Читать онлайн «Ограбления и кражи: Бандиты, грабители, воры и мошенники». Страница 101

Однако в ночь на 23 июля 1958 г. был совершен взлом опечатанной кассы Эмиля Ш. Новая ревизия установила, что преступник похитил несколько пачек картонных проездных билетов общей стоимостью 56 717,11 кроны.

Установленные расследованием обстоятельств свидетельствовали, что взлом произвел Эмиль Ш. На этом основании следователь заключил Эмиля Ш. под стражу и одновременно произвел обыск на его квартире. При обыске следователь нашел два новых, еще не использованных картонных проездных билета: один билет находился в кухонном буфете, другой — в ящике кухонного стола.

Сначала следователь не придал этим билетам большого значения, счел мелочью, однако изъял их и отразил в протоколе обыска. Он исходил из того, что они могут иметь значение не только для изобличения Эмиля Ш. во взломе, но и для выяснения метода хищения денег.

Были проверены и другие следственные действия, как и обширные оперативно-розыскные мероприятия. Но ничего, что могло бы изобличить Эмиля Ш. во взломе кассы, установлено не было. И следователь приступил к допросу обвиняемого.

В ходе допроса следователь предъявил Эмилю Ш. два проездных билета, найденных при домашнем обыске, и потребовал объяснить их появление, указав при этом, что искреннее признание повлияет на меру наказания. Эмиль Ш., убежденный, что проездные билеты, которые следователь вынул из своего портфеля, именно те, что он спрятал в сарае у отца своей жены Павла О., признался и описал всю свою преступную деятельность следующим образом.

Будучи кассиром железнодорожной станции П., Эмиль Ш. знакомился с разными лицами и участвовал вместе с ними в выпивках и развлечениях. Со временем, когда ему стало не хватать личных средств, он решил воспользоваться деньгами, вырученными от продажи проездных билетов. Кроме того, он собирался построить дом для семьи. На приобретение строительного материала использовал также похищенные деньги.

Таким образом он «распоряжался» государственными средствами до 7 июля 1958 г., пока у него в кассе не была про: ведена ревизия, которой он не ожидал. Недостачу в кассе он покрывал двумя способами: подделкой воинских требований па кредитные перевозки, продажей дорогих картонных проездных билетов, которые он подменял в запасном шкафу более дешевыми Льготными проездными билетами, и фальсификацией отчетности о продаже льготных проездных билетов. Подмену картонных билетов проводил следующим образом: опечатанную пачку, содержащую 100 билетов, раскрывал, заменял 99, штук дорогих билетов более дешевыми льготными проездными билетами и лишь верхний билет оставлял прежним — высокой стоимости. Измененную таким образом пачку он снова опечатывал и клал в запасной шкаф на прежнее место.

Когда Эмиля Ш. отстранили от работы в кассе, он понял, что будет изобличен в подделке и использовании не по назначению воинских требований на кредитные перевозки. Однако он намеревался скрыть махинации с картонными билетами; с этой целью решил произвести в ночь на 23 июля 1958 г. взлом своей кассы и похитить из запасного шкафа те пачки картонных билетов, в которых, по его предположению, находились подменные билеты.

Взлом кассы он произвел во время ночной работы и на другой день похищенные билеты сложил в кожаный портфель, который спрятал в сенном сарае у отца своей жены Павла О. (позднее портфель с билетами там и был найден). Кроме похищенных из запасного шкафа, проездных билетов, стоимостью 29 581,80 кроны, в портфеле оказалось также 10 воинских требований на кредитные перевозки. Некоторые из них были еще в нетронутом виде, другие были уже подделаны, а на некоторых был устранен только первоначальный текст, то есть они были «подготовлены» для использования не по назначению. В портфеле находилось 130 штук уже использованных, но еще не прокомпостированных картонных билетов различной стоимости, три конверта с кассовой документацией и бланками, малый резиновый штамп и прибор «Мизик».

Итак на первый взгляд мелочь — два неиспользованных картонных проездных билета — привела в конце концов к разоблачению и изобличению крупного расхитителя денежных средств.

После первоначальных неотложных действий следователь наряду с прочими выдвинул версию о том, что Ярмила Я., заведующая районным табачным складом в Г., постепенно. расхитила 1 млн. 542 тыс сигарет марки «Партизанка» и 80 тыс. сигарет марки «Липа». Это преступление она пыталась скрыть поджогом склада. Однако пожар был ликвидирован местными жителями в самом начале.

