Читать онлайн «Путеводитель по стране сионских мудрецов». Страница 34

Саул, добрая душа, еще свои доспехи предложил Давиду, но тот разумно от них отказался (больно велики ему они были). Обменявшись с Голиафом теплыми приветствиями, Давид метко запустил сопернику камнем в лоб, и на том дело было кончено.

И это было здесь! А место это называется Хурват-Ха-нот, и есть в нем множество всякого интересного, а в том числе — и могилка бедного Голиафа.

Карьера Давида пошла в гору. Саул, разглядев помимо музыкальных и другие незаурядные таланты юноши, определил его в генералы. Давид не посрамил доверия и частенько радовал царя обрезками крайней плоти врагов. Сегодня крайняя плоть обрезанных младенцев используется для изготовления какого-то лекарства (так мы слышали), а в те времена ей вообще никакого употребления не было. Но был обычай в доказательство победы приносить головы убитых врагов. Этот странный и непонятный отход Давида от традиций легко объясняется его юными годами и хрупким сложением: обрезки крайней плоти таскать, конечно же, легче, чем головы. Короче, все шло как нельзя лучше: карьера, с царским сыном Ионафаном закадычные дружки, и как венец всему — женитьба на царской дочери Мелхоле, по-простому Михаль, и в довершение — дикая популярность в народе. Вот она-то все и сгубила. Царь взревновал. И по-человечески его понять можно. Здесь вообще такая страна, что всех понять можно, поскольку каждый по-своему прав. Как говорится в старом еврейском анекдоте про раввина, к которому обратились двое тяжущихся. Выслушал раввин первого и говорит: «Ты прав». А потом выслушал второго и говорит ему: «И ты прав». — «Но, ребе, — вмешалась жена раввина, — не может быть, чтобы они оба были правы». — «О, — сказал раввин, — и ты права!» Вот такое — отчаянное, можно сказать — положение, и длится оно уже три тысячи лет с гаком. Короче, Саул решил от Давида избавиться. Саул! Такой замечательный, славный человек, а вот и его не миновал неизбежный закон: нет власти без, как это говорится, необоснованных репрессий, вопрос только в количестве жертв. А что первые кандидаты для репрессий — это наиболее близкие, так это и кошке понятно. Когда же сын Ионафан пытался урезонить папашу, тот в него метнул копье и хорошо, что промахнулся, иначе знаменитая картина Репина «Иван Грозный убивает своего сына» называлась бы по-другому.

*

*

Давид, видя, что ему ничего не светит, или, наоборот, хорошо видя, что именно ему светит, сделал ноги, и прибились к нему разные люди числом до четырехсот человек. Не в состоянии поймать Давида, Саул начал крушить все подряд.

Давид меж тем стал разговаривать с Господом, а Тот ему отвечал. Это было началом долгого и плодотворного диалога. А сейчас мы отправимся в оазис Эйн-Геди на берегу Мертвого моря, но прежде чем рассказывать о том, как, почему и что произошло в Эйн-Геди, скажем несколько слов о самом Мертвом море.

Прежде всего, Мертвое море — это действительно единственное мертвое море в мире, хотя если подумать об экологии на планете Земля, то быть ему единственным осталось совсем недолго. Расположено оно в самом низком месте земного шара, на четыреста семнадцать метров ниже уровня любого обычного моря (имеется в виду еще полуживое Средиземное и остальные). А поскольку оно мелеет, опускаясь, то с каждым годом бьет свой собственный рекорд. Мертвым оно называется потому, что никто в нем не живет. Есть только в устье Иордана два типа архибактерий, сохранившихся со времен зарождения жизни на Земле, а в ручейках, которые впадают в него, водятся лишь мелкие рыбешки, слепые от рождения. Потому что разных солей здесь — аж тридцать процентов (отсюда на иврите это Соленое море).

Римляне называли Мертвое море Асфальтовым озером, и это справедливо. Набатеи продавали асфальт, сиречь битум (он же — смола), египтянам для бальзама, которым начиняли мумии. Помимо асфальта и соли в нем уймища невероятно полезных минералов, отчего вода здесь тяжелая и маслянистая.

Соответственно известным сказочным архетипам мертвая вода является целебной, а может быть — наоборот: архетипы появились оттого, что вода в Мертвом море целебная. Так или иначе, но стоит вам зайти в это море, как любая кожная пакость или царапина заживает чуть не прямо на глазах. Даже псориаз, и тот не в силах устоять перед этой водой — правда, чтобы он потускнел, надо окунать свое тело в эти воды не один раз, а несколько. Кроме того, здесь полно целебной грязи, а также не менее целебных серных источников. Не исключено, что они образовались в момент уничтожения Содома и Гоморры, ибо именно серу широко использовал Господь в ходе этой карательной операции. Сюда приезжали лечиться и царь Соломон, и Ирод, и Клеопатра, которая на основе воды Мертвого моря делала свой знаменитый бальзам красоты. Ее дело продолжили израильские косметические компании. Сегодня для граждан, желающих сделать свою кожу бархатистой, шелковистой и так далее, существуют водно-грязевые заведения, принадлежащие киббуцу Эйн-Геди, а также разные лечебные кабинеты в отелях, расположенных на берегу в южной части моря.

Для того чтобы утонуть в Мертвом море, необходимо приложить огромные, нечеловеческие старания, поэтому в нем никто не тонет. Что же касается плавания, то оно возможно, но весьма нестандартным способом: либо стоя, либо сидя. Заходить в воду рекомендуется осторожно (не дай бог, чтобы вода попала в глаза — вспомните рыбешек), а затем надо сесть и, подгребая руками, двигаться в любом направлении спиной вперед. Выйдя из воды, необходимо встать под душ с пресной водой, иначе кожа покроется слоем соли.

Состояние души на Мертвом море — блаженное и умиротворенное. Причиной тому является не столько экзотика и красота окружающего пейзажа (розовые, фиолетовые, голубые и коричневые горы, синее небо), сколько испарения брома, которые человек невольно вдыхает. А брома здесь — почти что половина всего мирового запаса. От брома, как известно, успокаиваются и нервы, и все остальное. (По счастью, не навсегда, так что бояться не надо.) В двадцатых годах прошлого века явился на берега Мертвого моря бывший российский эсер Мойша Новомейский. Родился он в Сибири, диплом горного инженера получил в Германии, в горной академии Клоустале, а в 1905 году посидел, как и положено, в тюрьме. Когда же стало ясно, что большевики победили, уехал в Эрец-Исраэль и здесь в 1929 году выбил концессию на добычу брома и поташа на Мертвом море. Здесь в жуткой жаре, в условиях немыслимых он создал ныне зна­менитые заводы Мертвого моря.