Читать онлайн «Путеводитель по стране сионских мудрецов». Страница 78

Под натиском глобализма и капитализма рухнул миф о справедливом обществе. Миф сионизма похоронил еврейский народ из Диаспоры. Мы остались сирые, босые и без идейной кровли над головой.

Можно ли жить без мифа? Наверное, да, но, как нам кажется, это довольно скудная жизнь, ибо, по справедливому замечанию Веркора, именно способность к созданию мифа отличает человека от животного.

*

Разумеется, миф может нести отрицательный заряд: достаточно вспомнить миф нацизма и миф коммунизма. Разумеется, искаженное восприятие мифа может привести к катастрофическим последствиям: десятки, если не сотни миллионов людей были уничтожены во имя справедливости. И конечно же, порой миф требует крови, как потребовал ее миф свободы от бойцов Бар-Кохбы, от защитников Масады, от поднявших обреченное восстание в Варшавском гетто и от тех, кто в 1948 году шел в атаку на арабские позиции под Латруном.

Сегодня в наличии имеются два мифа. Первый: миф золотого тельца, и второй, который предлагает религия: не случайно движение за возвращение к вере отцов пользуется среди молодого населения Израиля достаточным успехом.

Справедливости ради отметим, что существует еще миф земли Израиля, чьими ревнителями являются многие, как правило — религиозные люди, жители поселений и люди правой ориентации, однако и этому мифу за последние десятилетия был нанесен изрядный ущерб.

К сожалению, авторы, как ни пытались, не смогли изобрести Израилю подходящий к нынешней исторической ситуации миф, а если честно, то не очень-то и пытались, за что приносят искренние извинения тем, кто на это рассчитывал.

После разрушения Храма и потери надежды на независимость вполне логичным было бы ожидать растворения евреев среди других народов. Но, как мы уже отмечали, с логикой у евреев были нелады — возможно, именно поэтому они и сохранились.

Человека, который несет ответственность за такой исторический нонсенс, звали Иоханан Бен-Заккай. Во время Иудейской войны он служил главой Синедриона. Чуя, что ничего хорошего не светит, он унес ноги из осажденного Иерусалима весьма оригинальным способом: притворился мертвым. Стенающие ученики вынесли тело за городские стены для погребения, но до этого дело, по счастью, не дошло: покойник ожил и предстал перед очами Веспасиана. Восхищенный этим чудом полководец (Бен-Заккай ему еще и предсказал, что он будет императором) дарует провидцу город Явне, в котором тот основывает религиозную академию под поэтическим названием «Виноградник Явне». Здесь продолжил свою работу Синедрион, и здесь были приняты основные решения, позволившие еврейскому народу продолжить путь в не слишком светлое будущее: Храм заменяют синагоги, и молитва заменяет жертвоприношение.

Несмотря на то что городишко этот упоминается аж в египетских папирусах, что здесь воевал Иегуда Маккавей и царь Узия, что не обошли его своим вниманием крестоносцы (тут правил род Гибеллинов), а потом — мамелюки, от которых сохранился мостик, посещения этот город отнюдь не заслуживает, ибо в нем нет ничего интересного. Ну, разве что гробница рабби Гамлиэля, руководителя Синедриона, того самого, который напридумывал кучу великих установлений (типа — с какого конца следует разбивать яйцо) и при котором оформился разрыв христиан с иудаизмом. На самом деле — это гробница Магомета Абу Хурейры, одного из дружков Магомета. Честно говоря, и это не наверняка, так как еще одна его могила есть и в Тель-Хароре, и еще в парочке мест. А что касается Гамлиэля, то его могила есть еще в монастыре Бейт-Джамаль (сразу за Бейт-Шемешем в сторону Кирьят-Гата). Согласно христианской традиции, он жил именно здесь и здесь наставлял святого Павла. Здесь же похоронены святой Стефан и святой Никодим. (Возможно, кто-то из читателей, вспомнив, что святой Никодим упокоен в церкви Гроба Господня, удивится этакому раздвоению — не удивляйся, читатель. Смиренно поблагодари, что святой Никодим удостоился всего двух, а не более захоронений, и читай дальше.) Правда, прах этих праведников потом перевезли в иерусалимский монастырь Сан-Этьен, а Гамлиэля за ненадобностью оставили. Место очень милое: виды, цветы и приветливые монахини, которые творят чудесную керамику. Их церковь, сделанная исключительно просто и с отменным вкусом, — это, по нашему мнению, лучший пример современного религиозного строительства на Святой земле. Здесь же продаются вина из Кремизанского монастыря (особых изысков ожидать не следует, но вполне прилично и на итальянский манер), оливки, оливковое масло, мед, сладости — все своего производства, а неподалеку за стенами — столики и скамейки для пикников. Короче, сюда ехать стоит, а в Явне — нет.

Итак, с легкой руки Иоханана Бен-Заккая иудаизм начал свое победное шествие в новых, можно сказать, одеждах. Как мы уже упоминали ранее, Синедрион кочевал с места на место: был в Бейт-Шеариме, довольно долго столовался в Циппори и наконец добрался до Тверии.

Город этот построил, естественно, царь Ирод в 18 году н.э., назвал в честь своего патрона императора Тиберия и сделал его столицей. Потом, при крестоносцах, здесь была крепость Рейнальда де Шатильона. Еще при Агриппе здесь обустроили серные источники, там же развалины синагоги II века с чудными мозаиками — все это называется Хамат Тверия, Неподалеку от Тверии находят­ся еще более дивные серные источники Хамат Гадер (шоссе 98), здесь римляне устроили вторые по размеру римские купальни во всем мире. Где находятся первые — нам неизвестно, да и зачем нам знать, когда и со вторыми хорошо? Целительность этих источников, адский запах серы и зрелище окутанных горячим паром голов с выпученными глазами заставляют нас уверенно рекомендовать это место для посещения. Излечив хвори, можно заодно посмотреть крокодилью ферму и выступление ученых попугаев. Однако мы отвлеклись и совершенно забыли сказать, что в Тверии похоронен тот самый Иоханан Бен-Заккай и Маймонид — человек, сделавший для святого дела иудаизма ничуть не меньше Бен-Заккая.

Выдающийся философ Моше Бен-Маймон, или Маймонид (оказавший большое влияние на таких мыслителей, как Альберт Великий, Фома Аквинский, Спиноза, Лейбниц), родился в 1135 году в Кордове, где ему за это поставили памятник. Мальчик хорошо учился и стал врачом, причем выдающимся. Врачевал он Фадила — султана Египта, а затем и самого Саладина. Был специалист весьма широкий, в том числе и в сексологии, руководство по которой написал для султана, которому это было крайне необходимо ввиду наличия обширного гарема. А далее он написал эпохальный текст, в котором простым и ясным языком (насколько он может быть простым и ясным у большого философа) систематизировал все сумбурные материалы талмудического иудаизма, и назвал его — «Путеводитель заблудших». Прочитав его, евреи блуждать перестали. Затем он написал «Книгу Судей», где объяснил, за что, кого и как надо судить. Этакий еврейский Уголовный кодекс. И юридическая самодеятельность закончилась. Маймонид помимо аналитических способностей отличался нестандартными взглядами и, в частности, будучи религиозным человеком, не признавал существования ни ада, ни рая. Так что нам неизвестно, куда попала его душа. Тело же его находится, как уже было сказано, в Тверии. На надгробии эпитафия: «От Моше до Моше не было такого, как Моше» Имеется в виду, что от Моисея до Маймонида равных ему не было. Наверное. Надо надеяться, люди знают, что они пишут на надгробных камнях.