Читать онлайн «Топи их всех!». Страница 84

В назначенный час «морские дьяволы» Хайдмэна начали боевые действия в Японском море. После тревожного и, как показалось нам, бесконечного ожидания мы получили первые, пока отрывочные, донесения о потопленных судах и о возросшем объеме радиосвязи противника, что свидетельствовало о панике и замешательстве японцев, вызванных нашими действиями в Японском море. Все подводные лодки прошли через минные заграждения невредимыми. Две из них задели бортами минрепы. Представляю, что в этот момент пережили подводники! Правда, на мой вопрос, какой звук издавал минреп при его скольжении вдоль корпуса, один из командиров лодок Латам ответил: «Видите ли, если сказать честно, то я не знаю — я спал на своей койке». Неплохие нервы у этого Латама, если он мог спать во время форсирования минного заграждения! У одной подводной лодки гидролокатор неожиданно закапризничал, и она прошла минированный Корейский пролив на такой глубине, где, по мнению ее командира, можно было избежать столкновения с минами. В остальном он полагался на отводящие тросы.

Подробности рейда в Японское море, рассказанные мне командирами лодок и приведенные в официальных сообщениях, рисуют почти фантастическую картину[13]. Такое большое количество подводных лодок никогда еще не форсировало минное заграждение одновременно. И, возможно, никогда еще противник не был в такой степени застигнут врасплох. О том, насколько велико было удивление японцев, можно судить по сообщению токийского радио, которое заявило, что американские подводные лодки были «ввезены тайком» и, без сомнения, сброшены с бомбардировщиков В-29. К несчастью для наших подводных рейдеров, судоходство в Японском море оказалось не таким оживленным, как мы предполагали. Тем не менее, когда через 17 дней «морские дьяволы» покинули Японское море, 28 крупных судов и 16 малых остались лежать на дне моря, а 8 получили повреждения.

В то время, когда подводные лодки пробирались в назначенные районы, где им предстояло дожидаться часа «открытия огня» — захода солнца 9 июня, некоторые командиры, по их собственному признанию, едва удерживались от искушения послать торпеды в хорошо освещенные суда, которые ходили постоянными курсами и чувствовали себя в полной безопасности. Как и подобает командиру группы, капитан 3 ранга Хайдмэн первым начал боевые действия и вскоре после истечения установленного часа одной торпедой потопил «Сагава Мару» (1186 тонн). В тот же день в результате атаки в надводном положении «Сидог» прибавила к своему боевому счету «Сеё Мару» (2211 тонн). До 24 июня — дня сбора и отхода из Японского моря — Хайдмэн провел семь торпедных атак и потопил шесть судов общим тоннажем 7186 тонн. Среди остатков исчезающего японского торгового флота, конечно, не было лайнеров, но потопленные суда, перевозившие в Японию продовольствие и военную технику, также имели определенную ценность. Во время одной атаки в надводном положении самолет противника заставил Хайдмэна погрузиться. Командир лодки не учел близости береговой отмели и коснулся грунта раньше, чем был убран излучатель гидролокатора. Серьезных повреждений подводная лодка не получила и благополучно выбралась из мелководья.

«Кревалле», действовавшая у северо-западного побережья острова Хонсю, потопила торпедами три грузовых судна общим тоннажем 6643 тонны и в артиллерийском бою — два. Ее командир Стейнмец рассказал мне, что однажды, когда он выпустил три торпеды по небольшому грузовому судну, первые две настолько сильно разрушили его, что третья торпеда прошла среди тонувших остатков судна и не взорвалась. После одной из атак противник в течение семи часов забрасывал «Кревалле» глубинными бомбами, но она сумела ускользнуть невредимой.

«Спейдфиш» — первая подводная лодка, на которой был установлен гидролокатор, — находилась у северо-западной оконечности острова Хонсю. Ее командир доложил, что в результате девяти торпедных и трех артиллерийских атак уничтожено десять судов противника. Объединенный комитет по учету потерь засчитал «Спейдфиш» меньшее количество судов, но и такой результат совсем неплох — 8578 тонн.

На долю стаи Джорджа Пирса выпала, к сожалению, не только удача. Вместе со всем экипажем погибла «Боунфиш» — единственная подводная лодка, которую мы потеряли в Японском море во время «операции Барни». «Скейт» капитана 3 ранга Линча неплохо поохотилась в районе полуострова Ното. Утром 10 июня, находясь в подводном положении, Линч обнаружил подводную лодку «I-122», направлявшуюся в его сторону. Японец шел на большой скорости противолодочным зигзагом. Очевидно, противник уже знал, что Японское море, прозванное нашими парнями «ванной императора», перестало быть закрытым. К несчастью для вражеской лодки, на последнем зигзаге она оказалась в 700 метрах от «Скейт» и удачно подставила ей борт. Из четырех выпущенных Линчем торпед две попали точно в цель. Вскоре на «Скейт» заметили еще две подводные лодки, но ни к одной из них не удалось подойти на дистанцию торпедного выстрела. 12 июня Линч заметил три судна, которые стали на якоря, очевидно, в ожидании эскортных кораблей, в небольшой мелководной бухте. Линч погрузился и смело вошел в бухту, временами имея под килем не более четырех метров глубины. Он потопил все эти суда в такой последовательности: «Ёдзан Мару», «Кэндзё Мару» и «Дзуйко Мару». Ответный артиллерийский огонь и глубинные бомбы не причинили лодке никакого вреда. На следующий день «Скейт» потопила еще одно грузовое судно, и в качестве доказательства своей победы командир подобрал трех человек из его команды. Впрочем, тоннаж этого судна, должно быть, не превышал 500 тонн, потому что в списках объединенного комитета по учету потерь оно не числится. Линч доложил, что видел эскадренный миноносец периода примерно русско-японской войны. Этот эсминец изо всех сил старался не отставать от своего конвоя. Очевидно, эскортных кораблей у противника осталось катастрофически мало.

