Читать онлайн «Записки Бандитского адвоката». Страница 34

У лифта на двадцатом этаже нас уже ждали три охранника. У одного в руках была рация, у другого - небольшой металлоискатель, которым он ловким движением провел по нашим карманам. Одобрительно кивнув, третий охранник пошел провожать нас до офиса, а его напарник по рации передал о нашем прибытии.

Признаться, я даже как-то невольно заволновался, ведь мне впервые предстояла встреча с человеком, из которого в последнее время делали "крестного отца" мафии. Да еще казалось, что Квантришвили примет нас высокомерно и холодно, ведь мой знакомый бизнесмен не входил в элитный круг известных предпринимателей. Вскоре мы вошли в гостиничный номер, нас встретила секретарша и предложила нам подождать немного в большой комнате, пока Отари Квантришвили придет.

Офис Квантришвили представлял собой двухэтажный номер люкс, обставленный дорогой массивной кожаной мебелью. Около большого окна стоял письменный стол с шикарной и не менее дорогой инкрустацией.

Вскоре появился сам Квантришвили, он медленно спускался по лестнице со второго этажа своего номера. Это был высокий, крупный, солидный мужчина. Ворот его светлой рубашки без галстука был расстегнут и обнажал мощную и толстую шею.

Он подошел к нам, приветливо поздоровался, присел напротив нас и стал слушать Германа. Ничего похожего на "крестного отца" или вообще на мафиози я в нем не заметил. Его вежливые и спокойные манеры поведения и разговора были под стать и к лицу солидному бизнесмену, меценату.

Нашу беседу постоянно прерывали телефонные звонки, Отари Витальевич вежливо отвечал на них, иногда делал какие-то пометки в своей деловой книжке. Наконец, почувствовав, что не в силах вести с нами переговоры, попросил секретаршу:

- Минут десять меня ни для кого нет.

- Ни для кого? - неуверенно переспросила секретарша.

- Да, кроме... сама знаешь кого.

Мне почему-то сразу захотелось представить, кто входит в этот узкий круг избранных: Япончик или генерал МВД, Кобзон или какой-нибудь министр?

Наконец Герман объяснил суть своего проекта, но мне показалось, что Квантришвили совершенно не заинтересовался им, хотя и не показал виду, а только сказал, что обязательно переговорит со спортивным и городским начальством.

Провожая нас до двери, он вдруг обратился к Герману:

- Я обязательно вам помогу. Вот только улажу одну проблему и займусь вами.

Я подумал, что наверняка проблема была связана с Рушайло.

Когда мы спустились на первый этаж гостиницы, то не обнаружили никого из нашихпровожатых, а на улице не оказалось и наших спутников. Мы прошли несколько шагов и хотели было свернуть к машинам, как вдруг кто-то нас тихо окликнул:

- Молодые люди! Одну минуточку!

Перед нами стояли двое в штатском. Нетрудно было понять, конечно, что оперативники. Один из них показал нам удостоверение. На "корочке" я прочел: "ГУВД, РУОП".

- Давайте пройдем с нами и поговорим, - сказал один из них.

Встреча с оперативниками не показалась мне уж очень неожиданной. Когда мы сели в машину, я осторожно спросил:

- А что, на Шаболовку поедем?

- Нет, почему же сразу на Шаболовку?

- А вы что, бывали у нас? - поинтересовался другой.

Я отрицательно покачал головой.

- Есть тут укромное местечко для разговора.

Через несколько минут мы подъехали к соседнему отделению милиции. Оперативники уверенно прошли мимо дежурного, только кивнув ему. Открыв своим ключом один из кабинетов, они предложили нам войти. Они сразу стали интересоваться, кто мы такие, взяв на проверку наши документы. Мы робко поинтересовались, а в чем причина такого внимания.

- Просто проверка документов, ищем людей, которые находятся в розыске. Вот вас сейчас проверим и отпустим, - сказал один из оперативников.

"Пробив" по ЦАБу наши документы и не получив никаких компроматов, они их вернули нам. И тогда начался разговор, который я, признаться, уже Ожидал.

- Молодые люди, не посвятите ли нас в причину вашего визита к одной приметной личности? - спросил оперативник.

- Кого вы имеете в виду? - спросил я.

- Отари Квантришвили конечно!

- А это что, допрос? - вступил в разговор Герман.

- Нет, просто беседа, не более того, - ответили они.

Поняв, что ссориться с ними не стоит да и особой тайны в его коммерческих планах нет, Герман коротко рассказал, что встреча имела отношение к бизнесу.

Оперативники лишь поинтересовались, не брал ли он денег с нас за совет или участие. А затем нас выпустили, даже не извинившись.

