Читать онлайн «Меч, магия и челюсти». Страница 50

С 1998 года Христо Поштаков — на «вольных хлебах», зарабатывает на жизнь исключительно литературным трудом.

Дебютная книга рассказов Христо Поштакова «Дежурство на Титане», вышедшая в 1993 году в одном из первых в Болгарии специализированных издательств фантастики «Орфия», была положительно встречена критикой и читателями, свидетельством чему служит и поощрительный приз за дебют от Европейского конгресса писателей-фантастов — «Еврокон» (1994). Книга «Дежурство на Титане» вышла незадолго до пятидесятилетнего юбилея «молодого» фантаста.

Этот сборник закрепил за Христо Поштаковым репутацию мастера короткой формы: именно в рассказе он чувствует себя уверенно, даже вольготно, избегая длиннот, он ограничивается минимальным набором синтаксических конструкций. «Шинель», из которой произросла проза Христо Поштакова, легко угадывается — это творчество знаменитого американского писателя-фантаста Роберта Шекли. Однако речь не идет о слепом подражательстве (ведь и Шекли вырос, в свою очередь, из новелл О. Генри и отчасти Марка Твена). Дело скорее в родственности художественной манеры: подчеркнутый лаконизм, пародийно-сатирический взгляд на мир, точность формулировки, парадоксальность сюжетных построений.

С формальной точки зрения Христо Поштаков принадлежит к молодому поколению болгарских фантастов, чье литературное становление пришлось на конец 80-х — начало 90-х годов. Это поколение уже с иной художественной эстетикой, иной тематикой и взглядами на функции научной фантастики, нежели авторы 1960— 1970 годов. В то же время поэтику, художественную идеологию фантастики Христо Поштакова весьма затруднительно соотнести, уравновесить с прозой других авторов «новой волны», исповедующих ярко выраженную гуманитарную (или «мягкую») фантастику и явно ориентирующихся на пересечение с литературой основного потока («мэйнстрима»).

И действительно, на фоне, например, лексически насыщенного «неомифологического реализма» Янчо Чолакова, Николая Теллалова и Димитра Ленгечева, утонченного эстетского сарказма рассказов Алека Попова или философско-поэтических притч Светослава Николова и Ивана Серафимова научно-фантастические новеллы Христо Поштакова при поверхностном прочтении представляются эдакой трогательной ностальгией по золотому веку англо-американской НФ, с которой он как переводчик более чем хорошо знаком. Почти все его творчество — это апология классических традиций научной фантастики. Проза Поштакова — подчеркнуто атрибутивна, жестка, но одновременно ей присущ пародийно-иронический взгляд на традиционные темы НФ. В этом, на наш взгляд, и кроется ее «нововолновость», ведь постмодернистская эпоха требует тщательного осмысления опыта литературного прошлого. И в лексике, стилистике, в сюжетных переходах рассказов Поштакова легко просматриваются пародийные реминисценции классических приемов «англоговорящей» НФ 60—70-х годов. Надо при этом заметить, что в НФ последнего десятилетия XX века вообще наблюдается тенденция к возрождению «твердой» (естественнонаучной) НФ. Особенно отчетливо это проявляется в фантастической прозе США, Великобритании, Японии (достаточно обратиться к творчеству нынешних фаворитов западной НФ — «технарей» Грега Игана, Грегори Бенфорда, Дэвида Брина или Грега Вира). Заметно возвращение к традициям и в российской НФ. Некоторые критики даже высказывают предположения о симптомах реанимации сюжетов, характерных для НФ первой половины XX века. Эти литературные явления, однако, вполне закономерны в мире развивающихся информационных технологий рубежа веков, когда формируется «новый тип элит — локально-замкнутых и вместе с тем обладаюших доступом практически к любой информации» (Геворкян Э. Последний Бастион // Если. 2000. № 2. С. 224). Возможные социально-экономические и психологические последствия тотального расширения таких «элит» в близком будущем Христо Поштаков с несвойственной ему «серьезностью» рассмотрел в романе «Приключения в Дарвиле» (1996).

