Читать онлайн «Хроники Заводной Птицы». Страница 118

Сейчас «бывшая резиденция Мияваки» обнесена высоким бетонным забором — гораздо выше соседних домов. Выкрашенные черной краской прочные металлические ворота устроены так, чтобы никто не мог за них заглянуть, наверху установлена видеокамера наблюдения. Как рассказали соседи, ворота, приводимые в движение электродвигателем, время от времени открываются, чтобы пропустить «мерседес 500 SEL» с тонированными стеклами, который въезжает и выезжает из них по нескольку раз в день. Больше никто не входит и не выходит. Никаких звуков с участка тоже не доносится.

Стройка началась в мае, но все происходило за высоким забором, поэтому даже соседи не знали, что там строится. Работа завершилась необычайно быстро: за два с половиной месяца. Владелец находящейся по соседству фирмы, поставлявшей на стройку обеды, рассказал: «Дом сам по себе не такой большой. С виду ничего особенного — четырехугольная бетонная коробка. Не похож на обычный дом, где живут нормальные люди. Зато приезжали специалисты по садовому ландшафту, засадили участок замечательными деревьями. Думаю, этот сад обошелся в приличную сумму».

Мы обзвонили в Токио все крупные фирмы, занимающиеся садовым дизайном. В одной нам сообщили, что они действительно работали в «бывшей резиденции Мияваки». Однако о заказчике хозяин фирмы ничего не знает. Он получил заказ в письменном виде и схему сада от строителей, которыми руководил его знакомый, и только выполнил порученную его фирме работу, разместив на участке деревья.

Он также сообщил, что когда его фирма работала в саду, на участок вызвали мастеров, вырывших глубокий колодец.

«В углу сада мастера соорудили помост, на который сваливали выкопанную землю. Я хорошо разглядел, как они работают, — мы как раз сажали рядом хурму. Копали на месте старого колодца, который раньше был засыпан, так что работа, похоже, была нетрудной. Странно только, что воды в колодце так и нет. Старый колодец давно высох, его просто восстановили, и все. А до воды не дошли. Странно это, как будто нарочно так сделали».

К сожалению, найти фирму, которая рыла колодец, не удалось. Зато мы выяснили, что «мерседес 500 SEL», «приписанный» к этому дому, принадлежит крупной лизинговой компании — ее главный офис находится в районе Тиёда. В июле по трехлетнему договору ее арендовала для служебных целей одна фирма из района Минато. Название фирмы посторонним сообщить отказались, но, судя по всему, это почти наверняка та же «Акасака Рисерч». Кстати, приблизительная стоимость аренды машины класса 500 SEL — около 10 миллионов иен. Заключая договор об аренде, компания также предлагает водителя, однако неизвестно, придан ли водитель к этому конкретному автомобилю.

Проживающие по соседству люди говорили с корреспондентами нашего журнала о «доме с повешенными» без большой охоты. В этом районе соседи между собой общаются редко, и большинство жителей, скорее всего, не хотят впутываться в эти дела. Вот что сказал нам господин А., живущий поблизости:

«Охрана там в самом деле внушительная, но у меня нет никаких оснований высказывать какие-либо претензии. Соседей, думаю, это тоже особо не беспокоит. Сейчас гораздо лучше, чем когда стоял тот заброшенный дом, обросший дикими слухами». И все же хочется знать, кто купил этот дом и в каких целях этот «мистер Х» его использует. Туман над этой тайной становится все гуще.

После того как кончилось то странное лето и до самой зимы в моей жизни никаких изменений не происходило. Дни начинались тихо, без происшествий, и так же заканчивались. В сентябре шли дожди, а в ноябре выдалось несколько таких теплых дней, что тело покрывалось испариной. Дни почти не отличались один от другого — если бы не погода. Я старался сосредоточиться на реальном и полезном — почти каждый день подолгу плавал в бассейне, гулял, три раза в день готовил еду.

Несмотря на все это, временами одиночество накатывало на меня и резало по сердцу. Казалось, даже вода, которую я пил, и воздух, которым дышал, наполнены длинными острыми иголками; страницы книг в моих руках, словно лезвия бритв, угрожающе отливали металлическим блеском. В четыре часа утра в окружающем безмолвии было слышно, как одиночество все глубже пускает в меня свои корни.

И все же оставались люди, которые меня не забывали. Семейка Кумико. Они писали мне письма. О том, что Кумико жить со мной больше не будет и я должен немедленно дать ей развод. Это решит все проблемы. Первые несколько писем были написаны высокомерно, в официальном тоне. Я не отвечал, и тогда посыпались угрозы, сменившиеся в итоге просьбами. Но цель у всех писем была одна.

В конце концов позвонил ее отец.

— Я не говорю, что категорически против развода, — сказал я ему. — Но сначала мне хотелось бы встретиться с Кумико и поговорить наедине. Удостоверюсь, что она в самом деле этого хочет, — дам развод. Нет — развода не будет.

Обернувшись к кухонному окну, я посмотрел на уходившее вдаль темное, сочившееся дождем небо. На той неделе дождь не переставал четыре дня подряд. Весь мир почернел и промок до нитки.

— Перед тем как пожениться, мы с Кумико как следует все обговорили, и я хочу, чтобы все было так же, если мы решим разойтись.

Разговор с тестем шел на параллельных курсах и ни к чему не привел. Точнее — не дал положительного результата.

Без ответа оставалось несколько вопросов. Действительно ли Кумико хочет развода? Просила ли она родителей уговаривать меня? «Кумико говорит, что не желает тебя видеть», — объявил мне тесть. То же самое говорил Нобору Ватая во время нашей встречи. А может быть, вовсе не все в их словах неправда? Родители Кумико смотрели на вещи, как им было удобно, но насколько я их знал, по крайней мере привычки раздувать из мухи слона они не имели. Хорошо ли, плохо ли, но они реалисты. Значит, если тесть сказал правду, они прячут ее где-то, что ли?

В это поверить я никак не мог. Кумико с детства не больно любила родителей и старшего брата и изо всех сил старалась ни в чем от них не зависеть. Вполне могло случиться, что она ушла от меня, потому что завела любовника. Хотя и нелегко мне было проглотить такое объяснение, о котором она писала в своем письме, но полностью исключить эту возможность нельзя. Но я никак не мог представить, чтобы, уйдя из дома, Кумико прямиком направилась к своим или в какое-то место, которое они ей приготовили. Да еще стала бы через них связь со мной поддерживать.

Чем больше я об этом думал, тем меньше понимал. Может, у Кумико случился нервный срыв и она никак не может оправиться от этого потрясения? Другая возможность: ее удерживают где-то насильно. Раз за разом я выстраивал и перестраивал цепочки из разных фактов, слов и воспоминаний, пока не отказался от мысли разгадать эту загадку. Догадки и предположения ни к чему меня не привели.