, что именно должно скрываться в манускриптах Пандоры.

— Все эти легенды, «Эдда», «Нибелунги», саги о Граале Вольфрама фон Эшенбаха и Кретьена де Труа и сказание о Китеже — все они как-то связаны, правда, Волга? — сказала я.

Он задумчиво кивнул, но продолжал внимательно смотреть на меня, поэтому я продолжила:

— Должно быть, важно, что во всю эту связку легенд вплетено множество поддающихся проверке исторических фактов. Не говоря уже о том, что объекты, места и события, описанные в сказаниях, похоже, уже с давних пор разыскиваются всеми кому не лень: как могущественными политическими лидерами, так и загадочными мистиками.

Мне показалось, я заметила в глубине черных глаз Волги странный блеск.

— Отлично, я все поняла, — сказала я, быстро вставая из-за стола. Хотя пар моего дыхания по-прежнему окрашивал воздух, мне не хотелось пока больше пить сливовицу. Я расхаживала туда-сюда перед молча сидевшим Волгой. — Скандинавские, тевтонские, славянские, кельтские, семитские, индоевропейские, арийские, греко-римские, дравидийские, фракийские, персидские, арамейские, угаритские легенды, — сказала я. — А Пандора обнаружила, что именно связывает их все, не так ли? И поэтому она разделила свои манускрипты между четырьмя людьми одной семьи, которые не знаются друг с другом, чтобы никто не смог собрать их воедино и понять то, что поняла она.

Тут я остановилась и взглянула на Волгу, испугавшись, что, возможно, излишне разоткровенничалась. В конце концов, Лаф послал его в это дальнее путешествие, чтобы именно он открыл мне что-то. Но, приглядевшись, я заметила странное выражение на лице Волги.

— В том, что вы сейчас сказали, есть одна очень важная вещь, важнее всего остального, — сказал он мне. — Вы понимаете, что это? — Видя мое явное недоумение, он сказал: — Число «четыре». Четыре человека, четыре части, четыре сектора, четыре набора документов. Пора переходить к сущности, ибо приближается новая эра. А вы так и не видели всех четырех частей, что удалось собрать Пандоре.

— Насколько я поняла, никто не видел их все вместе, — заметила я.

— Вот поэтому я и приехал сегодня в Россию, — сказал Волга с огромной озабоченностью.

Мое сердце встрепенулось, и я медленно опустилась на стул.

— В Айдахо вы были не готовы к принятию этой миссии, но сейчас я вижу в ваших глазах необходимую целеустремленность. Будем надеяться, что еще не слишком поздно. Только один человек имел доступ ко всем этим документам в течение прошлых лет — или, по крайней мере, к тем людям, которые владели ими. Хотя, как вы полагаете, эти четыре наследника — Лафкадио, Огастус, Эрнест и Зоя — отдалились друг от друга, они не отдалились от нее.