С бизнесом у Германа ничего не получилось, так как городские власти стали категорически возражать против идеи рынка. Спустя некоторое время, 5 апреля 1994 года, Квантришвили был убит от руки снайпера в Столярном переулке. Убийство тогда приписывали Солонику.

Став адвокатом Солоника, я старался не спрашивать его об обстоятельствах ликвидации Отари. Но однажды он сам обмолвился о какой-то детали в гибели Квантришвили. Но я не стал настаивать на расшифровке подробностей, полагая, что он услышал об этом тоже от кого-то.

После пышных похорон Квантришвили на Ваганьковском кладбище многие представители криминального мира сходились во мнении, что к его гибели причастны спецслужбы.

СИЛЬВЕСТР

Моя единственная встреча с Сергеем Тимофеевым, по кличке Сильвестр, лидером ореховской группировки, состоялась в 1994 году, за несколько месяцев до его гибели. К тому времени из России уехал Михась, погиб Отари, и Сильвестр, по существу, являлся одним из самых влиятельных лидеров. Хотя, конечно, нельзя сбрасывать со счетов значения и таких лидеров, как Захар, Цируль, Шакро.

С одним из курганских авторитетов мы сидели в баре гостиницы "Славянская" и обсуждали его коммерческий проект. Неожиданно в зале появился мужчина средних лет в сопровождении охраны.

- О, - сказал Витя, - Сильвестр прибыл!

Я стал разглядывать эту легендарную личность. Передо мной был высокий брюнет, Одетый в добротное кашемировое черное пальто, из-под которого виднелись черный двубортный костюм из дорогой ткани и черная водолазка. Его сопровождали шестеро охранников, которые были с Дальнего Востока, потому что, как ходили слухи, Сильвестр никому не доверял из своего сообщества.

Сильвестр молча подошел к столику, поприветствовал Витю, они обнялись. Сильвестр сел за наш столик, а охрана - за соседние столики.

Сильвестр медленно вытащил из кармана пальто миниатюрную рацию японской фирмы "Sony", мобильный телефон "Эриксон" и с пристальным вниманием осмотрел присутствующих в зале. Из-за многих столиков его приветствовали, подходили к нему, целовались, обнимались, протягивали руку, приглашали пересесть к ним, но никому Сильвестр не предлагал присоединиться к нашей компании. Между Витей и Сильвестром началась беседа, связанная с какими-то коммерческими вопросами. Я почувствовал, что становлюсь лишним в этой беседе, и, извинившись, пересел за соседний столик, к охранникам Сильвестра. Я познакомился с ними, Александром Циборовским и Вадиком Романюком, которые в будущем стали моими клиентами.

Сильвестр просидел в баре не долго, время от времени разговаривал по мобильному телефону. Попрощавшись, он вышел. Охранники последовали за ним.

В день своей гибели Сильвестр приехал на встречу в акционерный коммерческий банк "Барн", расположенный на 3-й Тверской-Ямской улице, на шестисотом "мерседесе". С ним было всего два телохранителя. Однако машина постоянно находилась под наблюдением - таково было одно из условий работы с Сильвестром. Как вспоминал Александр Циборовский, вероятно, бомба могла быть заложена в машину, когда она находилась в мойке. По оценкам специалистов ФСБ, масса тротилового заряда, прикрепленного магнитом к днищу автомобиля, равнялась 400 граммам. Взрыв произошел, как только Сильвестр сел в машину и начал разговаривать по телефону. Видимо, сработала радиоуправляемая установка. Корпус сотового телефона отбросило взрывной волной на 11 метров.

Циборовский категорически отвергал версию, что Сильвестр, как писали многие, сам инсценировал свою смерть и погиб его двойник. За полчаса до его гибели с Сильвестром общалось как минимум человек двадцать, которые сразу бы распознали двойника. Так что скончался он сам, один из влиятельнейших авторитетов. Причины смерти могли быть самые разнообразные, и сейчас, наверное, уже трудно их установить.

Владивостокская охрана Сильвестра перешла в другие группировки, и через год, в июне, я защищал Циборовского и Романюка, которые проходили по уголовному делу, связанному с перестрелкой на пляже в Строгине. Тогда мне удалось их вытащить из-под ареста и прекратить дело за недоказанностью убийства одного владимирского авторитета. Позже я узнал, что Александр Циборовский погиб при невыясненных обстоятельствах, а Вадик Романюк вернулся на Дальний Восток и, наверное, находится там и сейчас, если остался жив.

НАУМ

Знаменитый скандальный случай с Василием Наумовым (Наум), лидером коптевской группировки, и его охраной из милицейского спецподразделения "Сатурн" имел достаточно большой резонанс.