Читать онлайн «Интерпол». Страница 76

Сразу после операции официальные израильские источники представили американской телевизионной компании "Эй-Би-Си" и газете "Вашингтон пост" довольно полную информацию о том, что сделали "Моссад" и армия. Хотя большинство израильтян одобряли действия разведки и вооруженных сил, но скоро поняли, что смерть Абу Джихада ничего не изменила, скорее наоборот его похороны (хоронили Вазира в Сирии) стали для палестинцев поводом для едва ли не самых грандиозных и неуправляемых протестов в секторе Газа и на Западном берегу. Реакция Израиля была прежней - в тот день солдаты убили 5 человек и несколько десятков ранили; тут же имена убитых и раненых стали повторяться в листовках Объединенного национального руководства как имена мучеников и героев, толпы стали их скандировать и, естественно, начинались новые забастовки...

В общественном мнении демократических стран начала формироваться убежденность, что борьба с международным терроризмом не должна оставаться делом одного Израиля - впрочем, также как борьба с "внутренним" политическим терроризмом не дело только Испании, Великобритании или Италии. Одним из первых нашел точные слова выдающийся политический деятель, шведский премьер Улоф Пальме (впоследствии убитый международным террористом, преступление до сих пор не раскрыто): "террор всегда будет террором, а преступления всегда останутся преступлениями, даже если они совершаются во имя великих принципов и высоких идеалов".

То, что впрямую относится к позиции и деятельности Интерпола, высказал Франсуа Миттеран - правда, тогда уже, когда и в руководстве, и в деятельности Интерпола произошли или происходили необходимые изменения: "Поскольку терроризм - явление интернациональное, то и следствие, предупреждение, подавление и санкции против него также должны быть интернациональными". А в 1972 году, когда Генеральная ассамблея проходила в ФРГ (а президентом МОУП был Пауль Дикопф, бывший офицер СС, который в 1943 году бежал из Рейха в Швейцарию, но отнюдь не из-за идейных разногласий с Гиммлером или излишней симпатии к "унтерменшам"), израильский делегат так и не добился включения в повестку дня обсуждения вопроса о терроризме. Ни слова об этом нет и в отчете Генеральной ассамблеи.

Можно выделить по меньшей мере три существенные причины, которые обусловили такую позицию и серьезнейший кризис Интерпола.

Начнем с малого. Более двух десятилетий фактическим главой МОУП был его Генеральный секретарь Жак Непот. По сути, Организация стала важнейшим и почти что единственным итогом его жизни. Вопрос не в том, что он находился на этом посту слишком долго - вопрос в том, что произошла некая внутренняя идентификация и Непот стал избегать всего, что очевидно могло повредить её существованию. Самосохранение стало не декларируемой, а подсознательной самоцелью. И как многое в подсознании, это было лишено реальной, стратегической перспективы. Резкая постановка вопроса о международном терроризме и решительное участие в борьбе с ним могли (не обязательно, но и в самом деле могли) вызвать "раскол" и уход (наверняка временный, но "подсознание" до этого момента анализа не доходит) нескольких арабских стран.

Да, конечно, могло быть так, что состоялся бы уход даже всех, даже тех, кто через несколько лет или десятилетий стали "расплачиваться" с международным терроризмом жизнями и здоровьем тысяч и тысяч своих граждан, и жизнями членов и глав политического и административного руководства...

Конечно, процесс получился бы весьма болезненный.

Конечно, эффективность работы Интерпола в некоторых направлениях стала бы (временно) менее эффективной - хотя некоторые меры по преодолению этого возможны.

Но самоустранение от реальной проблемы приводило к худшему - к тому, что организация "выпадала" из структуры реально действующих значительных мировых агентств и неизбежно заменялась альтернативными структурами. Среди них - упомянутый уже "Киловатт", и широко известный европейский центр "Треви"31; совершенно конкретно шли предварительные переговоры о создании "нового Интерпола" и была создана Полицейская рабочая группа по борьбе с терроризмом, в которую вошли в разные годы двенадцать стран ЕЭС, а также скандинавские страны.

