Читать онлайн «Знакомьтесь: МУР». Страница 44

Через несколько минут батальон, взревев моторами, с десантом на броне рванулся на позиции врага. Танкисты и партизаны смяли оборону фашистов и обратили их в бегство. Еще не остыв от боя, Гусев, с блестящими от возбуждения глазами на закопченном лице, расспрашивал новоявленных десантников:

— Как броневое крещение? Без потерь? Герои! Вижу, не из робкого десятка. Обязательно доложу начальству. Самочувствие-то как?

— Очень уж трясет, того и гляди, сбросит под гусеницы, — поделился кто-то впечатлением.

— А вы думаете, нас там внутри не трясет? Ого-го, как швыряет из стороны в сторону. Но это замечаешь только попервости, а потом привыкаешь. И вы пообвыкнете. Вот покатаем вас побольше и пообвыкнете, — смеялся комбат, пожимая руки обступившим его партизанам.

И точно. С каждым новым рейдом, в котором участвовали вместе с батальоном, муровцы чувствовали себя на танковой броне все более уверенно. В одной из атак на окопы немцев у деревни Анино был ранен пулеметчик отряда Александр Овечкин. И хотя он потерял много крови, броню танка не покинул до полного завершения атаки. А когда ему предложили отправиться в госпиталь, наотрез отказался оставить боевых товарищей.

Вместе с танкистами партизаны-муровцы штурмовали вражеские гарнизоны и таких крупных населенных пунктов Подмосковья, как Петровское и Волоколамск. Вспоминая этот период партизанской эпопеи отряда, его командир Михаил Иванович Кузнецов писал:

«С активизацией действий наших войск на волоколамском направлении наш отряд получил задание от командира 1-й гвардейской бригады Катукова… находиться в ближайшем тылу немцев, организовывать видимость окружения отдельных гарнизонов и тем самым ослабить их сопротивление наступающим войскам Красной Армии. Чтобы создать панику в тылу противника и держать его в постоянном страхе, на путях его сообщений мы устраивали противотанковые и противопехотные мины, на которых подрывались фашисты и их техника. Кроме того, о своем присутствии мы напоминали немцам эпизодическими налетами.

Когда наш отряд попал в расположение танковой бригады, в момент наступления мы выполняли роль танкового десанта».

С волоколамского направления после относительной стабилизации фронта отряд муровцев был переброшен для выполнения боевого задания в Шаховский и Рузский районы.

В результате крупномасштабной операции по разгрому немецко-фашистских войск под Москвой, начавшейся 5 декабря 1941 года и закончившейся 20 апреля 1942 года, враг был отброшен на запад на 80—250 километров. Противник потерял в ходе боев более 500 тысяч солдат и офицеров, 1300 танков, 2500 орудий, более 15 тысяч автомашин и другой техники.

В эту победу внесли долю своего ратного труда и бойцы партизанского отряда МУРа, а также другие отряды и диверсионные группы московской милиции. О их боевых действиях писал маршал Советского Союза К. К. Рокоссовский:

«…1 октября 1941 г. на участок фронта, занимаемый войсками 16-й армии, которыми в то время я командовал, прибыл отряд добровольцев, сформированный из числа работников милиции гор. Москвы.

Этот отряд был переброшен через линию фронта на волоколамском направлении для партизанских действий в тылу немецко-фашистских войск… По сведениям, поступившим в армию, отряд, находясь в тылу врага до 28 апреля 1942 года, действовал успешно».

После разгрома фашистов под Москвой значительная часть сотрудников вернулась к исполнению своих служебных обязанностей в МУРе, но многие связали дальнейшую судьбу с армией и громили врага далеко от столицы.

…В октябре 1942 года в районе Туапсе группа советских солдат защищала ущелье, преградив путь большому отряду гитлеровцев. Фашисты несколько раз обрушивали на воинов шквалы минометного и артиллерийского огня. Но каждый раз, как только гитлеровцы поднимались в атаку, их встречал мощный огневой удар защитников ущелья. Откатившись назад, оставляя убитых, фашистские автоматчики снова требовали у артиллеристов и минометчиков поддержки.

Силы были неравными. Все реже ответные залпы защитников ущелья, все меньше оставалось их в живых. И вот наконец только один боец с кровоточащими ранами отбивается от наседающих врагов. Но скоро и у него кончились патроны. Зажав гранату в руке, он поднялся навстречу врагам в полный рост. Увидев, что раненый без оружия, гитлеровцы осмелели и решили взять его живым. В тот момент, когда фашисты бросились на последнего защитника ущелья, он с трудом выдернул чеку гранаты и сделал несколько шагов им навстречу. Взрыв. Солдат погиб, но рядом с ним нашла смерть и группа гитлеровцев. Так далеко от Москвы погиб бывший работник МУРа Михаил Сергеевич Немцов.

