Читать онлайн «Охота на флагманов». Страница 35

- поработить Австрию и Чехословакию;

- а затем ввергнуть народы во Вторую мировую войну.

И вот первый итог: в ноябре 1937 года на совещании фашистских руководителей, именно по предложению Гитлера, было принято решение:

- первый удар военной машиной рейха нанести не по СССР, а по самим западным державам...

...Наступил роковой 1939 год.

В Европе начались интенсивные переговоры, которые должны были определить расстановку сил в неизбежной войне.

Для советской дипломатии существовала альтернатива:

- достигнуть договоренностей с Англией и Францией,

- или же с Германией.

Переговоры велись параллельно. Сначала более активно с Лондоном и Парижем, а затем и с Берлином.

Но первые зашли в тупик. Ведь Польша отказалась, в случае агрессии, пропустить советские войска через свою территорию навстречу германским армиям. Советский Союз должен был не допустить, чтобы фашистские войска вышли к нашим границам. После настойчивых инициатив Берлина, 23 августа 1939 г., был заключен германо-советский договор о ненападении, "Пакт Молотова - Риббентропа".

К договору прилагался секретный протокол о разделе сфер влияния.

Протокол обеспечивал геополитические цели Советского Союза в условиях надвигающейся войны. Это статьи:

- о прибалтийских странах;

- о Западных Украине и Белоруссии;

- о Бессарабии, которая ранее была аннексирована Румынией.

Ориентация этих стран на Германию была очевидной. Кроме того, мы возвращали территории, которые ранее принадлежали России.

Критика советско-германских соглашений продолжается вплоть до наших дней.

Видимо, справедлив вывод Президента Академии военных наук, доктора исторических наук, генерала армии М. А. Гароева:

"До сих пор ругают Сталина за договор с Гитлером в 1939 году.

Но в конечном счете наша дипломатия одержала великую победу. Мы избежали войны на 2 фронта - против Германии и Японии. А США, Англия и Франция, толкавшие Гитлера против нас, оказались на нашей стороне.

Да ещё мы получили хотя и малую, но мирную передышку в полтора года, чтобы подготовиться к войне"

...В июне 1940 года была повержена великая Франция. Флаг с фашистской свастикой взвился над Эйфелевой башней.

...Осенью 1940 года непосредственная угроза фашистского вторжения нависла над Англией.

Чтобы оккупировать европейские страны, гитлеровской Германии потребовалось:

1 день - на Данию; 5 дней - на Голландию; 19 дней - на Бельгию; 35 дней - на Польшу; 44 дня - на Францию; 63 дня - на Норвегию.

В ходе этой захватнической войны к территории Германии почти в 500 тысяч кв. км. была присоединена территория в 4, 5 млн. кв. км.

Впоследствии в мемуарах Уинстон Черчилль с горечью отметил: "Эта битва была проиграна нами ещё несколько лет назад. Запад проиграл её политикой "умиротворения" в Мюнхене в 1938 году. Проиграл после ввода германских войск в Рейнскую область в 1936 году. И даже годом раньше, когда Англия и Франция позволили Гитлеру создать мощную армию".

И живым воплощением агрессивности германского империализма был Адольф Гитлер.

Немецкая реакция в течение ряда лет настойчиво трудилась над созданием культа Гитлера. Не раз выступали с публичными заявлениями, прославляя фюрера, представители немецкой промышленной и финансовой олигархии - Крупп, Флик, Тиссен, Шредер и другие магнаты. Так, в 1939 году Вильгельм Цанген генеральный директор концерна ''Маннесман", вещал: "0 гигантских успехах может написать на своих знаменах молодая немецкая армия, руководимая гениальным Адольфом Гитлером. И мы с радостной уверенностью переходим к выполнению великих задач будущего".

В период успехов фашистских войск в Европе, немецкая пропаганда создала Гитлеру славу "величайшего полководца всех времен".

В военном деле фюрер считал себя прямым наследником короля Фридриха I и Наполеона. Примечательно, что во время блиц-поездки в оккупированный Париж 23 июня 1940 года он удостоил своим вниманием лишь саркофаг Наполеона в Доме Инвалидов...

Руководителям фашистского рейха Гитлер разъяснял свои дальнейшие замыслы: ''Нам нужна Европа и её колонии. Не страны, а континенты, не поражения, а уничтожение противника, не перемещение границ, а перетасовка всего земного шара. Не мирный договор, а смертный приговор - такова цель войны".

