Читать онлайн «Адвокат. Судья. Вор (сборник)». Страница 100

Лена объяснила Бродовкину, что тот реально сможет распорядиться деньгами лишь после того, как курьер доставит подтверждение из Москвы. Михаил Константинович начал заламывать руки и кричать, что у него горят контракты и срываются сделки. В разгар его глубокой коммерческой драмы появился Сергей, который, как оказалось, хорошо знал Бродовкина.

– Лена, может быть, можно получить подтверждение из Москвы по телетайпу? – спросил Челищев Красильникову. – Это очень важно, очень… У меня в «Самоцвете» тоже есть свои интересы.

Лена посмотрела Сергею прямо в глаза и наклонила голову.

– Хорошо, я попробую. Для тебя…

Лена отбила в Москву шифротелетайпограмму и получила оттуда подтверждение. Фокус был в том, что шифротелетайпограмму из Москвы давал человек, который был в доле и почти ничем не рисковал, потому что официальным подтверждением мог считаться лишь корешок платежки, доставленный специальной почтой, а все остальное было воздухом, словами, фикцией…

Бродовкин, получив возможность распорядиться деньгами, тут же раскидал их на счета сразу нескольких фирм в разных банках. Оттуда деньги пошли еще дальше – так, чтобы их уже никто не смог отследить. Сергей ошеломленно наблюдал за тем, как прямо из воздуха на его глазах материализовались миллиарды – он до самого конца не очень верил, что все может получиться так просто…

На следующий день Челищев приехал в банк незадолго до конца рабочего дня и отвез Лену домой, где состоялся тяжелый разговор. Сергей рассказал, что Бродовкина подставили и «кинули» – реальных денег у «Вайнаха» нет, подтверждения из Москвы не будет… Лена побелела и разрыдалась, а Челищев долго утешал ее, объясняя, что не бросит ее в этой ситуации, что нужно просто скрыться на какое-то время – деньгами и документами он поможет, и место уже есть замечательное – домик на северном побережье Крыма в поселке Песчаное – там солнце, море, фрукты, там можно будет начать новую жизнь, а здесь уже ловить нечего. Кто тут станет разбираться в том, что на самом деле произошло? Все свалят на Лену, сделают ее крайней…

Он говорил, убеждал, доказывал несколько часов, рисовал перспективы нормального, обеспеченного будущего:

– Ты пойми, Леночка, бояться и стыдиться тебе нечего, умысла на все случившееся у тебя не было, а значит, и совесть твоя чиста. Деньги, которые потерял банк, спишутся, просто кто-то немного потеряет в прибыли… А ты уже давно заслужила нормальную человеческую жизнь, ты и твой ребенок…

В конце концов Красильникова немного успокоилась и начала суматошно собирать вещи – Челищев сказал, что улететь нужно прямо завтра, а паспорт на новое имя и новую метрику ребенку он сделает за несколько часов…

Когда Сергей уже собрался уходить, Лена обхватила его руками и в голос зарыдала. Челищев остался, проклиная в душе себя, Антибиотика, все банки разом и вообще всю эту подлую и грязную жизнь.

Эта ночь была невероятно длинной, и оба не сомкнули глаз ни на минуту. Лена отдавалась Сергею так исступленно и искренне, что к утру они еле нашли силы встать с постели…

Вечером Сергей отвез Красильникову (по новому паспорту она стала Федоровой) в аэропорт. Там он передал ей документы на дом и пятьдесят тысяч долларов. Лена все время плакала, а ее дочка, наоборот, радовалась, утешала маму и все время спрашивала: «А какое оно, это море…» Перед тем как уйти на посадку Лена бросилась Сергею на грудь.

– Ты приедешь к нам, приедешь? Ну скажи, скажи, Сереженька?!

– Да, – не выдержал и соврал Челищев. – Приеду. Только не сразу, у меня ведь тоже тут проблемы большие – когда еще с ними разберусь… Ты позвони мне обязательно, как доберешься и устроишься… А потом я дам знать о себе – ближе к осени…

Из аэропорта Сергей заехал в мастерскую к своему старому приятелю Игорю – скульптору, у которого не был с прошлой осени. Игорь ахнул, увидев лицо Челищева и его седые волосы…

Игорь переживал не лучшие времена: заказов не было, монументальная скульптура никому не была нужна. Сергей достал пять тысяч долларов и протянул их скульптору.

– Помнишь, мы про памятник моим говорили… Я могу уехать… Надолго… Прошу тебя – сделай все сам… Этих денег хватит?

Игорь покачал головой.

– Я не возьму столько, это слишком много…

– Ничего, – Челищев положил доллары на стол. – Много – не мало, пусть с запасом будет… Ты наведывайся на могилку иногда – подправить там что-нибудь, подновить… Я действительно надолго уезжаю.