В Московский уголовный розыск молодой коммунист Михаил Немцов пришел по путевке Краснопресненского райкома партии в 1939 году. Новое дело пришлось ему по душе. Он настойчиво постигал основы оперативно-розыскной службы, не стеснялся учиться у старших, более опытных товарищей, работал не считаясь со временем. Немцов был верным и добрым другом, отзывчивым товарищем, мужественным и бескомпромиссным человеком.

С первых дней Великой Отечественной войны Михаил рвался на фронт. Однако впервые лицом к лицу с фашистскими оккупантами ему довелось встретиться только в сентябре 1941 года, когда вместе с первым отрядом муровцев он ушел в тыл врага. Несколько месяцев провел Немцов за линией фронта и со вторым партизанским отрядом сотрудников МУРа. Во многих критических ситуациях пришлось побывать Михаилу и его товарищам во вражеском тылу, но мужество и находчивость всякий раз выручали их в трудную минуту.

Как-то Немцов с несколькими товарищами, проводя разведку местности, куда предстояло передислоцироваться их отряду, зашли в обнесенную крепким забором избу на окраине деревни. Во дворе были привязаны несколько лошадей. Находившийся здесь пожилой мужчина объяснил, что он — бывший колхозный конюх, которого оккупанты заставили присматривать за лошадьми, собранными ими по соседним селам для отправки в Германию.

— Уходите, ребята, — посоветовал он. — Вот-вот фрицы заявятся, а вас всего ничего, только головы сложите зазря.

Но уйти незамеченными не удалось. На дороге появились два автофургона с группой фашистов, приехавших за лошадьми. Пришлось принять неравный бой.

— Рус, сдавайся! — кричали немцы, подступая к дому, за стенами которого укрылись партизаны. Их меткий огонь охладил пыл оккупантов. Разъяренные враги бросили в разбитое окно бутылку с горючей жидкостью. В доме занялся пожар. Казалось, муровцы попали в безвыходное положение: или сгореть заживо, или пасть под автоматной очередью врагов. Немцов, открывая дверь, чтобы побольше дыма выходило из горящего дома, бросил взгляд на двор и его осенило. Он попросил товарищей быстро освободить от привязи перепуганных стрельбой и пожаром лошадей. Сам же распахнул ворота. Лошади с ржанием устремились на улицу. Среди фашистов произошло замешательство. Этим и воспользовались муровцы, чтобы прорваться через вражью цепь.

Товарищи называли Михаила счастливчиком и везучим человеком. И когда его просили раскрыть секрет удачливости, он неизменно отвечал своей излюбленной поговоркой: «Не такие мы ребята, чтоб зазря пропасть». За успешное выполнение заданий в тылу врага Немцов был награжден орденом Красной Звезды, а за подвиг в районе Туапсе — посмертно орденом Красного Знамени.

Военная подготовка и навыки, обретенные за годы работы в МУРе, весьма пригодились в фронтовой жизни сотрудникам, которым довелось сражаться с врагом в действующей армии. Все они имели боевые награды и отличные характеристики командования.

«За время пребывания в отдельном батальоне связи, — сказано, например, в армейской характеристике А. И. Ефимова, начавшего службу в уголовном розыске в 1919 году, — показал образцы воинской дисциплины, мужества и отваги в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками. Посылался на самые ответственные участки боя и каждый раз верный сын Родины выполнял задания на отлично, своим бесстрашием увлекал товарищей».

Самоотверженный труд работников уголовного розыска, других служб московской милиции в тяжелейшее для столицы нашей Родины время, когда враг стоял у ее стен, получил высокую оценку Коммунистической партии и Советского правительства. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 2 июля 1942 года за успешное выполнение заданий правительства по охране революционного порядка и общественной безопасности и проявленные при этом отвагу и мужество большая группа работников милиции Москвы была награждена орденами и медалями. Среди них К. Гребнев, Н. Шестериков, П. Тахтаджиев, А. Кириллов и ряд других сотрудников МУРа.

«Работники РК милиции, — писала газета «Правда» 3 июля 1942 года, — проявляют мужество и отвагу в охране революционного порядка и общественной безопасности, самоотверженно борются с антисоветскими элементами, неустанно следят за революционным порядком и общественной безопасностью. И на этом участке многие проявили себя верными сынами Родины, доблестными патриотами».