Читать онлайн «Короли и Звездочеты». Страница 66

Наевшись, Серега и помышлять не мог о каких-то там сражениях, делах, заботах, даже настойчивое ощущение преследования терялось - и он заваливался спать. Чтобы утром, прозевавшись и в очередной раз плюнув в хмурую небритую физиономию, маячившую в зеркале, отправиться на поиски средства, которое должно обеспечить ему относительную безопасность.

Лучше - огнестрельное. Но можно и холодное.

За три дня Серега утащил и испробовал в качестве средства самообороны канцелярские ножницы (со стола Петренко), дырокол (у нее же), щипцы для колки грецких орехов (у тети Люды), нож для бумаг (у Глюнова) и вырезанный из журнала крест-анкх. Журнал тоже когда-то принадлежал Петренко; на самом-то деле анкх был частью художественной композиции, рекламирующей легкость выбора модных духов с тонким свежим ароматом, но Серега возлагал на оккультный символ большие надежды. Авось, Черно-Белый демон, постоянно искушающий лаборанта пойти, «помяукать о веуучном», испугается и отступит.

Сегодня Серегу озарило, что можно найти и другие средства и способы самообороны. Например, почему бы не воспользоваться последними достижениями цивилизации, изобретаемыми на Объекте? В одной только лаборатории, возглавляемой доктором Журчаковым, есть как минимум шесть вирусных культур, годящихся на то, чтобы превратить агрессора в ходячий труп за считанные секунды. А если даже холодильник с микроорганизмами крепко заперт, можно найти и что-нибудь другое, не менее разрушительное.

Залепив жвачкой объектив камеры слежения, Серега, сторожась, по-пластунски, проник на рабочее место. Завлаб отсутствовал. Вообще, после того, как Журчаков получил премию за змею с повышенной ядовитостью, он редко появлялся в лаборатории - ухаживал за будущей госпожой Журчаковой. Если, конечно, он не прячется сейчас в холодильнике…

Холодильников в лаборатории Х-938 было два, один для образцов - величиной с небольшую квартиру какого-нибудь олигарха, запертый на шесть кодовых замков и одну стальную дверь в пять дюймов толщиной; второй обычный. Так, поставить охладиться будущую питальтельную среду для вирусов или бактерий, сохранить вкус помидоров и поставить какую-нибудь пробирку или чашку Петри до завтра - если нет охоты сражаться с замками холодильника большого.

В малом холодильнике Журчакова не было. Большой не поддался Серегиным пинкам и не открыл своих тайн. Тогда Барабанов добыл резиновую грушу из лабораторной аптечки и стал искать, чем бы ее наполнить.

Под руку попались фиолетовые чернила, которыми помечали образцы, несколько ампул с пенициллином или чем-то подобным и колба с аналогом вытяжки печени белой акулы. Аналог был получен путем введения генов акулы в геном голотурий, и служил предметом гордости господина Монфиева - Петренко сболтнула ему, что данным препаратом можно усиливать потенцию. Увы, тайным надеждам Мазая Арутюновича приятно провести вечер субботы не суждено было сбыться - все жидкости были залиты в резиновую грушу и тщательно взболтаны трясущимися руками лаборанта.

В поисках еще какого-нибудь средства Серега обследовал малый холодильник снова, вооружился бутылочкой кетчупа - на всякий случай, и отправился в питомник.

Услышав бренчание ключей, обитатели питомника оживились. Кажется, сейчас будет потеха! Последние три дня белые крысы, ящерицы, шесть змей, собачки и геномодифицированные кролики чувствовали себя заброшенными. Подумаешь, кормят… Еда, между прочим, подается сама, из снабженных сенсорами капельниц-поилок и самооткрывающихся кормушек. А ящик почистить? Погладить? А, наконец, поцеловать?

Серега долго и придирчиво выбирал между собаками и кроликами. Собака, по идее, естественный враг кошек. Но все здешние барбосы и моськи участвовали в жутко сложном эксперименте генетиков и биохимиков, и сейчас находились в стадии повышенной лености и потной лысоватости (Глюнов в частной беседе выдвинул предположение, что Алексей Павлович и его коллеги хотели создать прототип Монфиева - для руководства стайками бродячих животных). Испугать Черно-Белого демона лысой, страдающей одышкой Мухой, добровольцем генной инженерии, вдряд ли получится. Ах ты, Мушенька, давай, я тебе на шею бантик повяжу, чтоб не так холодно было… ах ты, моя хорошая…

Пообщавшись с собаками, Серега закинул назад съехавшую на лоб прядь отросших со времени последнего посещения парикмахерской светлых волос и прошел к клеткам с кроликами. Их пытались модифицировать на предмет увеличения объемов тела и темпов наращивания массы. Сейчас эксперимент малость буксовал по причине хронической влюбленности Журчакова, и кролики увеличивали мускульную массу только одновременно с повышением уровня гормональной активности.

