Читать онлайн «Оборванные нити. Том 3». Страница 34

Лаврик вытаращил глаза и странно дернул головой, как будто испугался, что глаза могут выпасть наружу, и попытался резким движением вернуть их на место.

— Бисмарк? Отто? Железный канцлер?

— Нет, Витя, Отто Бисмарк, конечно, вряд ли был приятным на вкус, хотя никто, кажется, и не пробовал, но речь в данном случае не о нем. «Бисмарк коричневый» — это такой краситель типа морилки. Одно название чего стоит! Таким и отравиться не стыдно, не то что поливитаминками или бромом.

Лаврик расхохотался.

— Надо же, какой у тебя взгляд на это… Профессиональный, наверное. Мне бы в голову не пришло оценивать, от чего стыдно умирать, а от чего не стыдно. Смерть — она и есть смерть. А еще от чего стыдно, по-твоему?

— Ну, для мужика, например, стыдно травиться пергидролью. Ею бабы волосы вытравляют, в блондинок красятся. Вот это стыдно. Или, к примеру, кремнефтористым натрием.

— А это-то почему стыдно? — не понял Виктор. — Что в нем такого, в этом натрии?

— Им у свиней глистов гонят, — с серьезной миной ответил Саблин. — Сам понимаешь, как-то не комильфо.

Разговор об отравлениях перешел в историческую плоскость. Оказалось, что Виктор Павлович Лаврик — большой специалист по этому вопросу, много читал всякой литературы по истории отравлений и ядов, и здесь уже Сергей превратился в слушателя. Пришлось взять еще по пиву, а когда обдумывали закуску, то оба поняли, что проголодались, и взяли по две порции сосисок с невнятного вкуса винегретом. Но ничего более приемлемого в баре не было. Вот так всегда: или пиво хорошее, или кухня, а вместе почему-то не складывается…

Из бара вышли поздно вечером. Сергей по телефону вызвал водителя Семена и предложил Лаврику подвезти его.

— Да я же на колесах, — ответил тот. — Сам доеду.

— После пяти кружек пива? — усомнился Саблин. — Рисковый ты парень.

В ответ Лаврик только презрительно ухмыльнулся и скользнул на переднее сиденье своей машины.

Труп мастера-взрывника, работавшего на одном из рудников Северогорска, доставили для проведения судебно-медицинского исследования в связи с тем, что он скончался в приемном отделении больницы, и диагноз ему выставить не успели. Формально в этих случаях правоохранительные органы имеют право назначить исследование, потому что непонятно, то ли человек чем-то болел, то ли ему кто-то помог так быстро и внезапно умереть. Вообще-то так называемые «больничные» случаи подлежат вскрытию в патологоанатомических отделениях, а вовсе не в судмедэкспертизе, если человек умирает от заболевания. Если же он умирает пусть и в больнице, но от травм или отравления, то вскрывают его именно судебные медики. Травм на поступившем мужчине не было, а вот вопрос о том, болезнь это или отравление, оставался открытым. Вероятно, именно так и рассуждали те, кто направил спецсообщение в отдел милиции о том, что в приемном отделении Больницы скорой медицинской помощи умер при поступлении больной, и причина смерти неизвестна.

Прежде чем принимать решение о том, кому поручать вскрытие «больничного» трупа, Саблин решил собрать хотя бы какую-то информацию. Выяснилось, что мужчина по фамилии Кудияров был доставлен в Больницу скорой медицинской помощи с клиникой «острого живота» и жаловался на боли в верхнем отделе живота, задержку стула, слабость, тошноту, многократную рвоту, сухость во рту, а в последнее время присоединилось чувство нехватки воздуха. Больной сказал, что плохо себя чувствует уже двое суток, но с чего все началось и почему — сказать не может. Дежурные хирурги осмотрели Кудиярова и провели диагностическую лапароскопию, поскольку заподозрили острую кишечную непроходимость, но никакой острой хирургической патологии не выявили. Вместе с тем ряд изменений, выявленных эндоскопистом, а также желтоватая кожа, мелкие подкожные кровоизлияния по типу геморрагического диатеза, результаты анализа крови навели хирургов на мысль о гепатите или о какой-то кишечной инфекции с осложнениями со стороны печени. Приглашенный терапевт это мнение разделял.

И больного направили в инфекционную больницу с предварительным диагнозом «острый инфекционный гепатит». Но к моменту прибытия в приемное отделение больницы состояние Кудиярова ухудшилось настолько, что пришлось немедленно помещать его в реанимацию, где начали проводить интенсивную детоксикационную и поддерживающую терапию. И одновременно же начали искать возможные причины инфекционного заболевания.

Искали — и неожиданно для себя обнаружили, что никакой инфекции нет. Серологические реакции не выявили ни антител к гепатитам, ни антител к наиболее распространенным кишечным инфекциям. Иными словами, появились все основания говорить о том, что у больного никакая не инфекция, а, скорее всего, отравление. Заведующий отделением реанимации тут же созвонился с коллегой из Больницы скорой помощи, договориться и решить вопрос сразу им не удалось — завотделением реанимации «скоропомощной» больницы не горел желанием принимать обратно тяжелого больного, которого они с таким облегчением отправили в «инфекцию». Пришлось подключать дежурных от администрации обеих больниц — дело происходило поздним вечером, и главных врачей на месте уже давно не было. Но в итоге приняли решение везти Кудиярова назад в Больницу скорой помощи и госпитализировать в токсикологический блок отделения реанимации. А состояние мастера-взрывника все ухудшалось… Одышка началась еще в инфекционной больнице, но дежурный реаниматолог так ликовал от того, что у него вот-вот заберут больного с непонятными симптомами, что не обратил на нее никакого внимания, пребывая в радостном ожидании бригады «Скорой помощи», которая увезет Кудиярова. Бригада, в нарушение положений о транспортировке тяжелых больных из лечебно-профилактических учреждений, приехала обычная, не реанимационная и даже не эвакуационно-транспортная, и увезла несчастного больного вместе с подключенной капельницей и новым диагнозом: «острый токсический гепатит, панкреатит. Гиповолемический шок. ДВС-синдром. Алкогольная интоксикация?». Через пять минут после отъезда из «инфекции» Кудияров потерял сознание, посинел, одышка усилилась, появились судороги лицевой мускулатуры. Дыхательного аппарата в машине не было, и вместо того, чтобы немедленно вызвать на себя реанимационную бригаду, врач и фельдшер велели водителю ехать быстрее, а сами в качающейся из стороны в сторону машине пытались вручную «раздышать» больного мешком Амбу. В приемном отделении Больницы скорой помощи продолжали реанимационные мероприятия, но спасти больного так и не удалось.