Подводной лодке «Танни» был назначен район вблизи Симоносэкского пролива на чрезвычайно оживленном в прошлом маршруте Корея — Внутреннее Японское море. Однако судов там не оказалось. Очевидно, атаки с воздуха и постановка мин нашими самолетами в этом районе вынудили противника избегать его. Капитан 3 ранга Пирс направился на север, прошел в непосредственной близости от береговой черты и побывал в двух портах, как он выразился, «пытаясь выгнать японцев из кустов», но безуспешно. Пирс заходил и в район подводной лодки «Боунфиш». Незадолго до ее гибели он переговорил через мегафон с Ларри Эджем. Наиболее напряженным моментом в боевом походе «Танни» явилась артиллерийская дуэль с двумя японскими эскадренными миноносцами.

Стая Боба Риссера действовала у корейского побережья. Этот район оказался плохим местом для охоты не только из-за малочисленности судов, но и из-за бесконечных туманов. Кроме того, он кишел рыболовными суденышками, которые в условиях малой видимости представляли для лодок известную опасность. Тем не менее «Флайинг Фиш» потопила два судна («Тага Мару» и «Мэйсэй Мару») общим тоннажем 4113 тонн, повредила два малых буксира и уничтожила артиллерией десять барж, груженных кирпичом.

Подводная лодка «Бауфин» капитана 3 ранга Алека Тайри действовала неподалеку от границ России и поэтому при опознавании объектов атаки должна была соблюдать особенную осторожность. Тайри обнаружил немного судов. Ему сильно мешали туман и рыбацкие шхуны. На его счету два судна — «Сине Мару № 3» и «Акиура Мару» (всего 2785 тонн). Кроме того, он сильно повредил артиллерийским огнем 20-тонную шхуну.

«Тиноса» под командованием Дика Латама крейсировала у южного побережья Корейского полуострова. Латаму также сильно мешали рыболовные суда, но в обнаружении целей ему везло. Жертвами его торпед явились четыре грузовых судна, одно из которых было потоплено тремя торпедами у исторического острова Цусима и отправилось на дно с рекордной быстротой — через 35 секунд. Еще одно грузовое судно тоннажем около 4000 тонн было повреждено, но сумело удрать. Однажды во время артиллерийского обстрела транспорта неподалеку от Бокуко Ко туман, который до этого окружал подводную лодку сплошной стеной, неожиданно рассеялся, и командир обнаружил, что «Тиноса» находится у самого берега, представляя собой отличную мишень для береговых батарей или самолетов, окажись они тут. Тем не менее он решил не упускать своей жертвы и, прежде чем уйти мористее, добил-таки транспорт. За этот поход Латам потопил несколько судов общим тоннажем 6701 тонну.

24 июня, то есть после 17 дней пребывания в Японском море, подводные лодки собрались южнее пролива Лаперуза. Не было только «Боунфиш». Последний раз ее видели с «Танни». День 24 июня был потрачен на подход к исходной линии для ночного прорыва через пролив. В полночь все подводные лодки всплыли, построились в две кильватерные колонны и, несмотря на густой туман, 16-узловым ходом направились в пролив. Туман в узкостях обычно не радует моряков, но в данном случае, когда опасность наскочить на берег была устранена наличием радиолокатора, туман сыграл положительную роль, скрыв лодки от наблюдателей противника. По нашим сведениям, пролив Лаперуза был минирован, но имеющиеся данные говорили о том, что мины поставлены японцами на большом углублении, чтобы преградить путь лодкам, идущим в подводном положении, и обеспечить свободный проход нейтральных русских судов и японских кораблей противолодочной обороны. Прорыв в надводном положении и в кильватерной колонне уменьшал угрозу от мин, но мне думается, что на двух головных лодках неприятный холодок не раз пробегал по спинам людей. Участники этого перехода рассказывали мне потом, что более точного соблюдения места в строю они никогда не видели. На «Сидог», возглавлявшей одну из колонн, в решающий момент отказал радиолокатор, и она была вынуждена уступить свое место «Кревалле». Подобной чести на последней, по всей вероятности, не очень желали.