Второе. В тот период Интерпол не произвел ещё необходимых юридических и организационных действий, чтобы обрести статус достаточной самостоятельности и независимости от Франции. Сен-Клу - это пригород Парижа; в известной мере МОУП был "пригородом", придатком Елисейского дворца. Он следовал в русле политики Франции, которая в отношении если не к самому терроризму (на словах это осуждалось), то к "арабскому миру" занимала "особую позицию".

Здесь не место проводить подробный критический анализ деятельности всех послевоенных французских правительств, хотя нельзя не вспомнить, например, об эмбарго де Голля на поставки оружия в Израиль, что могло в свое время стать причиной гибели государства, и многочисленные случаи непринятия или срыва международных санкций против режимов, поддерживающих террористов, и предоставление возможности жить во Франции множеству радикалов (аятолле Хомейни, например), - вплоть до того, что уже в 90-х Париж вел сепаратные переговоры с Саддамом Хуссейном. Там, где требовалась жесткость, проводились переговоры, консультации, согласования, "двойная дипломатия". В результате Франция ни разу всерьез не обострила своих отношений с "арабским миром", получила весьма значительные суммы от продажи оружия и спецтехники в соответствующие страны, не испытывала особенных проблем с поставками нефти с Ближнего Востока... и к концу девяностых уже стала объектом атак международных террористов, взрывы бомб загремели в самом центре Парижа.

Непот: "...Мы каждое конкретное дело внимательно изучали: политическое оно или нет. Например, подложили бомбу под автомашину премьер-министра или члена правительства. Это покушение на политическое убийство - можно заявить, не опасаясь потерять работу! А вот если убит полицейский, сопровождавший подозреваемого террориста из одной тюрьмы в другую, это убийство уже не политическое. Шаг за шагом мы пытались строить доктрину - и у нас не было проблем".

Третья причина заключалась в том, что многоопытное руководство полицейской организации по-настоящему не видело истинной опасности "мусульманского" терроризма, не видело, что за внешними проявлениями пусть получающими мощную огласку в средствах массовой информации - кроется серьезнейший процесс, который коротко можно назвать так: наступление Востока на Запад.

Здесь позволим себе привести развернутую цитату из книги о разведке страны, которая первой столкнулась и приняла на себя первый удар "мусульманского" терроризма. В ней предпринята попытка обобщенного взгляда на события, связанные с этой проблемой. Напомню, что все это было сказано за несколько лет до трагедии 11 сентября 2001 года, до того, как борьба с терроризмом стала важнейшим "гласным" направлением политики ряда крупнейших государств.

"...В наши дни одним из главных направлений деятельности израильского разведывательного сообщества становится (как, впрочем и к сожалению, в специальных службах и силовых структурах многих-многих странах мира) борьба с исламским фундаментализмом, который служит основой терроризма. Строго анонимные, но компетентные источники отмечают, что в этой борьбе начал происходить взаимовыгодный обмен информацией между спецслужбами некогда непримиримых врагов, поскольку исламский терроризм на базе ортодоксальных и неофундаменталистских течений угрожает не только еврейскому, но и "светским" арабским государствам. В Египте, например или в Турции, гораздо более "светской", продвинутой к НАТО стране, уже совершены десятки террористических актов, в которых погибли - как почти всегда происходит, террор он и есть террор, - сотни ни в чем не повинных людей, множество иностранных туристов, журналисты.

В самом Израиле многие понимают, что в конечном счете угроза самому существованию страны исходит не с этой "близкой" стороны и пути спасения страны (а возможно, и мира в целом) лежат не в сражениях и убийствах боевиков и не в охоте за палестинскими лидерами; но на пути к конструктивному диалогу ещё много крови и много горя. Армии воинственных соседей удалось остановить; со временем даже эти соседи становятся не столь уж агрессивными и в конечном итоге дело движется к нормализации отношений хотя, конечно, возможны новые драматические повороты в развитии событий. Но гидра терроризма отращивает все новые и новые оскаленные пасти...

Достаточно очевидно, что "пасти гидры", проявления НМР \"неомусульманский радикализм" - понятие, используемое автором цитаты не в узком, а в расширительном смысле слова, включая и радикальные тенденции, достаточно далекие от собственно исламских ортодоксальных или модернистских течений \, пробиваются не только на палестинской территории и непосредственно направлены не только прямо ... против Израиля, но и против всех, кто способствует смягчению напряженности на Ближнем Востоке.