Читать онлайн «Та самая Татьяна». Страница 53

Свой век, вплоть до кончины в 1870 году, Татьяна Дмитриевна Ларина (она же княгиня N, Онегина, Ртищева) доживала в Санкт-Петербурге в полном одиночестве.

Помимо публикуемых ныне, она оставила обширные записки и воспоминания, которые еще ждут своего часа и своих публикаторов.

Авторы благодарят за ценные сведения, которыми с нами поделились Сергей Апоницкий и Александр Аникеев.

См. об этом: Анна и Сергей Литвиновы, «Вояж с морским дьяволом».

Задерживается (англ.).

По алфавитному. Восемь, Два, Девять, Ноль и т. д.

Одна рупия равна 0,5589 рубля.

Классическая процедура традиционной аюрведической медицины, являет собой длительное проливание тонкой струи подогретого масла на лоб.

Горная болезнь (англ.).

Ты моя богиня! (англ.)

Влада, слушай! Влада, пожалуйста, вернись! (англ.)

Закрой рот! (англ.)

Чортен (или ступа) – небольшой каменный монумент.

Около двадцати метров.

Следует отдать должное прозорливости г-на Онегина. Опыты по закреплению изображений в камере-обскуре и впрямь увенчались успехом и сделались основой для широкого распространения современной фотографии. (Прим. Издателя, Ивана Шиншиллинга, 1872 год.)

Позднейшее примечание Т.Л.: Интересно, а как бедная девушка объяснила своим сродственницам, наверняка во все глаза наблюдавшим за нею, неожиданный визит к ней барина из соседнего села? Неужели тем же, чем пояснил мне Е.О.: его отзывчивостью на народные чаяния?

Еще бы! Могу себе вообразить, как смутилась сельская красотка! (Прим. Т.Л. – тогда же).

Автомедон – в произведениях Гомера возница и соратник Ахиллеса.

К письму сохранилось позднейшее примечание г-жи Татьяны N. (Лариной): «Какое счастье, что на месте Оли не оказалась я! Тогда бы моя судьба могла пойти совсем по другому пути! Кто знает, может, мое сердце, ждавшее в ту пору кого-нибудь, выбрало бы тогда уланского майора с рыжими усами? Какой кошмар! Нет, представить себя влюбленной в этого человека я никак не могу!» (Прим. издателя – 1872 год.)

Позднейшее примечание Т.Л.: «А я ведь и вправду ничего не знала о планируемом похищении. С Ольгой мы, хоть и сестры, но никогда не были особо близки. А к тому времени, что описывает майор, мы и вовсе разошлись. Сестра моя была ветреной кокеткой и считала своим долгом соблазнить всякого мужчину, попадающегося ей на пути. Во мне же она видела постоянную конкуренцию, подозревая (возможно, не без оснований), что всякий мужчина, даже увлеченный ею, способен, познакомившись со мной, переметнуться в лагерь моих сторонников. Потому Ольга избегала не только знакомить меня со своими поклонниками, но и рассказывать мне о них. И даже – постфактум комментировать свои победы и неудачи. Что же касается маменьки, то она в тот раз тоже удержала свой рот на замке. Прасковья Александровна не сказала мне ни слова об истории с несостоявшимся похищением Ольги, хотя, полагаю, ей и было трудно сдержаться, однако она боялась, видимо, огласки – не напрасно полагая, что дурной пример сестры может стать для меня заразительным».

Солдат при фурах при военном обозе.

Позднейшее примечание Т.Л.: «В ту пору моя сестра Ольга еще не знала, что мы снова встретились с Евгением».

На самом деле не существует никаких свидетельств, чтобы подобные исследования проводились – ни в парижской полиции того времени, ни где бы то ни было еще. Вполне вероятно, что Е.О. своей догадкой значительно опередил свое время. (Прим. издателя, А.Шиншиллинга, – 1872 год.)