Читать онлайн «Триптих. Одиночество в Сети». Страница 126

Казалось бы, книга произвела такое огромное впечатление на женщин, т. е. существ, как считается, настроенных на поиски идеальной любви, мечтающих, блуждающих и, наверное, глубоко чувствующих…

И каково же будет Ваше удивление (а может, и не будет), если скажу, что «Одиночество…» мне порекомендовал стопроцентный мужчина. Именно его советы вывели меня на эту книгу. Он приходил с ней, открывал и читал отдельные фразы, делая минутные паузы, словно давая мне время осмыслить услышанное и решить, стоит ли над этим проливать слезы…

Вот я и лью слезы, может, даже больше над собой…

Не спорю, кроме очарования, я чувствую громадную грусть.

Очарование — потому что с благоговейным восхищением отношусь к людям, так хорошо знающим человеческую психику (не только женскую, о чем пишут в каждой рецензии на Вашу книгу), способным, ко всему прочему, облечь это знание в слова. Потому что быть мужчиной и знать мужскую психику — не одно и то же. Я женщина, но много чего не знаю о женщинах, порой даже о себе не знаю…

Грусть — потому что ужасает меня суетность моей жизни… А может, она мне только кажется такой…

Дата Жамбо (e-mail: [email protected])

Читаю твою книгу, ту, что про Сеть. Интересно, а ты случайно не женщина? Считай это комплиментом.

Ханка (e-mail: [email protected])

Мне двадцать пять лет, я женщина, которая благодаря Вашим книгам заметила, что она женщина. Вы пишете с таким чувством, вкусом и знанием женского тела и ума!.. Вы открываете тайны женщин грациозно, без ханжества, и именно за это я Вас больше всего ценю. Теперь я смогу иначе взглянуть на некоторые дела. Я замечаю такое, что прежде было для меня несущественным, например какова на вкус кожа мужчины, какие у него подушечки пальцев, когда он касается моей шеи, какие у меня зрачки, когда в телефоне появляется очередная эсэмэска от него…

Я поняла, как богат маленький женский космос.

Благодарю Провидение, что я родилась женщиной, что у меня бывают «комплексы напряжений» и что, возможно, когда-нибудь мне выпадет счастье встретить своего Якуба…

Спасибо за то, что Вы поделились со мной своей чувственностью.

С уважением,

Агнешка (e-mail: [email protected])

Но не все согласны с этим.

Я переводчица, и это объясняет мою чуткость к печатному слову. Я прочла Ваше «Одиночество…» и проплакала полночи.

Тем не менее мне не нравится, что женщины там поданы плоско, грубо и как объект исследования. Вы эпатируете семью тысячами несчастий, выпадающих на долю Якуба и его близких.

Сексизм лезет из всех пор книги.

Но я, наверное, еще вернусь к ней.

Вот дозрею и вернусь. Обещаю.

Магда Цинзерлинг (e-mail: [email protected])

После просмотра программы Малгожаты Домагалик я купил Вашу книгу «Одиночество в Сети». Я повелся на то, что там Вас рекламировали как знатока женской психики. Я уже много лет не пропускаю ни одного текста, который помогает лучше познать женщин. Возможно, я уже много прочел таких текстов или мой опыт так богат, во всяком случае из Вашей книги я не узнал о женщинах много нового.

Анджей Столярчик, Варшава (e-mail: [email protected])

Из-за этой чувствительности Якуба, многими, как видно, считающейся определенно женской чертой, часто не замечают, а если и замечают, то тут же безоговорочно прощают ему большую долю эгоцентризма. Вопреки расхожему мнению, Якуб вовсе не готов целовать землю, по которой ступают его женщины. Он оставляет Дженнифер — разумеется, потому что он такой чувствительный и не хотел бы ранить ее перспективой жизни с ним в Польше. Он не борется за Нее, потому что — из-за своей чувствительности, как же иначе — не хотел бы ранить чувств ее мужа. Разбор Якуба по косточкам приведет к выводу, что он — избегающий конфронтации с жизнью гиперчувствительный softie, который, будучи не в состоянии зализать собственные раны, наносит их другим, а все вокруг при этом убеждены, что он абсолютно оправдан, потому что он поступает так «от чувствительности».

В «Одиночестве в Сети» есть эротика. Несомненно. В романе о любви иного быть не может. В том числе и о любви виртуальной. Эротика для меня, главным образом, это желание прикоснуться и само прикосновение. О том, что понимаемая так эротика является элементом любви, писали и греческие классики, и Фрейд. Со времен античности до времени психоанализа прошло более двух тысяч лет. Не думаю, что целые цивилизации могут два тысячелетия пребывать в заблуждении. Устранение эротики из такого повествования было бы равнозначно закутыванию под горло актеров порнографического фильма. Я видел не много порнографических фильмов, но предполагаю, что таких фильмов, где актеров так закутывают, нет. Позволю себе не согласиться с Петром Братковским, который в своей рецензии в «Газете Выборчей» (сентябрь 2001-го) написал, что, цитирую, «книга на грани порнографии». Ни в одной из сцен «Одиночества…», я полагаю, нет порнографии. Есть эротика, которая не обязана нравиться всем подряд.

Побольше бы поэтических средств, поизящнее бы язык.

Куда Вы идете — в направлении пьесы или романа? Вы говорите о репортаже… хм, возможно, хотя я в этом до конца не уверен.

Повествование, что называется, «в порядке», я люблю эротизм, но если бы Вам позаботиться о более изящных конструкциях; пусть, скажем, там будут розы, ярко-красные, а не какой-то «пенис во рту».

Эскалация напряжения — над этим тоже стоит поработать.

Все это я по горячим следам, через пять минут после завершения чтения.

Большое спасибо и всего.

Аркадиуш (e-mail: [email protected])

Есть телесность, иногда обнаженность, но порнографии нет.

«Одиночество…» — необычайное приключение, которое нежно прикасается к душе. Учит и дает возможность понять человека. Одна из немногих книг, где эротика по-настоящему эротика, без профанации женственности и мужественности. Истории, рассказанные паном Янушем, интересные, поразительные и в то же время грустные. Тема, стиль и форма, анализ, уходящий глубже, чем женские трусики, в итоге дают то, что книга читается на одном дыхании и хочется больше.

Ева (e-mail: [email protected])

Уважаемый пан Януш Леон Вишневский.

Вы наверняка успели заметить, что существует своего рода аналогия между перелистыванием страниц читаемой книги и ласками любовников? Чувственный любовник, прежде чем коснется чувствительного участка тела любовницы, послюнявит палец, как и тогда, когда он, окончив читать текст на странице 35, увлажненным слюной пальцем перелистывал ее, открывая следующую.