На первых допросах Ярмила Я. представила дело так, будто указанное количество сигарет у нее выманили обманным способом неизвестные преступники, предъявившие распоряжение начальника областного табачного складу. Подробнее она описала это так:

«28 октября 1957 г. около 17 часов 30 минут ко мне на квартиру пришел незнакомый мужчина, который предъявил письменное распоряжение начальника областного табачного склада в О. о выдаче подателю этого распоряжения всего запаса сигарет марки «Партизанка» и 80 тыс. сигарет марки «Липа» для переучета. Вместе с мужем и незнакомым мужчиной я села в грузовую автомашину, которая ожидала возле дома. В машине сидел водитель, которого я видела также в первый раз. Все вместе поехали к табачному складу. Муж вышел на площади с тем, чтобы подождать меня в ближайшем ресторане. На складе я выдала требуемые сигареты. На календаре в конторе склада я записала номер удостоверения личности неизвестного мужчины, предъявившего распоряжение начальника областного склада, и номер грузовика. Распоряжение, однако, незнакомый мужчина забрал обратно. При этом он заверил, что утром 29 октября областной табачный склад возвратит ей все сигареты. Во всем этом я не видела ничего подозрительного, поскольку пересылка сигарет подобным образом раньше производилась часто».

Ярмила Я. представила также накладную, из которой вытекало, что вышеуказанное количество сигарет полупил грузчик Ян Олешный. Муж полностью подтвердил ее показания.

Прежде чем приступить к проверке этой версии, следователь сделал определенные выводы, которые должны были существовать в случае, если Ярмила Я. говорит правду? С учетом конкретной ситуации во внимание были приняты следующие обстоятельства:

1) погрузка такого большого количества сигарет потребовала бы не менее трех четвертей часа. Склад расположен на многолюдной улице. Преступление совершено между 17 часами 30 минутами и 18 часами 30 минутами. Поэтому должны существовать свидетели, которые в то время проходили мимо табачного склада и должны были заметить стоявшую перед складом автомашину, а возможно, и саму погрузку коробок с сигаретами;

2) неизвестные преступники предъявили удостоверение личности. Следовательно, удостоверение было выдано конкретному лицу. Здесь возможны два предположения. В случае если преступником является владелец удостоверения, он не может достоверно указать свое алиби или будет стремиться создать ложное алиби с помощью других лиц. Но можно предполагать, что удостоверение личности преступник подделал, либо похитил, либо его кто-то потерял и преступник этим воспользовался;

3) речь идет об относительно большом количестве сигарет. Похитить его сразу очень трудно. Трудно и реализовать такое большое количество сигарет. Если же хищение производилось постепенно, значит, преступник скрывал его весьма изощренными способами. Ревизионные органы до этого не установили никакой недостачи на складе, хотя и провели несколько инвентаризаций.

Поэтому должны существовать следы этой преступной деятельности в бухгалтерских отчетах;

4) в случае, если пожар произошел от взрыва сажи в печи после ее загорания, на дверках печи должны находиться характерные следы (дверки будут выбиты, а рама повреждена и т. д.), и к тому же сажа в дымоходе должна была сгореть.

В ходе дальнейшего расследования оказалось, что рассуждения следователя были вполне правильными. Он смог правильно определить ход следствия (на основании выдвинутой версии) лишь благодаря тому, что уяснил существенные признаки каждого из предполагаемых фактов. Взять, например, пожар, который мог произойти после того, как были выбиты печные двери в результате взрыва сажи в дымоходе.

К выводу о случайно возникшем пожаре пришли как органы районной инспекции пожарной охраны, так и сотрудник уголовного розыска. Они основывались на том, что дверки дымохода были приоткрыты, под ними оказался прожженный пол и обгоревшие бумажные коробки, сигареты и т. п. Но при этом были оставлены без внимания другие существенные обстоятельства, которые заметил следователь только при повторном осмотре места пожара. Если бы действительно произошло загорание и затем взрыв сажи, то на месте должны были находиться соответствующие следы. Прежде всего, учитывая, что дверцы дымохода имели прочный запор, они не могли открыться без повреждения; они были бы выбиты, вероятно, вместе с рамой или иным образом повреждены. Далее, сажа в дымоходе не могла при загорании остаться в прежнем состоянии — она должна была сгореть.