В числе же приоритетных тем болгарского фантаста — вероятные модели (позитивные и негативные) космической экспансии человечества, природа и нюансы контакта между представителями иных цивилизаций. Рассказы дебютной книги, равно как и последующих сборников «Планета Скали» (2001) и «Генератор реальности» (2004), — это галерея самых причудливых образов представителей иного разума, калейдоскоп экстраординарных ситуаций. Фантаст использует широкий диапазон сюжетов и художественных приемов. Излюбленный жанр Поштакова — юмористическая фантастика шеклианского типа, где тема контакта и космической экспансии остроумно обыгрывается как череда курьезных ситуаций («Идем в гости», «Похожий на гриб», «Дежурство на Титане», «Кродо», «Торговая одиссея»). Чаще всего в создании подобных ситуаций виновато самолюбование людей, шагнувших в Космос. Иногда, правда, комический посыл приобретает почти трагедийное звучание, как в новелле «Так будет справедливо, Боткин!». Жажда познания, научный энтузиазм земного исследователя приводят к серьезному конфликту с аборигенами, едва не закончившемуся гибелью экспедиции.

Но не чужд фантаст и едкой сатиры, обличающей космические амбиции человечества, приведшие к бессмысленной и жестокой бойне с аборигенами («Оцелият»), или человеческую корысть, когда поиск артефактов древней цивилизации — лишь средство личного обогащения («Искатели сокровищ»).

Неожиданное философское звучание мотив космической экспансии приобретает в пародийно-юмористической новелле «Неразрешимость проблемы», вошедшей в антологию «Чудесные горизонты» (2000). Писатель изображает сверхобжитой Космос. Кажется, в пространстве не осталось ни одной планеты, не заселенной разросшимся человечеством. Но это самое человечество, похоже, окончательно утратило общность, единство. Люди разделились по «узкоцеховым» интересам: на одной планете поселились мормоны, на другой — технократы, на третьей — исключительно поэты, а дальше — миры для мутантов, для «знатоков» вендеты, для фермеров и даже планета, населенная ценителями любовных утех... Но герою рассказа одиноко в этом «мире, где много миров», в переполненной, но такой разобщенной Вселенной. Он никак не может выбрать СВОЙ мир.

Тема контакта в новелле «Трансформация» гармонично перетекает в притчу о вымирающем человечестве, об одиночестве и страхах человека в полуразрушенном жестоком мире, где единственной возможностью выжить оказывается слиться с инопланетянином в единый организм. Яркие образцы философской НФ являют и новеллы из первой книги «Сила мольбы» и «Будешь ли ты счастлив, Ференц Молнар?».

Конечно же космическая линия — доминирующая, но не единственная в творчестве Христо Поштакова. Во многих рассказах фантаст исследует природу реальности, пытается найти ответ на вопрос, часто звучащий в болгарской НФ 1980—1990 годов: «Что есть реальность и что мы знаем о ней?» Иногда в поисках ответа на этот вопрос автор обращается к сакральным, запредельно ирреальным сущностям мироздания, как в цикле новелл под названием «Короткие и очень короткие страшные истории» (1996). Или вполне научно-фантастический сюжет о создании галлюциногенной «вторичной» реальности трансформируется в актуальную для современности и совсем не фантастическую проблему аморальности манипуляции человеческим сознанием (рассказ «Осада»).

Тема сотворения «виртуальной реальности» — уже в рамках достижений высоких технологий — остроумно раскрыта и в рассказе «Представление» (1989), тематически и идейно перекликающемся со знаменитой новеллой Лино Альдани «Онирофильм» и повестью болгарского фантаста Любомира Николова «Червь на осеннем ветру». НФ подкладка новеллы — распространение новых изобретений в сфере развлечений. В данном случае это объемный «виртуальный» театр, в котором живому актеру отводится очень незначительная роль: подключиться к сенсорной аппаратуре и, устроившись в уютном кресле, задавать необходимый эмоциональный уровень своему двойнику — компьютерной голограмме. Герой рассказа — один из таких «виртуальных актеров», который вдруг обретает собственную личность и стремится к самоуничтожению, не желая быть компьютерной марионеткой, обреченной играть одну и туже роль в бездарной пошлой «мыльной опере». Используя приемы пародии, Христо Поштаков написал умную притчу об ответственности творца (художника, писателя, композитора) за свое творение...

Вышедший в 1996 году роман «Приключения в Дарвиле» стал дебютом писателя в его обращении к крупной форме. Жанр романа — футурологический детектив с элементами антиутопии. В нем изображается технократический мир недалекого будущего. Освоен ближний космос; промышленность, сельское хозяйство и быт предельно роботизированы. Но технологические достижения не только не разрешают социальные проблемы, но и порождают новые: ожидаемая утопия не наступила, общество еще более разделилось на хозяев и тех, «кому не по карману». В романе удачно переплелись черты производственно-бытового романа (подробные описания жизни и деятельности героев — работников загадочной информационно-компьютерной компании «СИМАКС»), детектива, социальной сатиры и пародии на «технократическую» фантастику идей с вытекающей отсюда нарочитой схематичностью образов.