Было видно, что Игорь хочет задать Сергею много вопросов, поэтому Челищев, грустно улыбнувшись, сказал скульптору:

– Ты не спрашивай меня ни о чем… Поверь, так спокойнее будет – и мне, и тебе тоже…

Они долго просидели за чаем с сушками, курили, разговаривали «за жизнь». Перед тем как попрощаться Челищев вдруг обратился к Игорю с неожиданной просьбой:

– Слушай, Игорюха, ты ведь крещеный?

– Крещеный, а что?

– Отведи-ка меня завтра в церковь. Я тоже окреститься хочу.

Игорь от удивления даже крякнул:

– Что это тебя проняло-то так? Какая такая благодать снизошла?

Сергей вздохнул и пожал плечами:

– Дело не в благодати… Я где-то прочитал, что если человек – некрещеный, то Бог как бы и не знает о его существовании – ни о делах его, ни о нем самом… Вот я как-то и подумал, что честнее будет окреститься, чтобы Он все знал и видел… А там пусть уж Он сам разбирается, чего было больше – хорошего или плохого… Прятаться от Него не хочу.

– Интересный подход, – хмыкнул Игорь. – Вообще-то от Него не спрячешься – что так, что эдак… Но спорить не стану – неисповедимы пути к Богу.

Сергея окрестили на следующий же день в маленьком храме Николы Угодника, где настоятелем был отец Александр – старый приятель Игоря, бывший скульптор, кстати.

Все прошло очень по-домашнему, скромно и тихо, обряд занял всего около часа. Странно, но Челищев почувствовал облегчение, правда, ненадолго – затихший было в его груди метроном застучал снова, когда Сергей с Игорем вышли из храма…

Сразу после крещения Челищев поехал на встречу с Антибиотиком, которая на этот раз состоялась в одном из кабинетов Дворца молодежи – прямо напротив городского управления ГАИ. Виктор Палыч был в прекрасном настроении, поздравил Сергея с замечательно проведенной комбинацией в «Отечестве»:

– Так держать, сынок! Смотри, как все хорошо получилось – через несколько дней можно будет уже и денежки пощупать… Кстати, я давно тебе хотел присоветовать – дело, конечно, твое, как ты долю тратить будешь, но могу подсказать, куда вложиться можно… Когда деньги не работают, а в чулке лежат, – они умирают…

Сергей поблагодарил и обещал подумать над этими словами.

– Подумай, подумай, – кивнул старик. – У нас тут одна новая тема закручивается – по рекламным делам с телевидением. Перспективы – атомные, и риску никакого…

Челищев осторожно кашлянул и перевел разговор на другую тему:

– Виктор Палыч, через шесть дней вроде бы должны Катю выпустить…

Антибиотик кивнул и подтвердил:

– Да, я интересовался, там все в порядке, никто мешать не будет… Ну и какие планы, молодежь? Отдохнуть бы вам хотя бы недельку-другую, а? Не помешает?

Виктор Палыч рассмеялся, поняв, что предугадал просьбу Сергея. Челищев, опустив голову, начал благодарить, но Антибиотик благодушно махнул рукой:

– Ладно, ладно, я же понимаю… И Кате нужно в себя прийти, да и тебе отдых не помешает. Вы мне оба будете нужны здоровыми и веселыми. Тем более что у вас теперь для этого все есть…

– Да, – сказал Челищев. – Действительно все.

– Кстати, – «вспомнил» Антибиотик на прощание. – Лена Красильникова добралась до места нормально, вроде бы довольна всем… Дом у нее – целые хоромы, прямо на берегу, до моря метров триста. Люди вокруг хорошие, помогут, позаботятся… Она тебе позвонить сегодня должна.

Лена действительно позвонила Челищеву вечером. Видимо, солнце и море придали ей сил и надежды, в ее голосе больше не было горечи и страха, как при расставании в аэропорту. Она спрашивала, когда он сможет приехать. Челищев пообещал, что постарается дать знать о себе в начале осени… Повесив трубку, он долго сидел молча, глядя на телефон, и думал о том, что, может быть, хоть одной женщине он помог устроиться в жизни. Сергей утешал себя тем, что его она скоро забудет. Лена – женщина молодая и красивая, да и с деньгами теперь – пройдет год, другой, и все у нее наладится…

(Бог пожалел его и не дал узнать, что в начале июня на одном из пляжей в Песчаном был обнаружен труп молодой женщины, видимо, утонувшей во время купания. Тело долго пролежало в воде, и лишь с большим трудом местной милиции удалось идентифицировать его как труп некой Федоровой, недавно унаследовавшей дом от дальней родственницы и переехавшей в Песчаное вместе с шестилетней дочкой. Кстати, дочка куда-то исчезла, ее занесли в реестр «пропавших без вести», но особо не искали, потому что предположили, что она тоже утонула, купаясь вместе с матерью во время шторма…)