Откровенно расистские, шовинистические агрессивные устремления фашистов соединялись ими с самой беззастенчивой социальной демагогией и ложью. В системе фашистского господства, наряду с открытым насилием и физическим порабощением, наряду с тюрьмами, концлагерями и виселицами, большое внимание уделялось пропаганде, идеологической обработке масс, духовному манипулированию их сознанием и поведением.

О том, сколь важное внимание фашистская Германия уделяла пропаганде, свидетельствуют факты:

- за годы гитлеровского правления в стране было произведено свыше 2-х тысяч фильмов;

- опубликованы тысячи романов, сотни антологий стихов;

- организованы сотни художественных выставок,

- созданы тысячи памятников и скульптур.

Все это служило прославлению фашистского режима, воспеванию его мощи и силы. И в конечном счете - одурманиванию людей и порабощению их мышления. Им удалось превратить ординарного бюргера в преступника и убийцу.

Все это они достигли благодаря использованию психологии мелкой буржуазии. Ведь фашизм опирался именно на мелкую буржуазию, как на свою массовую социальную базу.

Обращаясь ко всем слоям немецкого общества, фашисты обещали:

- трудящимся - все привилегии социализма;

- всем мелкобуржуазным и буржуазные слоям - сохранение частной собственности.

Они обещали рабочим право на труд, крестьянам - на землю, женщинам охрану материнства, молодежи - образование, а всем вместе - "национальную немецкую политику".

Фашистские главари, обращаясь к рабочим массам, постоянно оперировали антикапиталистической и псевдосоциалистической фразеологией. Уже само название фашистской партии - "Национал-социалистическая немецкая рабочая партия" - было подобрано специально для обмана масс. В этом наименовании было сосредоточено все, что могло иметь притягательную силу для трудящихся. Еще бы! Партия - и "социалистическая", и "национальная", и "немецкая", и вместе с тем - рабочая.

Одним из ключевых слов фашистской пропаганды было слово "труд". Труд, всеобщность труда - это были главные лозунги фашистов. И на фоне продолжающегося кризиса в европейских странах, эти лозунги в Германии имели сильный психологический эффект. Ведь неважно было, что выход из экономического кризиса начался ещё до прихода гитлеровцев к власти, а безработица была ликвидирована в результате подготовки к агрессивным войнам.

Цель была достигнута: рабочий класс Германии был введен в заблуждение Многие вчерашние безработные не понимали, что после этого страшного кризиса, кажущийся расцвет немецкий экономики обусловлен подготовкой к войне. И что вместо "работы и хлеба" фашизм несет им войну, что миллионы и миллионы будут принесены в жертву войне исключительно ради интересов германских монополистов.

Однако, никакая фашистская демагогия, никакой обман не смогли бы оказывать длительное воздействие на людей и подчинить их себе, если бы фашизм не сумел дать определенных материальных выгод довольным широкие прослойкам немецкого общества.

Если бы, по выражению философа В, Хайзе, "они к святости имени немецкого гражданина не прибавляли бы гешефт буржуа"

Иоганнес Бехер, немецкий государственный деятель:

"Нацистская идеология сумела обеспечить материальные преимущества и временами действительно представляла их для широких слоев. Наживались сотни тысяч маленьких людей, участвовавших в бизнесе вооружения, в строительстве казарм, в поставках обмундирования. Сотни тысяч получали прибыли, участвуя в уничтожении свободных народов"

Ценой эксплуатации и грабежа оккупированных территорий, благодаря быстрым победам и потоку "военных трофеев" в фатерлянд, нацисты получили возможность подкармливать обывателей, заражать их головы шовинистическим угаром, жаждой повой наживы и грабежа.

Генрих Белль в романе "Бильярд в половине десятого" рассказывает, как во время войны, германская газета рисовала "недалекое будущее" немцев:

"...1958 год. Двадцатилетний унтер-офицер Моргнер стал тридцатипятилетним крестьянином Моргнером. Он поселился на берегу Волги.

Его рабочий день кончился. Моргнер наслаждается заслуженным отдыхом, покуривая свою трубочку. На руках у него один из его белокурых малышей. Моргнер задумчиво смотрит на свою жену, которая как раз в этот момент доит последнюю корову. Немецкое молоко на берегу Волги...

Вот выдержка из воспоминаний германского офицера: "Для нас, немцев, тогда все шло неожиданно хорошо. За какие-нибудь три недели поход на Польшу победоносно завершился. Сердца многих немцев забились чаще. И все это при нескольких тысячах погибших с нашей стороны! В октябре в армии разрешили танцевальные вечера. Жизнь почти вошла в нормальное русло. С теми пайками можно было жить!