Читать онлайн «Приключения дрянной девчонки». Страница 64

На улице меня встретило сочное золотистое утро. Я шла, блаженно потягиваясь и радуясь неизвестно чему. Впрочем, одна причина для радости все-таки имелась – хороший завтрак. 18 августа. Ничего примечательного, кроме разговора с Нелей. Она живет на квартире у очередного любовника. Я была у нее в гостях, и мы проболтали до рассвета под пластинку Эллы Фитцджеральд. Я с удовольствием рассказала Неле историю падения бедного Советова. На ее лице появилась неприятная гримаска. Она не переносит, когда кто-нибудь посягает на ее собственность. Но, подавив мимолетный укол ревности, она произнесла своим милым лицемерным голоском: "Ах, Андрюша такой хороший. Ему нужна женщина, которая действительно его полюбит. Он этого заслуживает". И потом совсем другим тоном с нескрываемым интересом спросила: "Скажи, а когда вы занимались любовью, он подкладывал тебе под задницу подушку, чтобы удобнее было трахать?" "Подкладывал", – ответила я, и мы принялись хохотать, как две заговорщицы. 25 августа. До полуночи остается десять минут. Только что от меня ушел любимый мужчина. Мы занимались любовью в грязной ванне, он поливал меня водой и сдирал тонкие шелковистые полоски моей кожи, обгоревшей под волжским солнцем. Два таракана на стене совершали не менее страстный половой акт, мы смыли их сильной струей душа. Прекрасная гибель в момент оргазма.

Я сейчас одна и никак не могу успокоиться. Власть ночи сдавливает горло. Все во мне бурлит, бродит и пенится, сердце бьется звонче и решительнее. Я распахнула все окна в комнате, разделась донага и отдалась легкому ночному ветру, мне открылись тысячи маленьких пор, впитывая до капли августовскую ночь. Какое счастье быть молодой, так остро чувствовать жизнь и так волноваться!

За минуту чудного волнения я расплатилась чувством обиды и жалости к самой себе.

Почему никто не видит меня сейчас, нагую, коричневую от солнца, освещенную тусклыми лучами фонарей?! Некому похвастать загаром, пока он окончательно не облез. Я накинула халат и выскользнула в коридор к телефонному автомату. Долго мучилась раздумьями, кому бы позвонить, листала записную книжку и наконец набрала номер Андрея Советова. Он откликнулся неожиданно бодро: "Ты откуда звонишь? Ты уже в Москве? Я сейчас возьму такси и приеду". "Но это дорого", – возразила я. "У меня есть десять рублей". Я положила трубку и усмехнулась.

Бедный мальчик! Готов потратить последние деньги, чтобы отлить молодую нетерпеливую сперму. 26 августа. Разочарование – так можно определить мое сегодняшнее состояние.

Советов примчался ночью, неправдоподобно юный и свежий, как деревенский воздух, и тут же повалил меня в постель. Увольте меня от таких наивных совокуплений. Не хватало только сеновала, травинок, запутавшихся в волосах, задранной юбки и запаха навоза. Мне подавай предварительное томное собеседование, одурманенность винными парами и сигаретным дымом, медленное приставание и мой картинный отказ.

Для женщины наслаждение – Это прежде всего дело воображения. Поцелуи Андрея показались мне пресными, как поцелуи брата.

Он насытился мной и уснул сном праведника. А я до рассвета ворочалась во влажной неразберихе одеял и простынь, На стонущей под тяжестью двух тел узкой кровати.

Все раздражало меня – чужое тело, чужое дыхание, чужой запах, "наконец в семь утра я безжалостно растолкала Андрея и велела ему убираться ко всем чертям. Он минут пять смотрел на Меня бессмысленным взглядом, потом обиженно надул губы и стал одеваться. Со сна он долго" не мог сообразить, как правильно надеть брюки, и я невольно пожалела его. После его ухода я спала до двух часов дня крепким младенческим сном а потом валялась в постели еще час, читая детектив.

Эксперимент с Советовым можно считать завершенным. 1о сентября. Настроение престранное. За окном пестрый смеющийся сентябрь, ветер постукивает легкими пальцами в окно, а сердце сжимается сладкой сентиментальной грустью. Моя голова забита мечтами, мелодиями, красками, строчками стихов – всеми химерами юности. Позавчера мне исполнилось двадцать лет. Был милый праздник, устроенный моим любовником, с оттенком неизбежного вопроса: "А что дальше?" Сегодня вернулась в общежитие, на моей кровати лежал букет увядших цветов, смягчавший угрюмую казенщину комнаты, и открытка: "Поздравляю с днем рождения! Советов". Вот дьяволенок! Кажется, он работает сразу на два фронта.

Когда я вернулась из дома с каникул, он уже жил по-семейному с Нелей. Неля способна построить семью из любого подручного материала. Как только в ее жизни появляется новый мужчина, она тут же набивает холодильник продуктами, развешивает по дому постиранное белье, создает общий бюджет и занимается хронической готовкой. Вот и в этот раз, когда я нанесла им дружеский визит, в комнате сушились полотенца, а на электроплитке пыхтела кастрюлька. Помешивая фырчащее варево ложкой, Неля в красках изложила мне свой роман, я, как истинный друг, развесила внимательные уши, а Советов дозволил себе роскошь прикинуться дурачком. Все мы сделали вид, что щекотливый факт моего совокупления с Андреем благополучно забыт. И вот в качестве напоминания об этом забавном происшествии – букет роз, ждавший меня два дня и погибший от жажды. Я становлюсь сентиментальной. 15 сентября. Моя соседка Вика – дама с партизанскими наклонностями. Все свои бумаги, даже случайные записки и номера телефонов, она неизменно сжигает. Я подозреваю, что наиболее важные документы Вика для надежности съедает, запивая стаканом воды. Кажется, я усвоила ее пагубные привычки. Сегодня я целый день жгу свой собственный дневник, наполняя комнату смрадом. Делаю это медленно, с наслаждением, любуясь тем, как листочки легкими черным бабочками ложатся на пол и рассыпаются в прах. Перечитала записи последних двух месяцев и переполнилась отвращением к самой себе. Какой контраст с легкомысленным летним настроением! Сплошные сопли, вопли и слизь. Как будто я единственная женщина на свете, покинутая возлюбленным! Как писали в старинных романах: "Граф Н. оказался подлецом. Бедная Мари рыдала, заламывая руки…" Всю осень я собирала осколки своего счастья, раня себя в кровь. Хватит с меня кружения вокруг пламени и мысленных странствий в чудесное прошлое. Я расправилась с осенним дневником, и теперь моему мертвому сердцу безопасны любовные уколы.

Единственный, кто утешает и развлекает меня в моем нынешнем положении, – это Советов. Он является раз в неделю, вызывающе хорошо одетый, в неизменно ровном расположении духа, изображает себя чемпионом среди простаков и охотно тушуется в разговорах, давая мне возможность блеснуть своими рассказами. Свежие рубашки и начищенные ботинки выгодно отличают Андрея от дасовских мужчин в тренировочных штанах с вытянутыми коленками и в тапочках на босу ногу, а его отутюженный серый костюм выглядит в нашем притоне почти смокингом с галстуком-бабочкой. Этот юный денди скорее просто мил со мной, чем влюблен. Я нахожу его неглупым и остроумным, и сексуальное притяжение напрочь исчезло. Его робкие прикосновения не вызывают ничего, кроме неловкости. Я не единственная его пассия. Вчера утром встретила Андрея на трамвайной остановке в компании Катюши, моей подруги. У них был такой утомленный, пресыщенный вид, как будто ночь они использовали по назначению.