В результате на каждого из дюжины кролей пришлось выделить по отдельной клетке, причем обивать ее стены и пол листовой сталью - все остальное матёрые грызуны весом в полтора пуда рвали в пять секунд и убегали размножаться. Крольчих уже утилизировали - после того, как Витька и Серега торжественно отказались регистрировать новых обитателей питомника по полсотни штук в день, бедняжек пришлось зарезать и отдать в столовую. Списали по статье «экспериментальное изучение вкусовых качеств и возможностей использования в переработанном кулинарным способом виде». А самцов Монфиев умолил-убедил подержать еще пару недель - чтоб потом было на кого охотиться, ради успокоения нервов.

Может, выпусти этих кролей-маньяков в степь, волкам не пришлось бы загрызать насмерть Витьку? - печально подумал Серега, машинально поигрывая замком на ближайшей клетке. Кроль вытаращил на человека красно-карие глаза с вертикальным зрачком и переступил с лапы на лапу. Геном, который обеспечивал кроликам массивные ляжки, Журчаков особенно гордился - по слухам, ген был выделен из останков тираннозавра, найденного в Колорадо в 1923 году.

Установив зрительный контакт с человеком, кролик-маньяк начал завлекательно помахивать хвостиком.

Изыди, демон! - плюнул Барабанов и стал очень осторожно отодвигаться от клетки, стараясь не отводить от животного перепуганного взгляда. Через несколько шагов лаборант врезался в террариум - змеи тотчас пробудились и зашипели сквозь стекло. У одной - самой толстой черной змеи, вдруг раскрылось утолщении шеи, прямо под головой, и оттуда выскочили еще две маленьких, недоразвитых головы - с агрессивно раскрытыми пастями.

Сработал естественный человеческий страх перед тварями преспыкающимися, мутировавшими и ненормальными. Нервы Сереги не выдержали, и он бросился наутек. Выскочил вон из питомника, и, пребывая в уверенности, что кролики и змеи вот-вот сломают клетки и бросятся за ним в погоню, пробежался, не глядя по сторонам, по лаборатории, по коридорам, по чужим лабораториям, еще по каким-то коридорам - всюду, где подходили к замкам когда-то украденные Витькой ключи. И, наконец, оказавшись в сравнительной безопасности, плотно и шумно захлопнул за собой дверь.

Он очутился в маленьком помещении, единственным источником которого была одинокая люминисцентная лампа, закрепленная над столом. На столе, под пластиковым пологом, что-то лежало - что-то, подключенное к равномерно поднимающемуся и опадающему аппарату искусственного дыхания. Еще несколько трубок уходили к другим медицинским приборам, стоящим в пятне искусственного света. Металлические штативы с закрепленными капельницами, мерцали загадочно и многозначительно.

Серега нервозно сглотнул. Интуиция подсказывала, что интересоваться пациентом этой импровизированной клиники не стоит. Но… разве можно просто пройти мимо?

- Понимаешь, тут такое дело выходит, - Октавио пожевал травинку.

- То самое, из-за которого вы меня вызвали? - педантично уточнил Зиманович. - Из-за которого мне пришлось на два часа бросать все остальные занятия и гнать машину на край света?

- Что, правда - здесь край света? Вот уж не думал… - прикинулся дурачком Октавио. - А я-то верил, что Земля - круглая, как апельсин.

Кирилл глубоко вздохнул и повторил про себя «Я спокоен, я совершенно спокоен». Кто бы ни придумал этот простейший аутотренинг - он явно не общался с господином Курезадовым, атаковавшим программиста предложением шашлычков и просьбами найти спутниковую тарелку «поглыбже», или с таким вот… не найти другого слова - «союзничком».

Какие цели он преследует? Почему так доверяет нам? Неужели в самом деле хочет всего-навсего поиздеваться над Лукиным?

- Я проверил окрестные горушки, - сплюнув, продолжил Громдевур. - Ребят вон, - он кивнул в сторону шумевших вокруг автобуса ролевиков, - к делу приспособил, они помогли, по склонам полазили. И понимаешь, какая штука - я нашел нору, в которой кошки ночевали. И шерсть там, и кости, и пара остывших куч поблизости. Только, понимаешь, нора-то пустая оказалась.